Андрей сидел в кресле и задумчиво наблюдал за женой. Прошло почти пятнадцать лет с того дня, как они встретились — молодые, яркие, полные амбиций и грандиозных замыслов. Всё началось случайно на одной из шумных вечеринок: им быстро стало скучно в той компании, и они, не сговариваясь, сбежали вдвоём. До самого утра они бродили по ночному городу, болтая без умолку. Уже тогда Андрей ощутил в Кате близкого человека — она с восторгом подхватывала каждую его идею, соглашалась с самыми смелыми мыслями.
Спустя всего два месяца он сделал ей предложение.
— Катя, мы оба понимаем, насколько важна для человека возможность реализовать себя. Давай поклянёмся, что никакие препятствия не заставят нас отступить от своих целей.
Она торжественно кивнула. У Кати оставался последний курс медицинского института, а Андрей уже активно искал своё место в жизни. Вскоре удача улыбнулась именно ему: босс, то ли в шутку, то ли разглядев в молодом сотруднике искру, неожиданно назначил его руководителем отдела — первого, кто просто попался на глаза. Андрей воспринял это как вызов и твёрдо решил доказать всем, включая самого себя, что достоин этой должности.
Катя металась между учёбой и домом. Андрей возвращался глубоко за полночь, падал без сил, а она одна вела хозяйство, следила за его одеждой, за порядком — за всем. Каждое утро он нежно целовал её и шептал:
— Солнышко, потерпи ещё чуть-чуть. Как только я закреплюсь на этой позиции по-настоящему, тебе сразу станет легче.
Он прекрасно знал, что именно из-за него Катя не смогла пройти стажировку — она постоянно была рядом, поддерживала его. Андрей успокаивал и её, и себя: ещё немного времени — и всё наладится не только для него, но и для неё.
Прошло пять лет. Андрей уверенно поднимался по карьерной лестнице, а Катя однажды робко спросила:
— Андрюш, а когда ты поможешь мне восстановиться? Ты же обещал…
Но в тот момент ему было не до разговоров.
— Кать, а зачем тебе это вообще? — отмахнулся он.
— Если ты забыл, у меня до сих пор нет диплома. А чтобы его получить…
Он поднял руки, сдаваясь.
— Всё, всё, понял.
Через два дня Андрей положил перед ней красивую папку.
— Вот твой диплом. Зачем тратить время, если можно просто купить? Бери и живи в своё удовольствие.
Катя молча кивнула, поблагодарила и вышла. Ему показалось, что она чем-то расстроена, но, подумав, он решил — просто померещилось.
Теперь, глядя на неё, Андрей невольно размышлял: ведь Катя так изменилась. Когда-то она была одухотворённой, целеустремлённой, полной огня. А сейчас целыми днями дома, никогда не спорит, не возражает — словно потеряла всякий вкус к жизни. Ни рыбы ни мяса, думал он. Конечно, разводиться он не собирался: с ней было невероятно удобно. Они наняли домработницу — его доходы это позволяли. Но Катя лишь пожала плечами:
— Мне всё равно нечем заняться.
— Кать, может, съездишь куда-нибудь? На море, например, или просто отдохнуть.
Она повернулась к нему, и в глазах мелькнула грусть.
— Не хочу на море. Мы и так туда ездим дважды в год.
Андрей начал раздражаться.
— А чего ты хочешь? Скажи прямо — тебе ничего не интересно, никуда не тянет. Любая другая на твоём месте радовалась бы такому мужу.
Катя слегка улыбнулась.
— Андрюш, а помнишь, как давно мы мечтали о даче?
— Конечно помню. Но у нас же свой дом, большой участок…
— Это совсем другое. — Она присела перед ним. — Давай купим настоящую дачу. В деревне. Без интернета, без твоей работы. Просто деревенский домик.
— Странное желание, — хмыкнул он. — Но если так хочется — покупаем. Только поисками, ремонтом и всем остальным занимайся сама.
Катя весело чмокнула его в щёку.
— Конечно! Всё сделаю сама.
Она вышла, а Андрей только покачал головой: ну что им, женщинам, нужно — совершенно непостижимо. Впрочем, она обрадовалась — значит, пусть развлекается. Он всё-таки любил её, хоть и считал, что она стала какой-то другой.
