Данил открыл банку тушенки — ту самую, что покупал для походов, и принялся есть прямо из жестянки ложкой.
А ведь еще месяц назад жизнь была совсем другой…
В тот день Лиза вернулась домой около восьми вечера. Операция затянулась, у нее был пациент: пожилая овчарка с заворотом желудка, счет шел на минуты. Но они вовремя успели прооперировать и собака выжила.
Лиза была ветеринаром уже одиннадцать лет. Работала в частной клинике, где ценили ее руки и спокойствие, с которым она делала даже самые сложные манипуляции.
Поднимаясь по ступенькам, она мечтала только об одном — переодеться в домашнее, погладить Грея и завалиться на диван с чашкой чая.
— Хоть бы сегодня без его тусовок обошлось, — подумала она устало. — Среда же, в конце концов…
Но не обошлось.
Уже у порога она услышала громкие голоса. Женский смех. Музыку. Грей заливался лаем где-то в глубине квартиры — видимо, его закрыли в спальне.
— Опять двадцать пять… — Лиза закрыла глаза и выдохнула.
В прихожей валялись чужие куртки, женские сапоги на каблуках, мужские кроссовки. Пахло сигаретами, хотя Данил обещал больше не курить дома.
— О, Лизка! — из гостиной высунулась подруга мужа, Оля. Глаза блестели, щеки раскраснелись. — Ну наконец-то! Слушай, а у вас тут ничего поесть нет? Мы тут проголодались малость…
Лиза молча прошла на кухню. На столе — пустые бутылки, грязные тарелки, пепельница, полная окурков. В мойке — гора посуды. Она открыла холодильник: пачка сосисок, помидор, немного сыра и йогурт с истекшим сроком годности.
— Лиз, ну что там у нас? — в дверях возник Данил. Походка нетвердая, взгляд расфокусированный. — Может, салатик какой сообразишь? Или яичницу? Народ голодный.
— Из чего салатик, Данила? — спросила она ровным голосом. — Из одного помидора?
— Ну… — он помялся. — Ну ты же у нас мастерица. Всегда что-то придумаешь.
Из спальни донесся протяжный вой Грея.
— Почему собака закрыта? — Лиза почувствовала, как сжимаются кулаки.
— А она носилась тут, всех доставала, — отмахнулся Данил. — Олька сказала, что у нее аллергия. Ну я и убрал пса. Ничего с ним не случится, посидит часок.
— Аллергия у нее, — повторила Лиза. — Понятно.
Она прошла мимо мужа в спальню. Грей, красивый серебристый веймаранер, бросился к ней, как только она открыла дверь. Пес дрожал, прижимался к ногам, скулил.
— Тише, мальчик, тише, — Лиза присела на корточки и обняла собаку. — Все хорошо. Сейчас все будет хорошо.
Но она не была в этом уверена.
***
Три месяца назад Данила уволили из спортивного магазина за прогулы. Сначала он пытался найти новое место. Ходил на собеседования, строчил резюме. Но постепенно это прекратилось. Зачем напрягаться, если можно жить на зарплату жены?
А Лиза пахала. Клиника, дежурства, выезды на дом. Операции, прививки, консультации. Иногда она приходила домой за полночь и падала в кровать без сил. А Данил в это время собирал друзей. Пили, смотрели футбол, играли в приставку. И всякий раз ждали от Лизы, что она накормит эту компанию, уберет за ними, улыбнется гостям.
— Выведи Грея, — сказала Лиза, возвращаясь на кухню. — Ему нужно на улицу.
— Лиз, ну серьезно? — Данил покачал головой. — У меня гости. Не могу я сейчас бросить всех и с псом гулять.
— Это твоя собака. Ты сам хотел завести веймаранера. Помнишь, как ты убеждал меня, что будешь с ним бегать по утрам, дрессировать, гулять?
— Ну так ты ж ветеринар, — пожал плечами Данил. — Тебе проще.
Из гостиной донеслось:
— Дань, иди сюда! Матч начинается!
— Ну вот, видишь? — он развел руками. — Лиз, ну будь человеком. Сбегай с собакой, накорми народ чем-нибудь. Ну пожалуйста.
Лиза посмотрела на него долгим взглядом.
— Нет.
— Что нет?
— Я не пойду с твоей собакой. И кормить твоих друзей я не буду.
Данил нахмурился и шагнул ближе. От него несло перегаром и табачным дымом.
— Слушай, хватит уже вечно ныть! — голос стал громче. — Я попросил тебя об элементарном! Ну что тебе стоит?!
