Не ценит тебя твой хозяин. Видела я собак, которых любят. Совсем другие они. Наряды носят фирменные, шерстка шампунями дорогими намыта, к парикмахеру их водят, обувь по погоде покупают…
Сегодня у Джульетты открылись глаза! Он ее не любит! Как же она раньше этого не понимала? Ведь все просто кричало об этом.
Эх, не зря говорят, что любовь слепа. Она бы сама не увидела правды. Ведь ее сердце стучит только ради Сергея.
Но нашлась добрая Катерина. Она-то и объяснила Джульетте все хитрости мужской души.
Дело было так…
Однажды Джульетта валялась на солнышке и блаженствовала. Лето, тепло, зелень, небо голубое до рези в глазах, облачка ползут пушистые и белые, словно синтепон из ее любимой подушки.
Нет, что ни говори, а дача – это прекрасно. Хорошо, что Сергей на нее в этом году разорился.
Нагретые доски крыльца пахнут лесом. Толстые шмели гудят басовито и успокаивающе. Благодать…
Даже мячик гонять неохота. Лень. Бабочка уселась на нос, ну и пусть себе отдыхает.
Сергей прятался в прохладе дома и что-то выколачивал из своего ноутбука, согнувшись буквой «зю». Глупый. В такой денек работает. Все равно всех денег не добудешь.
Сбоку мелькнуло рыжее…
Джульетта скосила глаза и чуть не подпрыгнула. Возле крыльца сидела кошка! По цвету, что твоя морковь, глаза, словно бутылочные осколки – колючие, зеленые.
Джульетта медленно поднялась, оскалилась:
— Тебе чего здесь надо? Проваливай! Моему хозяину только кошек облезлых не хватало.
— Ох-ох-ох, какие мы грозные! — рыжая нахалка ни капли не испугалась. — А преданные-то какие: «Моему хозяину!»
Да чихал он на тебя сто раз. Ты тут героиню из себя корчишь, а ему, если по-хорошему, дела до тебя, как до погоды на Луне.
— Неправда! — возмутилась Джульетта. — Сергей меня любит!
— То-то я и смотрю… Ошейник вытертый, старый, патлы черные, немытые, во все стороны торчат. Ты в салоне когда в последний раз была?
— Где?
— Ой, дремучая! В салоне для собак.
— Никогда не была.
— Вот я об этом и говорю. Ты зубы-то спрячь, много нового узнаешь. Меня, кстати, Катерина зовут! — кошка гордо распушила рыжий хвост.
— Джульетта.
— Это он тебя в издевку так назвал? Какая из тебя Джульетта? Ты обычная Жучка!
Джульетта снова оскалилась. На этот раз от обиды.
— Да ты меня не пугай! — кошка дернула хвостом. — Пуганная. Лучше послушай… Не ценит тебя твой хозяин. Видела я собак, которых любят. Совсем другие они. Наряды носят фирменные, шерстка шампунями дорогими намыта, к парикмахеру их водят, обувь по погоде покупают…
— Много ты понимаешь своими кошачьими мозгами! — проворчала Джульетта и отвернулась.
Разговаривать не хотелось. В душе завозился червячок сомнения: «А вдруг и правда не любит?»
Но в первый раз Джульетта с ним справилась:
«Не шампунями любовь меряют…»
Тем более, словно подтверждая ее мысли, Сергей вышел из дома, присел на крылечко, обнял Джульетту:
— Что, Джулька, соскучилась? Совсем я тебя забросил. Давай, что ли, мячик погоняем.
Она обрадовалась, заработала хвостом, словно отмахиваясь от противных дум.
«Любит он меня! Любит!»
Хотела сказать об этом кошке, но та исчезла, словно ее и не было…
*****
Катерина явилась на следующий день. Теперь она подошла ближе. Принюхалась, возмутилась:
— Фи, ну и запах! Ты прости меня, милочка, пахнешь немытой псиной! Совсем твой хозяин о тебе не заботится. Зачем такие людишки живность заводят – не понимаю!
