– Игорь, ты мне сейчас соврал. Прямо сейчас, глядя в глаза, – Светлана сказала это удивительно спокойно, и от этого спокойствия по её спине побежали мурашки.
Муж оторвался от телефона, поморщился, словно его вырвали из чего-то важного.
– Света, о чём ты? Я сказал, что Андрей спрашивал про отель. И правда спрашивал.
– Он не спрашивал. Ты ему сам написал. Я видела экран, когда ты в душ ходил.
Игорь молчал секунд пять. Потом вздохнул, положил телефон на стол и посмотрел на неё так, будто она устроила скандал из-за ерунды.
– Ну и что? Я ему предложил съездить, раз уж мы туда летим. Какая разница, кто первый начал разговор? Света, ты прямо как следователь.
Она хотела сказать, что разница есть. Что ложь в мелочах всегда ведёт к лжи в большом. Но промолчала. Потому что не хотела ссориться за неделю до долгожданного отпуска. Потому что устала от своих подозрений, которые появлялись всё чаще. Потому что надеялась, что море всё исправит.
Они познакомились тридцать пять лет назад в Геленджике. Студенческая практика, жара, запах моря и жареных пирожков на набережной. Светлана тогда носила длинную юбку в цветочек и сандалии на платформе, а Игорь – выцветшую футболку с надписью, которую она не запомнила, зато запомнила его улыбку. Широкую, открытую, совсем не такую, как сейчас.
Он провожал её до общежития, они гуляли по ночному пляжу, он говорил ей, что она самая красивая девушка на курсе, а она смеялась и не верила, но хотела верить. Через год поженились. Игорь закончил институт, устроился на завод инженером-проектировщиком, она – в бухгалтерию. Переехали в Мытищи, в типовую двушку на седьмом этаже. Родили дочь Олю, потом сына Мишу. Дети выросли, разъехались. Миша живёт в Питере, Оля – в соседнем районе, приезжает редко, всё время занята.
А море для Светланы так и осталось тем самым местом, где она была счастлива по-настоящему. Она мечтала вернуться туда с Игорем, повторить ту юношескую поездку, только уже в комфорте, без общаг и дешёвых чебуреков. Она откладывала деньги, показывала ему фотографии отелей в Турции, в Греции. Он кивал, говорил «когда-нибудь», а потом покупал новую удочку или менял резину на машине.
И вот в январе, когда за окном валил снег, а Светлана в очередной раз листала сайты с турами, Игорь вдруг сам сказал:
– Давай съездим. Этим летом. В Турцию. Выбирай отель.
Она не поверила сразу. Переспросила. Он повторил. Сказал, что на работе дадут ему отпуск в июле, что устал от зим, что хочет моря. Светлана обняла его, и ей показалось, что между ними снова что-то проснулось. Что-то из того, что было в Геленджике.
Но дальше начались странности.
Игорь взял на себя бронирование. Сказал: «Не грузи себя, я сам всё сделаю». Светлана обрадовалась, решила, что он хочет её удивить. Через неделю он показал ей подтверждение: пятизвёздочный отель «Марко Палос» в Бодруме, две недели, всё включено. Она ахнула от цены, он отмахнулся: «Один раз живём».
Но с каждой неделей его поведение становилось всё более отстранённым. Он часто переписывался с кем-то, пряча телефон. На её вопросы отвечал: «Работа», «Андрей пишет». Андрей – его однокурсник, друг с институтских времён. Они виделись редко, но созванивались. Светлана его знала, даже симпатизировала – весёлый, общительный мужик, в отличие от угрюмого Игоря.
За три дня до вылета Игорь сообщил:
– Представляешь, Андрей тоже в Турцию летит. По работе. В Бодрум. Какое совпадение.
Светлана нахмурилась.
– Какое совпадение. Он что, строитель?
– Нет, у него бизнес с турецкими партнёрами. Текстиль какой-то. Он сказал, может, увидимся там, если время будет.
– Угу, – Светлана пожала плечами.
Но внутри у неё что-то сжалось. Совпадение казалось слишком удобным.
В аэропорту Шереметьево, когда они стояли в очереди на регистрацию, Игорь вдруг замер, глядя в сторону входа.
– Надо же! Андрюха!
