Нина недоверчиво смотрела на доктора.
— Вы уверены?
Тот удивлённо поднял брови.
— Ну, милочка, если бы я каждый раз говорил наугад, то вряд ли до сих пор работал бы здесь.
Мужчина посмотрел на Нину из-под лохматых бровей и чуть нахмурился.
— Я не понимаю. Вы же, кажется, хотели ребёнка.
Нина резко поднялась, прижала ладони к груди.
— Я хотела. Очень хотела. И муж мой очень хотел. Вы же знаете, я у вас не первый год наблюдаюсь.
Доктор кивнул.
— Конечно, знаю. Поэтому не хочу вас задерживать. Бегите к мужу, обрадуйте его. И, насколько я помню, ваша свекровь тоже очень ждала внука.
После этих слов Нина помрачнела.
— Да. Мне иногда кажется, что даже больше, чем мы.
Доктор постучал карандашом по столу, будто поставил точку в размышлениях.
— Да-да. Забыть такую женщину невозможно. Танк на ходу закопает. Вы в первую очередь ей сообщите. Понимаю, что хочется сразу мужу, но сначала позвоните ей, а ему скажете сразу после неё. Всё равно ведь узнает. А так вы сможете немного укрепить ваши непростые отношения.
Нина вышла на улицу и мысленно поблагодарила врача. Она так и сделает. Наконец-то закроет рот этой ненавистной свекрови. Господи, сколько не минут, а часов, неприятных часов заставила её пережить Инесса Витольдовна. Общие знакомые и родственники, встречая Нину, только горестно вздыхали. Всем своим видом они будто говорили: ну что с неё взять, ущербная.
Нина не была ущербной. Да, они с Сашей жили в браке уже семь лет, а детей всё не было. Но ведь так бывает. Тем более однажды они решились на обследование. В клинике им сказали, что всё в порядке, просто нужно набраться терпения.
Только Инесса Витольдовна врачам верить не желала. Она говорила Нине прямо, без всяких церемоний.
— Послушай, милочка, эти недоучки могут наговорить что угодно. Но почему я должна верить им, а не своим глазам. Вы столько лет вместе, а детей всё нет. Я точно знаю, что у Саши всё в порядке. Значит, дело в тебе.
— Инесса Витольдовна, выслушайте меня…
Свекровь тут же поднимала ладонь, будто ставила стену.
— Ничего слышать не хочу. И, пожалуйста, не усугубляй положение. Ты же знаешь, мне не интересно твоё мнение.
Нина знала. Поэтому старалась лишний раз не попадаться свекрови на глаза. Вообще в её присутствии Нина чувствовала себя кроликом перед удавом.
Инесса Витольдовна была дамой непростой. Когда-то она играла в местном театре. Там в неё и влюбился крутой бандит. Саша у неё к тому времени уже был, но помехой не стал. Видимо, любовь у них и правда была настоящая, потому что фотография того самого человека всегда стояла у её кровати.
Они так и не поженились. Не успели. Прожили вместе всего лет десять. То прятались, то по заграницам мотались. Зато обеспечить будущее своей любимой он сумел. К тому моменту, когда его не стало, у Инессы Витольдовны уже было две собственные, большие и вполне успешные фирмы.
А вот Саша был… как бы помягче сказать… почти бесхребетным. По крайней мере, со стороны так выглядело. Мама решала за него всё. Мама одевала, обувала, направляла и одобряла.
Когда они с Ниной поженились, Саша вроде бы захотел стать мужчиной. Он даже начал работать у матери в офисе. Правда, иногда.
Нина как-то осторожно пыталась поговорить.
— Саш, неужели тебе не хочется быть независимым от мамы?
Он только пожимал плечами.
— А зачем. Вместе нам всем легче.
— Конечно легче, Саша. Тебе легче.
А вот Нине было иначе. Невестка, понимая, что они полностью зависят от свекрови, должна была молчать на все её выпады. При этом Инесса Витольдовна самодуркой не была. Она была умной, собранной, успешной женщиной. Но холод между ними стоял ледяной.
Нина достала телефон, подумала и присела на лавочку. Надо правильно сформулировать то, что она сейчас скажет. Саша с работы придёт только часа в четыре. Значит, она успеет приготовить праздничный ужин.
Сегодня Нине пришлось отпроситься с работы. Работа, кстати, была единственным, что она отвоевала у мужа и свекрови. Нина решила: если она ещё и дома сядет, то Инесса Витольдовна её просто сожрёт. И свекровь, как ни странно, отнеслась к этому спокойно. Даже прикрикнула на Сашу, когда тот был недоволен.
Нина глубоко вдохнула, собралась с мыслями и набрала нужный номер.
— Инесса Витольдовна, добрый день.
— Здравствуй, Нина. Что-то случилось?