Джульетта стыдливо отодвинулась подальше. Неужели от нее действительно так плохо пахнет?
А вдруг кошка все же права? И хозяину до нее нет никакого дела? В мячик он с ней вчера поиграл, ну и что?
Скучно ему стало, ноги затекли целый день сидеть. Вот и вышел размяться. Для своего здоровья, а вовсе не от любви к Джульетте…
Катерина наблюдала. Попали ее слова в цель, к гадалке не ходи! Вон, как скуксилась собачья морда, хвост поник, уши опали. Это хорошо. Авось поумнеет.
— Тебе бы другого человека найти. Лучше женщину. Они как-то душевнее. Мужики любить не умеют. Тебя если в порядок привести – вполне симпатичной станешь. Может, даже красоткой. А так… дворняжка дворняжкой!
— Не хочу я никакую женщину. Я Сергея люблю.
— Вот дурная! Совершенно жизни не понимаешь. Мужик никогда не изменится. Будет тебя в черном теле держать. Подарков от него не дождешься…
А состаришься, так и вовсе выкинет. Помяни мое слово, я в человечьих мужчинах хорошо разбираюсь.
— Да откуда?
— От верблюда! Слушай сюда… Был у нас с хозяйкой мужик. Я сначала, прямо как ты, дурной была:
«Ох, хозяин! Ах, люблю не могу».
Ну, тогда его любить было за что. Меня на руках носил, игрушки покупал. С хозяйкой тоже хорошо обращался. Подарки дарил.
Только вот время прошло, и мужика нашего как подменили…
Моя Марина ему: «Пойдем в кафе, что ли, сходим?» А он ей: «Дома поедим! Нечего деньги зря тратить».
Она ему: «Поехали в отпуск». А он ей: «С ума сошла! На даче отдохнем. Дешево и сердито!»
Кроме всего прочего, на мне, паршивец, тоже экономить стал. Ни тебе мышек пищащих, ни деликатесов кошачьих. Ничего!
Я сначала не поняла, в чем дело. А потом он спалился – другую притащил, пока моя Маринка работала!
«Так вот на кого он теперь денежки тратит», — поняла я и возмутилась, естественно. Громко так. И знаешь, что этот подлец мне ответил?
— Что?
— Завянь, говорит, пуховка рыжая. И хозяйке даже мякнуть ничего не смей! Если выдашь, я тебя за хвост и на улицу! Во как!
— Ничего себе! Каков мерзавец! А ты? Мякнула?
— Не пришлось… Моя хозяйка сама их застукала. Так что на улицу он пошел, а я ее осталась утешать. С тех пор она мужиков на дух не переносит. Ни одного больше домой не привела.
Мне только, бывает, пожалуется:
«Эх, Катерина, не везет мне с мужчинами. Где же принцы-то водятся? Наверное, исключительно в сказках».
Я ее, конечно, утешаю. Хотя считаю, что без мужчин нам лучше. Маринка моя при мне. Холит, любит, одаривает. Вот поэтому и тебе советую: беги от своего Сереги со всех лап!
— Но я же собака, с собаками, наверное, все иначе, — усомнилась Джульетта.
— Да какое иначе?! Тебя еще быстрее выгонит, когда кого-нибудь покрасивше да попородистей встретит. Помяни мое слово!
Звучала Катерина очень убедительно. Да еще и глаза горели злым изумрудным огнем. Дрогнула собачья вера в хозяина под таким напором:
«Эх, похоже, права кошка».
В голову полезли мерзенькие мелочи:
«А однажды он с работы пришел и меня не погладил, а как-то покормить вовремя забыл. Потом вспомнил, но осадочек никуда не делся, а как-то раз…»
*****
Поэтому, когда на крыльце появился Сергей и спросил:
«Джулька, ты подругу завела?», она даже не обернулась.