Светлана обернулась. Высокий мужчина в светлой рубашке и джинсах шёл к ним с широкой улыбкой. Андрей. Он обнял Игоря, расцеловал Светлану в щёки.
– Как мир тесен! Вы тоже в Бодрум?
– Ты же знал, – Светлана сказала это, не удержавшись.
Андрей засмеялся.
– Игорёк говорил, что собираетесь, но я думал, вы передумаете. А тут – вот она, судьба! Может, вместе посидим в самолёте?
Они сидели через ряд. Игорь с Андреем переговаривались, смеялись, Светлана смотрела в иллюминатор и пыталась отогнать от себя мысль, что всё это было подстроено. Зачем? Ну, встретились друзья на курорте, что в этом такого? Но червячок сомнения уже грыз изнутри.
Отель оказался роскошным. Мраморный пол в холле, огромная люстра, запах дорогих духов и кондиционера. Их номер – на пятом этаже, с видом на море. Светлана вышла на балкон, вдохнула солёный воздух, и на секунду ей показалось, что всё будет хорошо. Что она зря накручивает себя.
– Красиво, – Игорь встал рядом, обнял её за плечи.
– Очень, – она прижалась к нему. – Спасибо, что согласился.
Он промолчал, потом сказал:
– Я схожу покурю. Ты отдыхай.
– Ты же бросил.
– Ну, иногда балуюсь. На отдыхе можно.
Он ушёл. Светлана разобрала чемодан, повесила платья в шкаф, расставила косметику в ванной. Игорь вернулся через полчаса, от него не пахло сигаретами.
– Где ты был?
– Говорю же, курил. Потом Андрею звонил, он спрашивал, как нам номер.
– А ему какое дело?
– Света, ну что ты? Мы друзья. Ему интересно.
Она промолчала. Не хотела портить первый день.
Но дни складывались не так, как она мечтала. Игорь был рядом, но словно отсутствовал. Они завтракали вместе – он молча жевал омлет, уткнувшись в телефон. Загорали на пляже – он лежал под зонтиком, она заходила в воду, а когда возвращалась, он опять в телефоне. Вечером она предлагала прогуляться по набережной, он соглашался, но через пять минут доставал сигареты, хотя не курил, и говорил: «Подожди, мне Андрей звонит».
Андрей звонил постоянно. То ему нужен совет, где лучше арендовать машину. То он спрашивал, не хотят ли они поужинать вместе. То просто «болтали за жизнь». Светлана начала ненавидеть это имя.
– Игорь, мы же на отдыхе. Скажи ему, что ты занят.
– Света, он же не каждый день звонит.
– Каждый. Сегодня уже третий раз.
– Ну, у него проблемы. Он один тут, без семьи. Ему тяжело.
– А мне не тяжело? Я с тобой сюда приехала, а ты со мной разговариваешь по десять минут в день.
Игорь поморщился, как всегда, когда она начинала говорить о чувствах.
– Ты преувеличиваешь. Мы же вместе.
– Физически вместе. А где ты головой?
– Света, не начинай.
Она замолчала. Но внутри что-то ломалось. Она приехала сюда за близостью, за теплом, за тем, чтобы вспомнить, какими они были в Геленджике. А получала холодное присутствие мужа, который явно думал о чём-то другом.
На пятый день случилось то, что окончательно разрушило её спокойствие.
Они лежали на пляже. Игорь снова в телефоне. Светлана решила пойти в номер, принять душ. Поднялась, он даже не заметил. Она шла по коридору отеля, когда услышала знакомый голос. Андрей. Он стоял у стойки администратора и что-то уточнял на ломаном английском. Светлана хотела подойти, поздороваться, но замерла. Рядом с Андреем стояла женщина. Молодая, лет сорока, в белом сарафане, с длинными тёмными волосами. Красивая. Они смеялись над чем-то, Андрей обнял её за талию.
Светлана развернулась и быстро пошла к лифту. В номере села на кровать, руки дрожали. Почему Андрей сказал, что приехал один? Почему Игорь ни разу не упомянул, что у друга есть спутница? А может, не знал? Но тогда почему Андрей врал?
Она ждала Игоря полтора часа. Он вернулся, бросил полотенце на стул.
– Ты чего ушла?
– Я видела Андрея. С женщиной.
Игорь замер на секунду, потом пожал плечами.