— Мне стоит сил, времени и нервов, которых у меня нет, — Лиза говорила тихо, но твердо. — Я сегодня десять часов провела на работе. Спасала чужую собаку. А ты не можешь выгулять свою.
— Еще вспомни, сколько ты зарабатываешь! — огрызнулся Данил. — Да что ты о себе возомнила?!
В дверях кухни появилась Оля, а за ней еще двое из этой компании. Смотрели с любопытством, переглядывались, ухмылялись.
И тут что-то внутри Лизы переключилось.
— Грей, ко мне, — позвала она собаку.
Пес тут же оказался рядом, ткнулся мордой в ее руку.
— Ты куда? — Данил не понял.
Не отвечая, Лиза прошла в спальню. Достала чемодан, начала складывать вещи. Джинсы, свитера, нижнее белье. Документы. Ноутбук. Зарядки.
— Постой, ты чего делаешь?! — Данил ворвался в комнату следом. — Ты куда собралась?!
— Ухожу.
— Как это ухожу?!
Лиза застегнула сумку, взяла поводок Грея. Пес насторожился, завилял хвостом, он понял, что они идут куда-то вместе.
— Очень просто, — она посмотрела Данилу в глаза. — Ты сказал, что это элементарно? Вот так же элементарно я ухожу. Твоя собака со мной. Потому что ты о ней не заботишься.
— Погоди, Лиз! — Данил попытался перегородить ей путь. — Мы же можем поговорить! Я не хотел! Просто… ну не в том тоне сказал!
— Дело не в тоне, — Лиза обошла его и направилась к выходу. — Дело в том, что последние три месяца ты живешь как в гостинице. Ничего не делаешь по дому, не работаешь, устраиваешь тусовки каждую неделю. И еще обижаешься, когда я не хочу обслуживать твою компанию.
Гости в гостиной притихли. Музыка играла, но все смотрели в прихожую.
Лиза надела куртку, пристегнула поводок к ошейнику Грея.
— Подожди! — Данил схватил ее за рукав. — Ты все неправильно делаешь! Я ж не специально! Я просто… устал от поисков работы. Мне нужно было отдохнуть, понимаешь?
— Три месяца отдыха? — она высвободила руку. — Данил, ты отдыхаешь на мои деньги. Пока я вкалываю, ты развлекаешься. И при этом еще требуешь, чтобы я прислуживала тебе и твоим друзьям.
Она открыла дверь.
— Лиз! Лиза! — он кинулся за ней. — Ну ты же не уйдешь просто так! Да тебе и некуда идти. И это твоя квартира тоже!
Лиза обернулась на пороге.
— Да, дорогой, твоя квартира. Твои друзья. Твоя собака, которую ты не можешь выгулять. Оставайся со всем этим. А у меня есть профессия, которая меня кормит. И достоинство, которое не позволяет дальше это терпеть.
Она вышла. Грей радостно семенил рядом, стуча когтями по бетонным ступенькам.
— Да ладно тебе! — крикнул Данил ей вслед. — Остынешь и вернешься! Всегда возвращалась!
Но Лиза не обернулась.
Первый час Данил был уверен, что она вернется. Просто походит, подумает, остынет и вернется. Всегда так было после ссор.
— Эх, Данек, зря ты так, — покачала головой Оля. — Лизка-то нормальная. Редко такие бабы попадаются.
— Да брось, — отмахнулся он. — Сейчас вернется.
Но прошел час, другой. Компания разошлась ближе к полуночи. Данил остался один в прокуренной квартире, среди грязной посуды и пустых бутылок.
Он позвонил Лизе. Сброс. Еще раз, опять тоже сброс. Третий раз — телефон был уже выключен.
— Ладно, — пробормотал он. — Утром вернется. Еще извинится за спектакль.
Он завалился спать.
Утром Данила разбудила тишина. Непривычная, гнетущая тишина. Обычно к этому времени Грей уже скулил у двери, требуя выгула. А тут тишина…
Он вспомнил, что пес ушел с Лизой, и неожиданно почувствовал свою вину.
Телефон Лизы по-прежнему был недоступен. Данил набрал номер ее матери.
— Алло, Валерия Ивановна? Это Данил. Лиза у вас?
— Нет, — ответ был холодным. — А что случилось?
— Да так, ничего… мы вчера немного поругались. Думал, может, к вам пошла.
— Не приходила. И если честно, Данил, то после того, как ты почти полгода сидишь без работы и устраиваешь попойки каждую неделю, я бы не вернулась к тебе вообще. Хватит на тебя жизнь тратить.
Гудки.
Данил выругался. Полез в холодильник, а там обнаружились только те сосиски и половинка помидора. Он сварил сосиски, съел с хлебом, запил чаем.