— Скорее да, чем нет. Я только что из поликлиники. У нас с Сашей будет ребёнок. А у вас будет внук или внучка.
На том конце провода повисло молчание. Оно было таким плотным, что Нине показалось, будто связь оборвалась. Потом свекровь тихо, почти осторожно спросила:
— Ошибки быть не может?
— Врач сказал, что нет. Всё хорошо.
Голос Инессы Витольдовны заметно потеплел.
— Хорошо, Нина. Я заеду к вам сегодня. Обязательно заеду. Саша знает?
— Нет. Я хочу приготовить ужин и сообщить ему, когда он придёт с работы.
— С работы… Ну да, поняла. Тогда я пока буду молчать.
Нина отключила телефон и улыбнулась. Впервые свекровь разговаривала с ней так мягко. Вообще, когда Саша привёл её знакомиться, Нина думала, что Инесса Витольдовна просто спустит её с лестницы.
Ещё бы. Пусть не детдомовская, но сирота. Мамы не стало, когда Нине исполнилось восемнадцать. Квартиру, обманув девушку, отжала себе сестра матери. Нина не сломалась. Научилась работать, снимала комнату в общежитии. Конечно, не о такой невестке мечтала Инесса Витольдовна. Но потом, видимо, смирилась.
Нина посмотрела на часы. До прихода мужа оставалось больше трёх часов. И так хотелось с кем-то поделиться. Она набрала номер подруги.
Аня была её единственной подругой. Да и то потому, что она была одноклассницей Саши. Прежние подруги как-то сами отсеялись, когда у Нины поменялся статус. Может, виновата была жизнь. А может, и сама Нина.
С Аней они общались. Не всё, конечно, Ане нравилось в Нине, но своё мнение она держала при себе. Один раз Нина только попросила Сашу передать Ане, что перед тем как приходить, лучше звонить и предупреждать. Может, Саша сказал. Может, Аня сама догадалась. Но теперь она всегда звонила.
Только сейчас Аня трубку не брала. Нина вздохнула.
Наверное, на тренировке.
Через час Нина подходила к дому. Руку оттягивал увесистый пакет с продуктами. Сегодня она решила расстараться. Давненько не готовила чего-нибудь этакого, праздничного.
Едва она вошла в квартиру, сразу почувствовала, что что-то не так. Она остановилась, осмотрелась и поняла. Не так были туфли, которые валялись посреди прихожей.
Нина выронила пакет. Ноги, будто не слушаясь её, понесли её прямо в спальню. Она распахнула дверь и замерла.
Там были Саша и Аня.
Саша был так занят поцелуями, что Нину не увидел. Первой увидела её Аня. И сразу же всё прекратила. Саша тоже вскочил.
Нина зажала уши руками, чтобы ничего не слышать. Ни визга, ни оправданий, ни того, что говорил муж. Потом развернулась и побежала.
Она неслась через три ступеньки, рискуя упасть. На выходе врезалась в кого-то, машинально извинилась и, не поднимая головы, хотела бежать дальше.
— Стой. Куда несёшься. В твоём положении так бегать нельзя.
Нина подняла голову. Перед ней стояла Инесса Витольдовна.
Нина не выдержала и разрыдалась.
— Там… Там Саша. Саша с Аней…
Женщина тяжело вздохнула.
— Так. Всё понятно. Пошли.
Она развернулась и потащила Нину за собой, прочь из подъезда.
— Куда?
— Ко мне. Там поговорим.
Нина покорно пошла к машине свекрови. Сил спорить и сопротивляться не было.
Дома Инесса Витольдовна усадила её на диван, поставила чай, подвинула кружку ближе.
— Ну, рассказывай. Не про то, что ты увидела. А про то, что ты собираешься делать.
Нина пожала плечами.
— Я пока не думала. Сниму квартиру. Подам на развод.
Она подняла глаза на свекровь, и голос у неё дрогнул.
— Вы же не будете отбирать у меня ребёнка?
Инесса Витольдовна снова вздохнула, но уже иначе, мягче.
— Я что, совсем монстром тебе кажусь. Не буду. Знаешь… мой любимый, дорогой, тоже изменял мне. Но у меня не хватило характера порвать с ним. В те времена все плохо жили, а я хорошо. Потому что бесхарактерная была сначала. А потом ничего, закалилась.
Она на секунду замолчала, будто решала, говорить ли дальше, и всё-таки продолжила.
— Этот бизнес, который у меня есть, я у него буквально выклянчила. Он хоть и изменял, но почему-то всё время возвращался. Говорил, что никак без меня не может. А я делала вид, что прощаю. Мне нужно было обеспечить будущее Саши. Эх… Саша не оправдал надежд мамы.
Инесса Витольдовна наклонилась ближе.
— Ты, Нин, не думай, на улице не останешься. Поживи пока у меня. Я разберусь с некоторыми вопросами. И чувствуй себя как дома.