– Ну и что? Может, познакомился тут.
– Они вместе стояли у администратора. Как пара. Игорь, он же говорил, что один.
– Не помню, чтобы он так говорил. Может, ты не так поняла.
– Я точно поняла. Он сам сказал: «Один тут, без семьи».
– Света, какая тебе разница? Может, он стесняется показывать нам свою новую пассию. Или это вообще коллега.
– Коллега, которую он обнимает за талию?
– Господи, Света, ну ты даёшь. Может, у них роман. Может, он не хочет афишировать. Его дело. Мы же не в его постель лезем.
Она смотрела на него и вдруг поняла, что он врёт. Понятия не имела, в чём именно, но врёт. Слишком быстро нашёл объяснение. Слишком спокойно отреагировал.
– Хорошо, – она встала. – Давай позовём его к нам на ужин. Вместе с этой женщиной.
– Зачем?
– Познакомимся. Раз он твой друг, почему бы нет?
Игорь помялся.
– Ну, не знаю. Может, ему неудобно. Я спрошу.
Он не спросил. Вечером сказал, что Андрей занят, у него встреча с партнёрами. На следующий день – что уехал в соседний город. Потом – что плохо себя чувствует. Светлана перестала спрашивать. Потому что поняла: её обманывают. Игорь и Андрей что-то скрывают.
Она начала наблюдать. Незаметно. Замечала, когда Игорь отлучается. Куда. На сколько. Он говорил «покурить» и уходил на полчаса. Говорил «позвонить Андрею» и выходил на балкон, закрывая дверь. Однажды ночью она проснулась, Игоря не было рядом. Он сидел в кресле, в темноте, и переписывался с кем-то. Экран телефона светился синим.
– Не спишь? – она спросила тихо.
Он вздрогнул, быстро убрал телефон.
– Ты меня напугала. Не мог заснуть.
– С кем переписывался?
– С Андреем. Он просил помочь с арендой машины.
– В три часа ночи?
– У него бессонница. Как и у меня.
Она легла, отвернулась к стене. Слёзы жгли глаза. Она не знала, что происходит, но знала, что история измены мужа начинается именно так. С мелкой лжи. С отстранённости. С телефона, который он прячет.
На восьмой день она решилась. Игорь сказал, что записался на массаж в спа-центре отеля. Светлана кивнула, сказала, что пойдёт в бассейн. Он ушёл. Она подождала десять минут, потом поднялась в номер. Сердце колотилось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет. Она понимала, что вторгается в его личное пространство. Но не могла больше жить в неизвестности.
Ноутбук лежал на столе. Открытый. Игорь обычно закрывал его, но сегодня, видимо, спешил. На экране – почтовый ящик. Светлана опустилась на стул. Руки тряслись. Она кликнула на папку «Отправленные». Пролистала письма. Работа, работа, какая-то техническая переписка. Потом увидела письмо Андрею. Тема: «По плану».
Она открыла.
«Андрюха, всё идёт нормально. Светка ничего не подозревает. Говори ей, что занят, если она начнёт спрашивать. Я сказал, что ты то в соседний город уехал, то с партнёрами встречаешься. Марина как? Не палится? Главное, чтобы вы с ней не столкнулись в отеле. Я ей всё объясню после, когда вернёмся. Пока она думает, что я просто устал от неё. Сейчас главное – отмазаться и доехать до конца отпуска. Потом свалю всё на работу, скажу, что нервы, переутомление. Она поверит, она всегда верит. Бронь на виллу на двоих подтвердил? Мы с Мариной вылетаем двадцать третьего, ты помнишь. Короче, держись. Всё будет тип-топ».
Светлана читала и не могла поверить. Потом перечитала. Потом снова. Руки онемели. В горле встал ком. Марина. Вилла на двоих. «Она всегда верит».
Она закрыла письмо. Открыла переписку дальше. Нашла ответ Андрея: «Игорёк, ты красавчик. Всё организовал чётко. Марина довольна, говорит, что ты молодец. Бронь подтвердил, двадцать третьего встречаемся. Фотки скинь для отчёта, а то Светка может попросить показать, чем занимался. Удачи, брат».
Светлана открыла вложения в письме. Фотографии. Игорь на пляже. Игорь у бассейна. Игорь с коктейлем. Все сделаны так, будто он один. Для неё. Для алиби.