К обеду голова раскалывалась от похмелья. Данил пытался дозвониться до Лизы — безрезультатно. Написал сообщения, а они не прочитаны.
К вечеру он начал названивать общим знакомым. Никто ничего не знал. Вернее, некоторые знали, но молчали.
Подруга Лизы, Света, сказала коротко:
— Не знаю, где она. И знать не хочу. Ты, Данил, совсем с катушек съехал. Сам виноват.
И бросила трубку.
Прошла неделя. Данил перебивался дошираком и макаронами. Деньги заканчивались. Пособие по безработице, смешные копейки, уходили на сигареты и самую дешевую выпивку.
Квартира превратилась в свалку. Посуда копилась в раковине, мусорное ведро давно переполнилось, на диване — гора грязного белья.
Он звонил Лизе каждый день. Иногда по несколько раз. Писал сообщения: «Прости», «Вернись», «Я изменюсь». Но телефон молчал.
***
Однажды вечером ему позвонила Оля.
— Дань, слушай, я тут случайно Лизку вчера видела. Она с Греем гуляла. В парке у центра.
Сердце Данила бешено стало стучать.
— И что? Как она?
— Нормально выглядит. Спокойная такая. Я подошла, хотела поговорить, а она мне: «Привет, Оля. Извини, мне некогда». И ушла. Знаешь, как будто… как будто она счастлива.
Данил швырнул телефон на диван. Встал, прошелся по комнате. Потом резко схватил куртку и вышел. Он бродил по городу больше часа, высматривая Лизу. Заходил в парк, ходил по привычным маршрутам, где они гуляли с Греем. Но нигде ее не было.
Тем временем Лиза сидела в маленькой съемной квартирке на окраине. Грей дремал у ее ног, положив морду на лапы.
Жилье она нашла через коллегу из клиники. Однушка с простым ремонтом, мебель простая, но чистая. Главное, что хозяйка разрешила с собакой.
Лиза гладила Грея по гладкой серой шерсти и думала о том, как странно устроена жизнь. Она отдала Данилу шесть лет. Шесть лет поддержки, заботы, компромиссов. А он… просто решил, что так и должно быть всегда.
— Знаешь, Грей, — тихо сказала она псу, — я думала, мы переживем его увольнение. Я думала, он возьмет себя в руки. Но он выбрал другое.
Пес поднял морду, посмотрел на нее умными карими глазами.
— А теперь мы с тобой свободны, — улыбнулась Лиза. — Правда ведь?
Грей тявкнул в ответ и лизнул ее руку.
Еще через две недели Данилу позвонила бывшая коллега Лизы из клиники.
— Данил? Это Дарина. Слушай, я хотела узнать… вы с Лизой точно расстались?
— Почему ты спрашиваешь? — насторожился он.
— Просто она тут у нас съемную квартиру нашла. Через меня. Говорит, что назад не вернется. И еще… она оформляет Грея на себя. Ветпаспорт, чип, все переписывает.
— Как это?!
— Ну, говорит, что ты о собаке не заботился, так что теперь она его хозяйка.
Данил почувствовал, как внутри что-то оборвалось.
Он посмотрел вокруг. На грязную квартиру, завалы мусора, немытую посуду. На пустой холодильник. На свою бесцельную, никчемную жизнь. И вдруг понял, что потерял не просто жену. Он потерял человека, который держал его на плаву. Который вытягивал его из болота. Который верил в него.
А он предпочел гулянки с друзьями, лень и перекладывание ответственности.
— Спасибо, что сказала, — глухо произнес Данил и отключился.
Он сел на грязный диван и положил голову на руки.
В квартире было тихо. Пусто. Никто не скулил у двери. Никто не встречал с работы. Никто не варил ужин.
Никого не было. Абсолютно ни-ко-го!
А в маленькой съемной квартирке на окраине Лиза готовила ужин, насвистывая мелодию. Грей сидел рядом, терпеливо ожидая, когда ему перепадет кусочек курицы.
— Знаешь что, мальчик, — сказала она, нарезая овощи, — завтра мы с тобой пойдем на собачью площадку. Давно хотела с тобой аджилити попробовать. Данил обещал, но так и не нашел времени. А теперь, найдем сами.
Пес радостно завилял хвостом. Лиза улыбнулась. Впервые за долгое время она чувствовала себя по-настоящему легко.
Да, впереди еще много вопросов. Официальный развод. Раздел имущества. Новая жизнь. Но она уже сделала главное, она выбрала себя. И Грея, который доверился ей полностью.
А Данил пусть разбирается со своей жизнью сам. Как взрослый мужчина, которым он так и не стал.
