– Серёж, к нам кто-то приходил?
Лена стояла в дверях гардеробной, держа в руках пустую коробку из-под сумки. Коробка была знакомая, итальянская, с тиснением золотом, но стояла не на своём месте. Обычно Лена складывала такие коробки на верхнюю полку, аккуратно, одна в одну. А эта валялась сбоку, будто кто-то торопливо запихнул её обратно.
Сергей сидел на кухне, листал новости в телефоне, рядом дымился кофе. За окном моросил октябрьский дождь, по стеклу ползли капли. Обычное московское утро, ничего особенного.
– А? – он поднял глаза. – Когда?
– Вчера. Или позавчера.
– Катька заходила, – сказал он рассеянно. – Ключи забрать хотела, которые мы ей давали на лето. Помнишь, когда мы в Сочи уезжали? Она цветы поливала.
Лена медленно опустила коробку на стол. Катька. Двоюродная сестра Сергея, вечно без денег, вечно в каких-то долгах. Тридцать шесть лет, а живёт как студентка, снимает однушку в Марьино, перебивается случайными подработками. Завистливая. Лена всегда это чувствовала, хотя Катя старательно изображала милую простушку.
– И что она делала в гардеробной? – спросила Лена тихо.
– Не знаю, я ей сказал, где ключи лежат. Может, в туалет заходила? Лен, ты чего?
Лена не ответила. Она вернулась в гардеробную и стала методично осматривать полки. Сначала верхние. Потом средние. Потом нижние, где стояли туфли в коробках. Все коробки были на месте. Но одна, бежевая, с золотым тиснением, была пустая. Внутри не было туфель на шпильке с золотыми пряжками, тех самых, которые Лена купила в прошлом году и надела всего два раза. Дорогих. Очень дорогих.
Она присела на корточки и посмотрела дальше. Шарф. Шёлковый, с узором пейсли, от модного дома «Ривьера». Его тоже не было. Лена точно помнила, что положила его в нижний ящик комода месяц назад, после последней носки.
Сердце забилось чаще, но Лена заставила себя дышать ровно. Она встала, отряхнула колени и вернулась на кухню.
– Серёж, когда именно Катя приходила?
– Да позавчера вечером. Я же на работе был допоздна, помнишь? Ты в бассейн ушла. Она написала, что рядом будет, зайдёт. Я ей код от домофона скинул. Ну и ключи забрала.
– Она одна была?
– Ну да. А что?
Лена налила себе кофе. Руки дрожали, но она крепко сжала чашку. Нельзя паниковать. Нельзя кричать. Нельзя устраивать истерику. Доказательств нет. Камер в квартире нет. Сергей ничего не видел. Если она сейчас начнёт обвинять Катю, муж защитит сестру. Он добрый, доверчивый, никогда не подумает о родне плохо.
Значит, надо действовать иначе.
– Ничего, – сказала Лена. – Просто показалось, что кто-то вещи переставлял.
– Ну мало ли, может, сама забыла куда положила?
Она промолчала. Села напротив, сделала глоток кофе. Горячий, горький, обжигающий. За окном дождь усилился, барабанил по карнизу. Лена смотрела в окно и думала.
Катя украла. Наверняка. Она знала, где что лежит, потому что летом приходила каждую неделю, поливала цветы, и Лена тогда ещё заметила, как та задерживается в гардеробной, рассматривает вещи, трогает ткани. Тогда это показалось безобидным. Ну нравится девушке красивое, что тут такого? Но теперь всё встало на свои места.
Туфли и шарф. Вещи, которые Лена носила редко. Катя рассчитала, что пропажу не заметят быстро. Умно. Подло, но умно.
Лена допила кофе и поставила чашку в раковину.
– Я на работу, – сказал Сергей, поднимаясь. Он чмокнул её в макушку и ушёл в прихожую. Через минуту хлопнула дверь.
Лена осталась одна.
Она долго стояла у окна, глядя на серое небо. Потом достала телефон и открыла контакт Кати. Последнее сообщение было двухнедельной давности: «Спасибо за поздравление!» Лена поздравила её с днём рождения. Отправила стандартную открытку. Катя ответила смайликом.
Можно было написать сейчас. Спросить напрямую. Но это глупо. Катя всё отрицает. Разыграет обиду. Скажет, что Лена её оскорбила. Пожалуется Сергею. И муж встанет на её сторону, потому что «доказательств нет, а ты сестру мою обвиняешь».