Она встала. Подошла к окну. Море было синим, спокойным, безмятежным. Такое же, как в Геленджике тридцать пять лет назад. Только теперь оно казалось чужим. Отравленным. Как будто в него вылили что-то ядовитое.
Она не заплакала. Слёз не было. Было странное спокойствие. Пустота. Как будто внутри что-то выключили.
Игорь вернулся через час. Бодрый, расслабленный после массажа. Увидел её, сидящую на краю кровати, нахмурился.
– Ты чего не в бассейне?
– Не захотелось.
Он бросил полотенце на стул, достал телефон. Светлана смотрела на него. На этого человека, с которым прожила тридцать пять лет. Родила детей. Делила радости и горести. И вдруг поняла, что не знает его. Совсем.
– Игорь, кто такая Марина?
Он замер. Медленно обернулся.
– Что?
– Марина. Кто она?
– Откуда ты… – он запнулся, потом выдохнул. – Коллега. По работе.
– Коллега, с которой ты летишь на виллу двадцать третьего?
Лицо Игоря стало белым. Он открыл рот, закрыл.
– Ты читала мою почту?
– Да.
– Ты не имела права!
– А ты имел право врать мне все эти дни? Все эти месяцы? Может, годы?
Он сел на стул, опустил голову.
– Света, это не то, что ты думаешь.
– А что это? Объясни мне. Потому что я думаю, что ты приехал сюда со мной, чтобы отработать алиби. Чтобы Марина не подумала, что ты меня бросаешь. Или чтобы я не догадалась раньше времени. Я думаю, что ты и Андрей всё подстроили. Что он приехал не один, а с кем-то. Может, с Мариной. Что вы встречались тут, пока я купалась или спала. Я думаю, что ты сволочь. Объясни, если это не так.
Игорь молчал. Потом поднял голову, посмотрел на неё. В его глазах не было раскаяния. Была злость. На неё. За то, что полезла в его почту. За то, что всё узнала.
– Хорошо, – он сказал медленно. – Я скажу тебе правду. Да, Марина – моя любовница. Мы встречаемся полтора года. Она работает в соседнем отделе. Мы… мы друг другу подходим. Она понимает меня. Не пилит за каждую мелочь. Не устраивает сцен. Я устал, Света. Устал от твоих вопросов, от твоего контроля. От того, что ты постоянно чего-то хочешь. То море, то разговоры по душам. Я не могу так. Я другой.
– Ты другой, – она повторила тихо. – Ты другой. Тридцать пять лет я живу с другим человеком.
– Я не менялся. Ты просто не хотела видеть, какой я есть.
– А какой ты?
– Я обычный мужик, Света. Который хочет спокойствия. А ты постоянно лезешь в душу. Постоянно требуешь каких-то эмоций. Я устал притворяться.
– Притворяться, – она встала. – Значит, всё это время ты притворялся. Геленджик. Свадьба. Дети. Всё – притворство?
– Нет. Тогда было по-настоящему. Но люди меняются. Я устал от семьи. От быта. От тебя.
Она подошла к нему, остановилась в шаге.
– А это море? Этот отель? Ты согласился на всё, чтобы подготовить почву для ухода?
Он кивнул.
– Я хотел, чтобы ты вспомнила, что у нас было хорошо. Чтобы тебе было не так больно, когда я скажу, что ухожу. Я думал, что если мы съездим сюда, ты поймёшь, что всё прошло. Что мы уже не те люди.
– Боже мой, – она отшатнулась. – Ты чудовище.
– Я честный. Наконец-то.
– Ты честный? – она засмеялась. Истерически. – Ты врал мне каждый день! Ты подговорил Андрея врать! Ты фотографировался для алиби! Какая, к чёрту, честность?
– Я не хотел тебя ранить раньше времени.
– А теперь хочешь? Сейчас самое время?
Он встал, взял куртку.
– Я выйду. Нам нужно остыть.
– Куда ты идёшь?
– К Андрею. Нам надо поговорить.
– К Андрею или к Марине?
Он остановился у двери, обернулся.
– К Андрею. Марина прилетает послезавтра. Я не вру.
– Уже не важно, – Светлана села на кровать. – Иди.