Через неделю Катя влетела к нему в кабинет сияющая.
— Андрей, я нашла его!
Он удивлённо поднял взгляд.
— Кого?
— Дом! В деревне. Ты не представляешь: сразу за домом берёзовая роща, а в ста метрах — речка. Тебе обязательно нужно посмотреть.
Андрей невольно залюбовался ею: давно он не видел такого блеска в её глазах, такого румянца на щеках. На миг показалось, что они вернулись в те первые дни знакомства.
— Тебе правда так хочется этот дом?
Она прижала руки к груди.
— Очень.
Сам Андрей особого восторга не испытал: работы предстояло море, дом хоть и крепкий, но давно заброшенный.
— Катюш, ты точно готова всем этим заниматься?
— Очень, — глаза её снова загорелись.
Он махнул рукой.
— Ладно, переведу деньги. А дальше — сама. У нас скоро открытие филиала в другом городе, извини.
Катя бросилась ему на шею.
— Спасибо! Вот увидишь, когда я всё закончу, тебе здесь очень понравится.
Прошло всего два месяца. Андрей вернулся с работы измотанный.
— Господи, наконец-то два выходных. Казалось, эти переговоры никогда не кончатся.
Катя тут же села рядом.
— Андрей, я приглашаю тебя провести эти два дня на нашей даче.
Он сначала хотел отказаться, но потом подумал: а почему бы и нет?
Дача преобразилась до неузнаваемости. Всё выглядело как в настоящем старом деревенском доме, но при внимательном взгляде становились заметны современные удобства.
— Катюш, ты просто молодец. Я и представить не мог, что получится так здорово.
Она хлопотала, накрывала стол, а он вдруг почувствовал себя таким же, как в юности. Эти два дня напоминали настоящий медовый месяц. Катя смущённо поглядывала на него, а он сам не понимал, что с ним творится — давно между ними не было такого огня.
В понедельник они вернулись в город, и Андрей снова с головой ушёл в дела.
— Катюш, мне нужно уехать на неделю. В том городе не всё гладко с филиалом. Не скучай, хорошо?
— Не буду. Поеду на дачу.
— А что ты там одна делаешь-то?
Она как-то испуганно посмотрела на него.
— Ничего особенного… Просто природой наслаждаюсь.
Всю дорогу в командировку Андрей размышлял: каждый раз, когда он уезжает, Катя отправляется на дачу. И она так расцвела в последнее время. Странно всё это. Он гнал от себя подозрения, но они упорно возвращались.
Вернувшись, он заметил: после каждой поездки жена становилась не только красивее — она была ласковой, весёлой. Ночью он не спал, а утром спросил:
— Катюш, какие у тебя сегодня планы?
— Хочу генеральную уборку устроить.
— Сколько раз говорил — наймём домработницу.
— Нет, я сама прекрасно справляюсь. Не хочу, чтобы чужой человек копался в наших вещах.
— Значит, на весь день?
Она рассмеялась.
— Возможно, и на два.
Андрей сжал кулаки: ещё полгода назад она почти не улыбалась, выглядела потерянной. Теперь он всё узнает.
Он сразу поехал в магазин, купил всё необходимое и помчался на дачу. Страх, что жена встречается там с кем-то, не давал покоя. Установив камеры и быстро всё подключив, он уехал через два часа.
Едва отъехал — звонок. Босс.
— Андрей, выручай. Понимаю, ты только приехал, но там опять бардак. Увольняй того начальника, ищи нового.
Он вздохнул: знал, что так и будет.
— Катя, я дома.
Жена выпорхнула к нему, свежая и радостная, словно и не убиралась весь день.
— Так соскучилась!
Андрей напрягся: ещё недавно она по нему не скучала.
— Меня снова отправляют в командировку.
— Как? Ты же только вернулся…
— Так вышло. Ты, наверное, опять на дачу?
— Конечно. А что здесь одной делать?
Его так и подмывало спросить: а там что делать? Но он промолчал.
Из командировки он летел домой быстрее, чем когда-либо. Не предупредил жену — сразу рванул на дачу. Был уверен: сейчас всё выяснится.