Значит, нужны доказательства. Или что-то ещё. Что-то такое, что заставит Катю сдаться без суда и следствия.
Лена прошла в кабинет, села за компьютер. Включила лампу. Открыла браузер. Набрала в поисковике: «как вернуть украденные вещи без полиции».
Статьи были банальные. Юристы советовали писать заявление. Психологи предлагали «честный разговор». Форумы пестрели историями обманутых людей, но никто толком не писал, как решилась проблема.
Лена откинулась на спинку кресла и задумалась.
Катя жадная. Это главное. Она хватается за любую возможность получить что-то бесплатно или дёшево. Летом Лена видела, как та выпрашивала у знакомых ненужные вещи, ходила на распродажи, покупала подделки на рынке. Всё время хотела выглядеть дороже, чем могла себе позволить. Носила мятые блузки, но с громкими лейблами. Пусть и фальшивыми.
Жадность. Вот её слабость.
И тут Лена вспомнила. Полгода назад Катя хвасталась, что продала старую сумку через интернет. Нашла покупательницу в мессенджере, встретилась, получила деньги. Рассказывала об этом с гордостью, будто совершила великую сделку. Значит, она активно пользуется барахолками, ищет объявления, выискивает выгодные предложения.
Лена улыбнулась. Медленно, без радости. Просто уголки губ поползли вверх.
План начал формироваться.
***
К среде Лена всё продумала до мелочей.
Она купила в салоне связи дешёвую сим-карту. Оформила на чужое имя, предъявив найденный в интернете скан паспорта. Продавщица даже не проверила, пробила быстро, отдала карточку в пакетике. Лена вышла из салона и сразу вставила симку в старый телефон, который валялся дома в ящике стола. Включила. Зарегистрировала новый аккаунт в мессенджере.
Имя: Ольга.
Фото профиля: нашла в интернете снимок уставшей женщины средних лет. Ничего особенного, просто лицо. Такое, которое не запомнится.
Статус: «Продаю вещи, ребёнку на лечение».
Потом Лена зарегистрировала ещё два аккаунта. На вторую симку, купленную в другом салоне. Имя: Магомед. Статус: «Работаю на складе, продаю остатки». Фото: мужчина в робе, нашла на каком-то рабочем форуме.
Третий аккаунт: Виктория. Статус: «Владелица бутика, распродажа коллекции». Фото: девушка в деловом костюме, улыбается в камеру. Скачала с сайта какого-то агентства недвижимости.
Все три номера были активны. Лена проверила, что сообщения приходят и уходят. Всё работало.
Теперь нужно было подготовить приманку.
Она зашла в местные группы объявлений, где торгуют вещами. Нашла несколько барахолок, куда точно заглядывает Катя. Лена помнила, что та состоит в группе «Одежда и обувь Москва. Дёшево». Проверила. Да, Катя там. Оставляла комментарии, спрашивала про размеры, про скидки.
Лена создала объявление от имени Ольги.
«Продаю туфли на шпильке, размер 37, почти новые, носила один раз. Золотые пряжки, натуральная кожа. Покупала за двадцать пять тысяч, отдам за три. Ребёнку нужны деньги на операцию. Срочно. Пишите в личку».
Фото прикрепила из интернета. Нашла похожие туфли, сделала скриншот.
Через десять минут пришло первое сообщение. Потом второе. Третье. Женщины интересовались, торговались, просили скидку. Лена всем отвечала вежливо: «Извините, уже договорилась с другим человеком».
Но Кате она ответила иначе.
Катя написала через полчаса после публикации объявления.
«Здравствуйте! А можно фото с другого ракурса? И почему так дёшево?»
Лена, сидя за компьютером, усмехнулась. Клюнула.
Она ответила от имени Ольги:
«Здравствуйте. Фото скину чуть позже, сейчас нахожусь в больнице с сыном. Дёшево, потому что срочно нужны деньги. Если интересно, могу придержать до завтра. Но много людей пишут, долго держать не смогу».
Катя ответила мгновенно:
«Держите! Я завтра заберу. Где встретимся?»
Лена подождала пять минут. Потом написала:
«Давайте завтра в шесть вечера. Я живу в районе метро Тушинская. Подъезд третий, домофон сломан, поднимайтесь на четвёртый этаж, квартира сорок два».
Адрес был вымышленный. Лена нашла в интернете фото подъезда, проверила по карте, что дом существует. Он существовал. Обычная панельная девятиэтажка. Таких тысячи.
Катя написала:
«Хорошо. Буду. Деньги наличными?»