Он ушёл.
Она сидела одна в номере, смотрела на море в окне. Вспоминала, как разрушение доверия в браке происходит не сразу. Не в один момент. Оно копится по мелочам. По взглядам, которые ты пропустила. По фразам, которые ты не расслышала. По ощущению, что тебя больше не любят, но ты гонишь его прочь, потому что страшно признать.
Она вспомнила, как понять что муж обманывает. Телефон, который он прячет. Равнодушие в постели. Отговорки. Встречи с друзьями, о которых он раньше не говорил. Раздражение на её вопросы. Всё было. Все признаки. Она просто не хотела их видеть.
Она думала, что отношения в зрелом возрасте должны быть крепче. Что после стольких лет вместе уже ничто не страшно. Что измены бывают у других, у молодых, у тех, кто не прожил столько. А оказалось – нет. Оказалось, что предательство не выбирает возраст.
Она достала телефон, позвонила дочери.
– Оля, привет.
– Мам, как отдых? – голос дочери был сонным, Светлана посмотрела на часы, поняла, что в Москве глубокая ночь.
– Извини, что разбудила. Просто хотела услышать тебя.
– Мам, что случилось? Ты плачешь?
Она не плакала. Но голос дрожал.
– Всё нормально. Просто соскучилась.
– Мам, не ври. Папа что-то сделал?
Светлана молчала. Потом сказала:
– Я потом расскажу. Когда вернусь. Спи, солнышко.
Она положила трубку. Оля перезвонила, она не взяла. Написала смс: «Всё хорошо, не волнуйся».
Игорь вернулся под утро. Светлана не спала. Лежала, смотрела в потолок. Он разделся, лёг на свою половину кровати.
– Я решил, – сказал он в темноту. – Когда вернёмся, я съеду. Сниму квартиру. Мы оформим развод. Тебе оставлю всё: квартиру, дачу, машину. Я только вещи заберу.
– Как великодушно.
– Света, я не хочу войны. Я хочу, чтобы всё было по-человечески.
– По-человечески, – она повторила. – А человечески – это предупредить меня заранее? До того, как ты потратил мои деньги на этот отпуск? До того, как ты притащил меня сюда?
– Это были мои деньги тоже.
– Наши, Игорь. Тридцать пять лет у нас всё было наше. А теперь ты делишь.
Он промолчал. Потом сказал:
– Прости.
– За что? За то, что полюбил другую? Или за то, что врал?
– За всё.
– Не принимается.
Они замолчали. Потом Игорь заснул. Светлана слушала его ровное дыхание и думала о том, как она будет жить дальше. Без него. Одна. В шестьдесят лет. Что скажет Оле, Мише. Что скажет подругам. Что скажет себе.
Утром они вели себя как чужие люди. Завтракали молча, каждый с телефоном. Потом Игорь ушёл на пляж, Светлана осталась в номере. Легла на кровать, укрылась одеялом, хотя было жарко. Хотелось закрыться от мира.
В обед постучали в дверь. Светлана открыла. Андрей. С букетом цветов.
– Света, можно?
Она хотела хлопнуть дверью, но он шагнул внутрь.
– Я знаю, что ты знаешь. Игорь мне сказал. Я пришёл извиниться.
– Извиниться? – она едва сдержала крик. – Ты помог ему обманывать меня! Ты врал мне в глаза! Ты его сообщник!
– Я его друг. Он попросил, я не мог отказать.
– Конечно. Дружба важнее чести.
Андрей протянул цветы, она не взяла.
– Света, я понимаю, тебе больно. Но поверь, Игорь не хотел тебя обижать. Он просто… запутался.
– Запутался, – она села на стул. – Полтора года запутывался. И ты ему помогал распутываться.
– Он любит Марину. По-настоящему. Я видел, как они вместе. Он с ней другой. Живой.
– А со мной мёртвый, да?
– Я не это имел в виду.
– А что ты имел в виду, Андрей? Что я его старая, надоевшая жена, которая высосала из него всю радость? Что Марина молодая, весёлая, и с ней он снова чувствует себя мужчиной?
– Света…
– Уходи. Немедленно.
Он положил цветы на стол, ушёл.
Она взяла букет, вышла на балкон, бросила вниз. Цветы разлетелись по ветру, упали в бассейн. Кто-то внизу ахнул, засмеялся.