Обида душила, свалившееся осознание хозяйской нелюбви придавило хвост к доскам крыльца, не позволяя ему вилять.
Неизвестно, чем бы все кончилось. Но тут от калитки раздалось:
— Кис-кис-кис.
Сергей и Джульетта повернулись и увидели симпатичную дамочку лет тридцати. Полненькую, невысокую, в цветастом сарафанчике, рыжую, как Катерина.
— Ого, какая у нас соседка! — шепотом одобрил Сергей.
— Моя явилась, — гордо объяснила кошка. — Обожает меня, переживает…
Я всего на минутку отлучилась, а она уже по всему садоводству бегает, ищет. Домой принесет, чесать будет специальной щеткой. Балдеж!
Джульетта окончательно скисла, опустила голову на лапы и замерла. Пускай Катерина бежит к своей замечательной хозяйке, а она останется лежать нечесаная, пыльная, забытая. Может, Сергею станет стыдно.
Но тут произошло неожиданное. Сергей засиял, словно бабкин самовар, приосанился и залапотал:
— Ах, это ваша кошечка? Ох, какая славная. На вас очень похожа… Вы проходите, не бойтесь. Джулька у нас мирная девушка. Правда, последние дни грустит чего-то…
— Моя, — гостья смутилась. — Убегает, вертихвостка рыжая. Скучно ей одной.
Она подошла к крыльцу и тоже улыбнулась Сергею. В воздухе легонько заискрило.
Катерина это почувствовала, занервничала, заметалась у хозяйки в ногах:
— Ма-а-а-рина! Ну чего расцвела-то, домой идем, щетка ждет!
Та погладила рыжую шерсть, но с места не двинулась.
— Ты же говорила, твоя мужиков не жалует! — ядовито проворчала Джульетта, косясь на кошку.
— Не жалует! Сама не понимаю, чего это она перед твоим хвост распушила.
А Катеринина хозяйка наклонилась к Джульетте:
— Какая же ты славная. Черненькая, ушки торчком, хвостик бубликом. Можно ее погладить? — посмотрела она на Сергея.
— Джулька, ты не против?
Это он у нее, у Джульетты, интересуется? Значит, ее мнение важно! Значит, он ее ценит! Запудрила ей мозги глупая кошка!
Черный хвост заплясал, заходил из стороны в сторону, голова сама нырнула под ладошку Катерининой хозяйки. Та засмеялась:
— Дружелюбная девчонка.
Катерина возмущенно зашипела, глаза метнули молнии.
— Катька, не ревнуй. Меня Марина зовут.
— Сергей. Пойдемте, я вас чайком угощу…
И они вошли в дом, оставив Катерину и Джульетту на крыльце.
— Начинается, — расстроилась кошка. — Жили себе спокойно, без всяких мужиков. Так нет же, надо было твоему из дома так не вовремя выползти!
Теперь опять – любовь, охи-вздохи, потом быт, а уж дальше полнейшее разочарование. Ну за что это нам?!
— Да что ты обо всех по одному охламону судишь! — рассердилась Джульетта. — Мой хороший. Пусть нарядов мне и не покупает. Не шмотками отношения измеряются.
Врешь ты все и мне мозги запудрила! Сергей у меня хороший, добрый. Вот и понравился твоей Марине. Пусть сами разбираются! На то они и люди!
— Пускай! Только я начеку буду… — Катерина дернула хвостом. — Может, твой и ничего, конечно. Но не доверяю я мужикам!
Сказала и скрылась в густой траве. Джульетта вздохнула:
«Обиженная кошка, несчастная. А я-то уши развесила, на хозяина разобиделась. Нет, нельзя в сердечных делах подружек слушать. Только свое сердце!»
И еще она подумала, что любовь каждый понимает по-своему. Для кого-то это подарки и салоны, а для кого-то – летний вечер вместе, объятия и разговоры по душам.