«Да. Три тысячи. Принесите точную сумму, пожалуйста, сдачи не будет».
«Договорились».
Лена выключила телефон Ольги и положила его в ящик стола.
Завтра в шесть вечера Катя поедет на Тушинскую. Поднимется на четвёртый этаж. Позвонит в квартиру сорок два. Ей откроет настоящая хозяйка квартиры, которая понятия не имеет ни о каких туфлях. Катя будет оправдываться, показывать переписку. Хозяйка пошлёт её подальше. Катя потратит на такси туда и обратно около тысячи рублей. И останется ни с чем.
Но это только начало.
***
В четверг утром Лена проснулась рано. Сергей ещё спал, посапывал, повернувшись на бок. Она тихо встала, накинула халат и прошла на кухню. За окном едва рассвело, небо было бледно-серым, на улице горели фонари.
Лена заварила кофе, села за стол. Включила телефон Ольги. Сообщений не было. Значит, Катя ещё не ездила. Или ездила и молчит. Но молчать она не умела. Если бы её обманули, она бы сразу написала гневное сообщение.
Лена подождала до обеда. В два часа дня пришло сообщение от Кати.
«Ольга, я вчера приезжала. Вы где были? Мне женщина какая-то дверь открыла, сказала, что никаких туфель нет. Это что, розыгрыш?»
Лена улыбнулась. Всё по плану.
Она ответила:
«Ой, извините! Я перепутала адрес. Я же говорила, что в больнице сижу, совсем с ума схожу. Это был старый адрес, я там раньше жила. Сейчас я переехала. Можем встретиться сегодня вечером? Я вам новый адрес дам. И в качестве извинения сделаю скидку, отдам за две тысячи».
Катя ответила не сразу. Видимо, колебалась. Но жадность победила.
«Ладно. Давайте адрес».
Лена отправила новый адрес. На этот раз это был склад. Настоящий склад, который она нашла на окраине Москвы, в промзоне рядом со станцией Перово. Адрес взяла с сайта какой-то логистической компании. Склад работал круглосуточно, охрана на въезде.
«Приезжайте в восемь вечера. Я работаю на складе, там можно встретиться. Спросите Ольгу на проходной. Скажите, что за туфлями».
Катя согласилась.
Лена выключила телефон и убрала его. Потом достала второй телефон, тот, что был зарегистрирован на Магомеда.
Теперь очередь Магомеда.
Она создала новое объявление в другой группе.
«Продаю женский шарф, шёлк, узор пейсли, от модного дома „Ривьера». Оригинал, с биркой. Покупали за восемнадцать тысяч, отдам за две. Работаю на складе, много остатков, распродаю. Самовывоз. Пишите».
Фото взяла из интернета. Шарф был похож на тот, что украла Катя. Почти один в один.
Через час Катя написала Магомеду.
«Здравствуйте. Шарф ещё актуален?»
Лена ответила от имени Магомеда. Писала коротко, по-мужски, без смайликов.
«Да. Приезжайте завтра утром в девять. Адрес на складе, район Химки. Скину точку на карте».
Катя согласилась.
Лена скинула координаты. Это был другой склад, ещё дальше от центра. Реально существующий, с охраной и шлагбаумом. Катя приедет, попытается пройти, охрана её не пустит. Скажут, что никакого Магомеда тут нет. Она потратит ещё полтора часа на дорогу и ещё тысячу на такси.
План работал.
***
К пятнице Катя уже металась между адресами как загнанная лошадь. Лена отслеживала её сообщения. Катя писала всем троим персонажам, Ольге, Магомеду и Виктории. Ругалась, требовала объяснений, угрожала пожаловаться. Но продолжала ездить. Потому что цены были слишком заманчивые. Потому что жадность не отпускала.
Лена сидела дома, пила кофе и наблюдала. Это было похоже на шахматную партию. Катя ходила, а Лена двигала фигуры.
В среду вечером Катя ездила на склад к Ольге. Охрана её не пропустила. Она прождала полчаса на улице, потом уехала.
В четверг утром Катя поехала в Химки к Магомеду. Там её тоже не ждали. Она написала Магомеду гневное сообщение. Лена ответила: «Извини, начальство не пустило на склад посторонних. Давай встретимся в другом месте».
Катя согласилась. Снова поехала. Снова потратила деньги на такси.
К пятнице Катя была измотана. Лена видела это по сообщениям. Они стали короче, злее. Катя уже не писала «спасибо» и «пожалуйста». Она просто требовала: «Давайте адрес. Где встречаемся».