Следующие дни прошли в молчании. Они не разговаривали. Игорь уходил рано утром, возвращался поздно вечером. Светлана догадывалась, что он встречается с Мариной. Что она уже прилетела. Что они проводят время вместе, пока Светлана сидит в номере и смотрит на море.
Психологический рассказ о разводе писался у неё в голове сам собой. Она представляла, как вернётся в Мытищи. Как войдёт в пустую квартиру. Как будет засыпать одна. Просыпаться одна. Как будет объяснять соседям, что муж ушёл. Как пережить предательство в браке, когда тебе шестьдесят, и кажется, что жизнь кончилась.
Но потом вспоминала, что жизнь не кончилась. Что у неё есть дети, внуки, подруги. Что она пережила роды, смерть родителей, кризисы, болезни. Что она сильная. Сильнее, чем думала.
На предпоследний день она вышла на балкон рано утром. Рассвет. Море было розовым от солнца. Игорь спал. Она смотрела на воду и думала о том, что это отдых на море который изменил жизнь. Но не так, как она мечтала. Она хотела вернуть прошлое, а получила разрушение. Хотела близости, а получила разрыв.
Но в этом разрушении было что-то освобождающее. Она больше не должна притворяться, что счастлива. Больше не должна верить в то, чего нет. Больше не должна ждать любви от человека, который её не любит.
Она решила, что не будет плакать. Не будет унижаться. Не будет просить его остаться. Потому что разрушение доверия в семье – это не то, что можно починить. Это как разбитое зеркало. Можно склеить, но трещины останутся.
Игорь проснулся, вышел к ней на балкон.
– Последний день, – сказал он.
– Да.
– Светка, давай не будем портить его. Давай просто проведём его спокойно. Я знаю ресторан на берегу. Пойдём туда вечером. Поужинаем. Как люди.
– Как люди, – она повторила. – Хорошо.
Они провели день на пляже. Молча. Игорь читал книгу, Светлана смотрела на волны. К вечеру переоделись, пошли в ресторан. Столик у воды. Свечи. Официант принёс меню.
– Вино? – спросил Игорь.
– Давай.
Они заказали, молча ждали. Потом Игорь сказал:
– Я хочу, чтобы ты знала: я не жалею о наших годах вместе. Мы вырастили хороших детей. У нас было много хорошего.
– Было, – согласилась она.
– И я не хочу, чтобы ты считала себя виноватой. Это не твоя вина. Это я. Я такой. Я не умею любить долго.
– А Марину ты сможешь?
Он пожал плечами.
– Не знаю. Может быть.
– А может, через пять лет найдёшь новую?
– Может быть.
Она кивнула. Выпила вина. Сказала:
– Я не буду тебя ругать, Игорь. Не буду скандалить. Хочешь уйти – уходи. Только объясни мне одно. Зачем? Зачем ты повёз меня сюда? Зачем эта игра?
Он задумался, потом ответил:
– Я правда хотел, чтобы тебе было легче. Думал, если мы приедем в место, где были счастливы, ты вспомнишь то время. И когда я скажу, что ухожу, ты подумаешь: всё прошло, мы уже не те. И отпустишь меня без боли.
– Без боли, – она усмехнулась. – Игорь, ты думаешь, что боль можно отменить красивым отелем?
– Нет. Я думал, что могу сделать это правильно.
– Правильно было бы сказать честно. Не привозить меня сюда. Не врать. Не втягивать Андрея. Просто сказать: я встретил другую, я ухожу. Вот это было бы правильно.
– Прости.
– Ты уже извинялся.
Они замолчали. Потом пришла еда. Они ели, не глядя друг на друга. Когда закончили, Игорь сказал:
– Давай всё обсудим дома. Забудем это как страшный сон.
Светлана посмотрела на море. Оно было тёмным, почти чёрным. Волны шуршали о берег. Где-то вдалеке горели огни яхт. Она вспомнила Геленджик. Тёплый песок. Запах пирожков. Игоря в выцветшей футболке, который говорил, что она самая красивая.
– Дома, – повторила она. – А что у нас там есть, Игорь? Квартира, мебель, фотографии. И море воспоминаний, которое теперь отравлено. Не знаю, есть ли там ещё дом.