Нина смотрела на неё с удивлением. Они никогда не говорили вот так, по душам.
— Спасибо, Инесса Витольдовна.
Саша явился к вечеру. Нина была в другой комнате, и поэтому он её не видел.
— Мам, а Нина к тебе не заезжала?
— Нет. А что случилось?
Нина сжалась. Значит, свекровь её не выдаст.
— Да ничего такого. Поругались немного. А эта ненормальная психанула. Интересно, где она может быть.
Саша сидел за кухонным столом и нервно качал ногой. Инесса Витольдовна, будто между делом, спросила:
— А ты не знаешь, где Аня. Давно её не видела.
Саша на секунду замялся, но быстро нашёлся.
— У Ани сегодня какая-то вечеринка с подругами.
Инесса Витольдовна присела напротив сына. Голос у неё стал холодным, как сталь.
— Саша, ты сейчас почувствовал разницу. Ты понятия не имеешь, где твоя жена. Но при этом точно знаешь, где Аня.
Саша пасмурно покосился на мать. Он прекрасно знал её отношение к изменам.
— Мам, тебе что, Нина всё рассказала?
— Что именно рассказала, Сашенька?
Саша вспотел. Он не понимал, знает мать всё или нет. Стоит ли ему признаться или лучше продолжать играть.
— Мам…
— Саша. Нина мне всё рассказала.
Он попытался ухватиться за спасительную соломинку.
— Мам, это всё случайно…
— Саша, ты можешь обманывать Нину. Но меня-то зачем. Я навела справки. В том числе и по твоим расходам.
Саша окончательно сжался, будто стал меньше ростом.
Инесса Витольдовна произнесла спокойно, почти буднично, от чего становилось ещё страшнее.
— Я считаю так. Раз у вас такая сильная любовь, что ты наплевал на жену и будущего ребёнка, вам с Аней нужно жить вместе. Но не в этом городе. В другом. Потому что в этом городе будет жить моя невестка и мой внук.
— Какой внук, мам. С тобой всё хорошо?
— Со мной всё замечательно. Нина спешила домой, чтобы сообщить тебе о беременности.
Саша вскочил, начал что-то доказывать матери, повышать голос, метаться по кухне. Нина плотно закрыла дверь своей комнаты. И вдруг поймала себя на странном ощущении. Словно над ней поставили каменный колпак, надёжный и крепкий. Словно она под защитой. И больше можно не бояться.
Она слышала, как Саша хлопнул дверью. И в этот момент поняла окончательно. Ничего больше её с мужем не связывает. Только Инесса Витольдовна и будущий малыш.
Через положенный срок Нина родила здорового мальчика. Она лежала в палате, перебирала пальчики сына и улыбалась. Инесса Витольдовна купила ей просторную квартиру. Туда Нина должна была переехать сразу после выписки. Вернее, прямо из роддома поехать туда.
Свекровь сказала, что будет помогать, но мешать не хочет. Свекровь сказала, что Нина ещё молодая и может выйти замуж.
За то время, что они жили вместе и обустраивали квартиру для Нины и сына, Нина узнала Инессу Витольдовну совсем с другой стороны. Оказалось, что это обычная мягкая и нежная женщина, которая просто прячется под маской.
Однажды Нина не выдержала и спросила:
— Зачем?
Инесса Витольдовна улыбнулась одними губами.
— Понимаешь, Нин, так легче. Никому не придёт в голову обидеть или обмануть меня. А всё остальное я оставляю только для себя. Я очень любила своего гражданского мужа. И очень страдала, когда он предавал меня раз за разом. А когда его не стало, решила, что больше никогда и никому не позволю влезть ко мне в душу.
В день выписки в палату заглянул врач. Тот самый доктор, который вёл Нину всю беременность.
— Ну как тут наша мамочка?
Нина улыбнулась. Она давно замечала, какими глазами врач смотрит на Инессу Витольдовну. Та никак не реагировала при нём, держалась ровно, но дома Нина видела другое. Инесса Витольдовна становилась задумчивой, немного растерянной, будто не знала, как себя вести.
— Всё хорошо. А вы один?
Мужчина усмехнулся.
— Конечно один. Очень надеялся, что ваша свекровь уже здесь.
Нина не успела ответить.
— Вы меня преследуете?
На пороге стояла Инесса Витольдовна. Но, увидев внука, она тут же сменила гнев на милость.
— Господи. Хорошенький-то какой.
Нина с улыбкой наблюдала, как два взрослых, уже немолодых человека осторожно строят мостики друг к другу. На выписку они приехали уже вместе. И Инесса Витольдовна, слегка смущаясь, сказала Нине:
— Нин, мы тут подумали. В общем… Не так уж у нас много времени, чтобы долго в конфетно-букетном периоде пребывать. Через месяц расписываемся.