Настало время финала.
Лена написала от имени Виктории.
«Здравствуйте, Екатерина. Я владелица бутика „Шарм». Продаю остатки коллекции. У меня есть сумка, которая вам подойдёт. Кожа, тиснение под крокодила, очень похожа на ту, что вы искали. Оригинальная цена пятьдесят тысяч, отдам за пять. Завтра в семь вечера могу встретиться в кафе „Мармелад» на Арбате. Приходите, обсудим».
Катя клюнула мгновенно.
«Приду. Точно будете?»
«Конечно. Жду вас».
Лена закрыла телефон и позвонила Сергею.
– Серёж, завтра вечером свободен?
– Вроде да. А что?
– Сходим поужинаем. Давно не были вместе.
– Хорошо. Куда?
– В „Мармелад» на Арбате. Закажу столик на семь вечера.
– Ладно, – Сергей не спрашивал зачем. Он никогда не спрашивал. Просто соглашался.
Лена повесила трубку и улыбнулась. Холодно, без тепла. Завтра всё закончится.
***
В пятницу вечером Лена оделась тщательно. Выбрала строгое платье, тёмно-синее, по колено. Туфли на невысоком каблуке. Лёгкий макияж. Волосы собрала в низкий пучок. Выглядела спокойно, уверенно. Как женщина, которая идёт на деловой ужин.
Сергей надел рубашку и брюки. Они вышли из дома в половине седьмого. Ехали на машине, Сергей вёл. Лена сидела рядом, смотрела в окно. Москва светилась огнями, на улицах толпились люди, кафе были полны. Обычный вечер пятницы.
Они припарковались неподалёку от кафе и вошли внутрь. „Мармелад» был одним из тех мест, где подают дорогие десерты и кофе за пятьсот рублей. Интерьер в пастельных тонах, мягкие диваны, приглушённый свет. Лена заранее заказала столик у окна.
Они сели. Официант принёс меню. Сергей заказал стейк, Лена взяла салат и чай. Она не была голодна. В животе всё сжалось в тугой узел. Не от страха. От предвкушения.
В семь ноль пять дверь кафе открылась. Вошла Катя.
Лена узнала её сразу. Катя была в той самой мятой блузке, которую носила на все встречи. Джинсы потёртые, сумка старая, на плече. Она выглядела уставшей. Под глазами тени, волосы не уложены. Видимо, неделя поездок по несуществующим адресам её вымотала.
Катя огляделась по сторону. Искала Викторию. Лена подняла руку.
– Катя, – позвала она негромко.
Катя обернулась. Увидела Лену и Сергея. Лицо её вытянулось. Она замерла на месте.
– Садись, – сказала Лена спокойно.
Катя медленно подошла к столику. Села на край дивана, напротив. Смотрела на Лену, потом на Сергея. Не понимала.
– Лена, я… я не понимаю… Мне тут должна быть встреча…
– С Викторией? – уточнила Лена. – Владелицей бутика?
Катя кивнула.
– Виктории нет, – сказала Лена. – Как нет Ольги. И Магомеда. Это всё была я.
Тишина. Катя побледнела. Сергей нахмурился.
– Лен, что происходит? – спросил он.
Лена не смотрела на мужа. Она смотрела на Катю. Прямо, без злости, без ненависти. Просто смотрела.
– Катя, – сказала она тихо, – где мои туфли?
Катя открыла рот. Закрыла. Сглотнула.
– Какие туфли?
– Те, что ты взяла из моей гардеробной позавчера. Когда приходила за ключами.
– Я не брала никаких туфель!
– А шарф?
– Какой шарф?!
Лена достала телефон. Открыла переписку с Ольгой. Показала экран Сергею.
– Вот переписка. Катя искала туфли с золотыми пряжками. Ровно такие, как те, что пропали у меня. Размер тридцать семь. Мой размер. Совпадение?
Сергей взял телефон. Читал молча. Лицо его темнело.
– И вот переписка с Магомедом, – Лена переключила экран. – Катя искала шёлковый шарф с узором пейсли. От модного дома „Ривьера». Ровно такой, как тот, что пропал у меня в тот же день.
Сергей поднял глаза на Катю.
– Это правда?
– Нет! – Катя затрясла головой. – Серёж, я просто… я просто искала похожие вещи! Мне понравились у Лены, я хотела себе купить такие же! Я ничего не брала!
– Тогда покажи свою гардеробную, – предложила Лена.
– Что?