Катя ещё спала — и, к удивлению, одна. Он прошёлся по комнатам под её изумлённым взглядом, достал ноутбук, включил запись.
Катя замерла, прижав руки к груди, увидев себя на экране. Она входила в дом с большой сумкой, пила чай, раскладывала медицинские инструменты, лекарства, бинты. Потом приходили старушки и старички: Катя мерила давление, обрабатывала пальцы, вытаскивала серные пробки из ушей.
Андрей захлопнул ноутбук. Земля уходила из-под ног.
Первой заговорила Катя.
— Андрей… Я не знаю, что сейчас сказать. Понимаешь, я всегда мечтала быть врачом. Ты обещал помочь, как только встанешь на ноги. Наверное, я сама виновата — нужно было настоять, сделать по-своему. А потом… Потом всё опостылело. Каждый день одинаковый. Я стала тенью, а не человеком. И случайно узнала про эту деревню — здесь полно пожилых, а фельдшера нет. Когда я им помогаю, я снова чувствую себя настоящей. Не твоей тенью — собой.
Он сидел, опустив голову. Как он мог так поступить с собственной женой? Именно он лишил её возможности реализоваться, превратил в удобное приложение к себе — и ещё был недоволен её угрюмым видом.
Андрей резко повернулся к ней.
— Катюш, прости меня. Я настоящее чудовище. Даже не подумал, что у тебя могут быть свои желания. Всё только о себе. Я должен был давно это понять… А я думал, ты мне изменяешь. Поэтому ты стала такой ласковой, весёлой…
Катя обняла его.
— Не надо, не вини себя. Это я какая-то ненормальная. Другие жёны радовались бы, что можно не работать.
Он отстранился.
— Ты у меня самая нормальная. Самая правильная. Давай я построю здесь медпункт, и ты будешь работать так, как тебе нравится.
Катя лукаво посмотрела на него.
— Хорошая идея. Жаль только, что воплотить её не получится.
— Почему? Ты сердишься?
— Немножко. Но понимаешь… В ближайшие три года у меня вряд ли будет время на полноценную работу.
Андрей удивлённо посмотрел.
— Не понимаю. Ты же хочешь помогать людям…
— Хочу. Только не в городской клинике.
Она рассмеялась.
— Знаешь, Андрей, здесь пациенты по-настоящему благодарные. Многие годы обходились без помощи. Кому-то достаточно просто внимания. Здесь в основном одинокие, ненужные детям. Я бы хотела продолжать им помогать… Пока могу.
Он вскочил.
— Что ты меня пугаешь? Что значит «пока могу»?
Катя посерьёзнела.
— Андрей, о чём мы в семье старательно молчим? О чём избегаем говорить?
Он понял.
— О детях…
Да, эта тема давно была под запретом. Сначала обсуждали, потом ждали, потом просто замолчали — чтобы не ранить друг друга. Даже к врачам не пошли. Просто тишина.
— Правильно, — кивнула она. — Но теперь молчать нельзя.
Он смотрел на неё, боясь поверить.
Катя снова обняла его, уткнулась в плечо.
— Помнишь те два дня здесь? Они были сумасшедшими… Вот они и оказались такими. У нас будет ребёнок.
Андрей чуть не потерял сознание. Осторожно отстранил её.
— Точно? Никакой ошибки?
Она счастливо засмеялась.
— Никакой. Я уже была у врача. Мы станем родителями.
Он закружил её по комнате.
— Катя, Катенька моя… Прости меня, дурака старого. Прости. Теперь только на руках вас носить буду.
Они не заметили, как в дом вошёл кто-то. Остановились, услышав кашель.
У порога стояла пожилая женщина.
— Екатерина Васильевна, простите… Опять дед с животом мается.
Катя покачала головой.
— Егоровна, скажите честно: бражку воровал?
— Воровал, гад такой. Думал, не узнаю. Жалко старика… Дайте хоть таблетку какую, с кровати не встаёт.
Катя быстро написала на бумажке, как принимать.
— Передайте: если будет пить бражку — язва откроется. Всё.
— Спасибо вам…
Уходя, старушка обернулась и улыбнулась.
— Прости, Екатерина Васильевна, не удержусь — скажу бабам. Рады они за тебя будут. Хорошая ты…