– Покажи. Прямо сейчас. Мы поедем к тебе домой. Откроем шкаф. Если моих вещей там нет, я извинюсь. При Сергее. И больше никогда не заикнусь об этом.
Катя молчала. Пальцы её сжались в кулаки.
– Я… у меня дома беспорядок…
– Мне всё равно.
– Серёж, ну скажи ей! – Катя повернулась к двоюродному брату. – Она меня обвиняет! Без доказательств!
Сергей смотрел на неё долго. Потом медленно покачал головой.
– Покажи гардеробную, Кать. Если Лена не права, она извинится. Если права… – он не закончил фразу.
Катя сжалась. Губы её задрожали. Она опустила голову.
– Я… я хотела вернуть…
– Когда? – спросила Лена. – Через год? Через два? Или вообще не собиралась?
Слёзы покатились по щекам Кати. Она утирала их рукавом блузки, размазывая тушь.
– Мне нужны были деньги… я хотела продать… потом выкупить обратно…
– Ты хотела продать мои вещи и выкупить? – Лена усмехнулась. – На какие деньги, Катя? У тебя нет денег. У тебя никогда не будет денег. Потому что ты тратишь их на такси, гоняясь за призраками.
Катя всхлипнула.
– Я не хотела… я просто…
– Ключи, – сказал Сергей глухо. – Верни ключи.
Катя полезла в сумку. Достала связку ключей. Положила на стол. Руки её дрожали.
– Прости, – прошептала она. – Серёж, прости.
Сергей взял ключи. Убрал в карман. Отвернулся к окну.
Лена смотрела на Катю. Та сидела, ссутулившись, уткнувшись лицом в ладони. Жалкая, раздавленная. Победа должна была быть сладкой. Но Лена чувствовала только усталость.
Официант принёс счёт. Лена взяла его, посмотрела на сумму. Две тысячи четыреста рублей. Положила счёт на стол и подвинула к Кате.
– Заплати, – сказала она тихо.
Катя подняла голову. Глаза красные, тушь размазана.
– Я… у меня нет столько…
– Найдёшь, – сказала Лена. – Это твоя плата. За всё.
Она встала. Взяла сумку. Сергей поднялся следом. Они вышли из кафе, не оглядываясь.
На улице было прохладно. Ветер трепал волосы Лены. Она остановилась у машины, оперлась о капот. Сергей подошёл сзади, обнял за плечи.
– Ты давно знала? – спросил он тихо.
– Да.
– Почему не сказала?
– А ты бы поверил?
Пауза.
– Прости, – сказал Сергей.
Лена промолчала. Смотрела на огни города. Где-то там, в кафе, сидела Катя. Считала мелочь, чтобы заплатить по счёту. Лена представила, как та роется в кошельке, как дрожат её пальцы. Жалость шевельнулась где-то глубоко, но Лена задавила её. Катя получила то, что заслужила.
Они сели в машину. Сергей завёл мотор. Поехали домой.
По дороге он спросил:
– Что будешь делать с вещами?
– Попрошу вернуть.
– А если не вернёт?
– Вернёт.
– Откуда уверенность?
Лена повернулась к нему. Улыбнулась уставшей улыбкой.
– Потому что я знаю, где она живёт. И я знаю, что ей терять.
Сергей кивнул. Больше не спрашивал.
Дома Лена разделась, приняла душ. Долго стояла под горячей водой, чувствуя, как напряжение уходит. Вышла, вытерлась, надела халат. Прошла на кухню. Сергей сидел за столом, пил чай. Она села напротив.
– Ты зла на меня? – спросил он.
– Нет.
– Я правда не думал, что она…
– Знаю.
– Больше её сюда не пущу.
– Хорошо.
Они сидели молча. За окном шумела ночная Москва. Машины, голоса, чья-то музыка. Жизнь продолжалась. Всё было как раньше. Но что-то изменилось. Лена чувствовала это. Внутри что-то надломилось. Не сломалось, но треснуло.
Она встала, подошла к окну. Посмотрела вниз. Во дворе горели фонари, кто-то выгуливал собаку. Обычный вечер. Обычная жизнь.
– Лен, – позвал Сергей.
Она обернулась.
– Спасибо, – сказал он. – Что не устроила скандал. Что сделала всё… красиво.
Лена усмехнулась.
– Это не красиво. Это справедливо.
– Может, и так.
Она вернулась к столу. Села. Налила себе чай из заварника. Горячий, крепкий, с мятой. Сделала глоток. Обожгла язык.
– Завтра позвоню ей, – сказала Лена. – Скажу, чтобы принесла вещи. Сама. Лично.
– А если не принесёт?
– Принесёт.
Сергей кивнул. Он верил ей. Теперь верил.
***
Катя принесла вещи через два дня. Позвонила в домофон в воскресенье утром. Лена спустилась вниз, не приглашая её в квартиру. Катя стояла у подъезда, держа в руках пакет. Лицо бледное, глаза опущены.
– Вот, – она протянула пакет. – Всё здесь.
Лена заглянула внутрь. Туфли. Шарф. Всё на месте. Туфли чуть потёртые на носках, будто их примеряли. Шарф чистый, аккуратно сложенный.
– Спасибо, – сказала Лена.
Катя кивнула. Развернулась, чтобы уйти.
– Катя, – окликнула Лена.
Та остановилась. Не оборачивалась.
– Больше не приходи, – сказала Лена тихо. – Никогда.
Катя дёрнула плечами. Пошла прочь. Лена смотрела ей вслед. Маленькая фигурка в потёртой куртке растворилась за углом дома.
Лена вернулась в квартиру. Сергей сидел на кухне, читал газету. Она поставила пакет на стол.
– Принесла?
– Да.
– Ну и хорошо.
Лена достала туфли. Посмотрела на потёртости. Эти туфли она больше не наденет. Никогда. Они стали символом чего-то неприятного, липкого. Можно было их выбросить. Или отдать. Но не носить.
Шарф тоже. Красивый, дорогой, но чужой теперь. Будто кто-то другой его трогал, примерял, мечтал присвоить.
Лена сложила всё обратно в пакет. Убрала в кладовку. Потом, когда-нибудь, она решит, что с этим делать.
Она вернулась на кухню. Села напротив Сергея. Налила себе кофе из турки. Он был уже чуть остывший, но всё ещё ароматный.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Сергей.
Лена пожала плечами.
– Устала.
– Это понятно.
– Нет, не так. Я устала не от этой истории. Я устала от того, что пришлось всё это делать. Придумывать, врать, следить. Это было… тяжело.
Сергей отложил газету. Взял её руку в свою.
– Прости, что не заметил сразу.
– Ты не виноват.
– Виноват. Я должен был видеть.
Лена улыбнулась. Грустно, без радости.
– Никто не обязан видеть всё. Особенно когда не хочет смотреть.
Сергей сжал её пальцы.
– Теперь буду смотреть.
– Посмотрим, – сказала Лена.
Они сидели молча. За окном начался дождь. Капли стучали по стеклу, размывая город в серое пятно. Лена смотрела на дождь и думала о Кате. Интересно, что она сейчас делает? Плачет? Или уже нашла новую жертву, новый способ добыть то, что хочется?
Лена не знала. И, если честно, ей было всё равно. Катя получила урок. Вернёт ли она его в жизнь или нет, уже не важно. Важно, что Лена защитила свой дом. Свои вещи. Своё пространство.
Месть? Нет. Это было не месть. Это было восстановление баланса. Катя взяла чужое, Лена забрала своё. И заставила заплатить. Не деньгами. Временем, нервами, унижением. Это была справедливая цена.
Но почему-то внутри было пусто. Победа должна была принести облегчение. Но Лена чувствовала только усталость и какую-то странную грусть. Будто она потеряла что-то важное. Не вещи. Что-то другое. Доверие? Наивность? Веру в то, что люди не крадут у родных?
Наверное, всё вместе.
– Лен, – позвал Сергей.
Она подняла глаза.
– Давай больше никогда не будем об этом говорить, – сказал он.
– Хорошо.
– Просто забудем.
– Хорошо.
Но она знала, что не забудет. Эта история осталась внутри, как заноза. Маленькая, почти незаметная, но колючая. Она будет напоминать о себе каждый раз, когда Лена будет открывать гардеробную. Каждый раз, когда будет надевать туфли или доставать шарф.
Память не стереть. Можно только научиться жить с ней.
***
Прошёл месяц. Жизнь вернулась в привычное русло. Лена ходила на работу, встречалась с подругами, готовила ужины. Сергей тоже работал, приходил поздно, уставший. Они больше не говорили о Кате. Имя её не упоминалось.
Однажды вечером Лена сидела в кафе с подругой Ириной. Они пили вино, болтали о пустяках. Ирина рассказывала про ремонт на даче, про мужа, который никак не мог выбрать плитку для ванной. Лена слушала вполуха, кивала, улыбалась.
– А у тебя как дела? – спросила Ирина. – Что-то ты задумчивая.
– Всё нормально, – ответила Лена.
– Правда?
– Правда.
Ирина прищурилась.
– Лен, я тебя сто лет знаю. Ты врёшь.
Лена усмехнулась.
– Не вру. Просто… устала немного.
– От чего?
– От жизни.
Ирина откинулась на спинку стула. Посмотрела внимательно.
– Что-то случилось?
Лена хотела отмахнуться. Сказать, что всё в порядке. Но вдруг поняла, что хочет рассказать. Выговориться. Хотя бы одному человеку.
– Помнишь Катю? Сергеева двоюродную сестру?
– Ту, что вечно без денег?
– Да.
– Ну и что с ней?
Лена рассказала. Коротко, без лишних деталей. Про пропажу вещей. Про план. Про встречу в кафе. Ирина слушала молча, не перебивая. Когда Лена закончила, Ирина покачала головой.
– Ничего себе, – сказала она. – Ты её хорошо проучила.
– Да.
– И как ты себя чувствуешь?
Лена пожала плечами.
– Не знаю. Вроде справедливо всё сделала. Но внутри какая-то тяжесть.
– Это нормально, – сказала Ирина. – Ты не привыкла мстить. Ты добрая. Для тебя это было тяжело.
– Наверное.
– Но ты всё правильно сделала. Иначе она бы продолжала. Таких людей только так и останавливать.
Лена кивнула. Ирина была права. Но это не делало легче.
Они допили вино. Ирина заплатила по счёту. Они вышли на улицу. Был вечер, на улице зажглись фонари. Москва светилась огнями, шумела, жила.
– Лен, – сказала Ирина, обнимая подругу на прощание. – Не зацикливайся. Ты сделала что должна. Теперь живи дальше.
– Постараюсь.
– Не постараюсь, а живи, – Ирина улыбнулась. – Ты молодец. Умная, сильная. Не каждая так смогла бы.
Лена улыбнулась в ответ. Слабо, но всё-таки.
Они разошлись. Лена шла по улице, вдыхая прохладный воздух. Ноябрь уже заканчивался, скоро зима. Первый снег обещали на следующей неделе.
Она дошла до метро. Спустилась вниз. Села в вагон. Ехала, глядя в окно, на мелькающие огни туннеля. Думала о Кате. Интересно, изменилась ли та? Поняла ли урок? Или просто затаила обиду и ждёт случая отомстить?
Лена не знала. И решила, что это неважно. Катя больше не её проблема. Она защитила своё. Теперь пусть Катя сама решает, как жить дальше.
Вагон остановился на её станции. Лена вышла. Поднялась на эскалаторе. Вышла на улицу. До дома было пять минут пешком. Она шла медленно, не торопясь.
Перед подъездом остановилась. Посмотрела на окна своей квартиры. Там горел свет. Сергей уже дома. Наверное, ужинает. Или смотрит телевизор.
Лена достала ключи. Открыла дверь подъезда. Поднялась на лифте. Вошла в квартиру.
– Я дома, – крикнула она, снимая обувь.
– На кухне, – отозвался Сергей.
Она прошла на кухню. Сергей сидел за столом, ел пасту. Рядом стояла бутылка красного вина, наполовину пустая.
– Налить тебе? – спросил он.
– Нет, я уже пила с Иркой.
– Как она?
– Нормально. Делает ремонт на даче.
– Понятно.
Лена села напротив. Взяла вилку, накрутила немного пасты из его тарелки. Попробовала. Вкусно. Он всегда хорошо готовил пасту.
– Лен, – сказал Сергей, – я тут подумал.
– О чём?
– Может, нам ключи от квартиры вообще никому не давать? Даже родственникам?
Лена усмехнулась.
– Хорошая мысль.
– Я серьёзно. Мало ли что. Лучше перестраховаться.
– Согласна.
Они сидели молча. Сергей доедал пасту. Лена смотрела в окно. За стеклом мелькали огни соседних домов. Где-то играла музыка. Кто-то смеялся.
Жизнь продолжалась. Несмотря ни на что. И это было правильно.
– Серёж, – сказала Лена тихо.
– Да?
– Спасибо, что поверил мне тогда.
Он поднял глаза.
– А как иначе? Ты моя жена.
– Всё равно. Спасибо.
Он улыбнулся. Встал, подошёл к ней. Обнял за плечи.
– Мы справимся, – сказал он. – Со всем.
– Знаю.
Они стояли так какое-то время. Потом Сергей отпустил её, вернулся на своё место. Допил вино. Лена встала, начала мыть посуду. Горячая вода лилась на руки, пена пузырилась. За окном медленно падал первый снег.
Лена смотрела на снежинки и думала, что всё закончилось. История с Катей, история с местью, история с обидой. Всё позади. Теперь можно жить дальше.
Но где-то глубоко внутри оставалась тень. Маленькая, почти незаметная. Тень сомнения. Правильно ли она поступила? Не слишком ли жестоко? Не зашла ли слишком далеко?
Лена не знала ответа. И, наверное, никогда не узнает.
Она вытерла руки полотенцем. Выключила свет на кухне. Прошла в спальню. Легла в кровать. Сергей пришёл следом, лёг рядом. Обнял её.
– Спокойной ночи, – прошептал он.
– Спокойной ночи, – ответила Лена.
Она закрыла глаза. За окном шумел ветер, гнал снег по улицам. Лена слушала этот шум и медленно проваливалась в сон.
Во сне она видела Катю. Та стояла на пустой улице, под фонарём. Снег падал ей на плечи, таял в волосах. Она смотрела на Лену, не говоря ни слова. И в её глазах не было ни гнева, ни обиды. Только пустота.
Лена проснулась среди ночи. Сердце билось часто. Она лежала в темноте, глядя в потолок. Сергей спал рядом, дышал ровно, спокойно.
Лена встала. Тихо прошла на кухню. Налила себе воды. Выпила залпом. Холодная вода обожгла горло.
Она подошла к окну. Посмотрела вниз. Двор был пуст. Снег лежал ровным слоем, никто ещё не вытоптал его. Красиво. Чисто. Как чистый лист.
Лена подумала о Кате. О том, что та сейчас делает. Спит? Плачет? Или уже забыла всё и живёт дальше?
Неважно.
Лена вернулась в спальню. Легла обратно в кровать. Закрыла глаза. И на этот раз заснула без снов.
Утром она проснулась отдохнувшей. Сергей уже ушёл на работу. На кухне стояла кружка с остывшим кофе и записка: «Ушёл рано. Люблю».
Лена улыбнулась. Выпила кофе, хоть он и был холодным. Оделась. Посмотрела на часы. Пора на работу.
Она вышла из дома. На улице было морозно, снег хрустел под ногами. Лена шла к метро, вдыхая свежий воздух. Город просыпался, люди спешили по своим делам. Обычная жизнь. Обычный день.
И Лена поняла, что всё правильно. Она сделала то, что должна была. Защитила себя. Свой дом. Своё пространство. И пусть внутри осталась тень сомнения, пусть иногда будет снится Катя, это неважно.
Главное, что она не сломалась. Не стала жертвой. Не позволила украсть у себя не только вещи, но и достоинство.
Лена спустилась в метро. Села в вагон. Поехала на работу.
Жизнь продолжалась.
И это было самое главное.
***
Прошёл год. Лена почти забыла о той истории. Иногда, когда открывала гардеробную, вспоминала. Но это были короткие воспоминания, без боли, без обиды. Просто факт из прошлого.
Катю она не видела. Та не звонила, не писала. Исчезла из жизни, будто и не было её. Сергей тоже не упоминал. Видимо, порвал с ней связь окончательно.
Однажды Лена встретила общую знакомую. Та рассказала, что Катя переехала. Куда, неизвестно. Просто исчезла. Съехала со съёмной квартиры, удалила страницы в соцсетях.
Лена выслушала и кивнула. Не стала расспрашивать. Ей было всё равно.
Катя ушла из её жизни. И это было правильно.
Лена пришла домой. Сергей встретил её на пороге, обнял.
– Как день? – спросил он.
– Нормально, – ответила Лена.
– Ужин готов. Я сделал твоё любимое.
– Спасибо.
Они прошли на кухню. Сели за стол. Сергей налил вина. Они чокнулись.
– За нас, – сказал он.
– За нас, – повторила Лена.
Они пили вино, ели, разговаривали о пустяках. За окном стемнело. Зажглись фонари. Город жил своей жизнью, шумел, дышал.
А Лена была дома. В своём доме. Со своим мужем. В безопасности.
И это было всё, что имело значение.
– Лен, – сказал Сергей, когда они допили вино.
– Да?
– Ты счастлива?
Лена задумалась. Счастлива ли она? Наверное, да. Не идеально счастлива, не розово-сказочно. Но спокойно, уверенно счастлива. Её дом защищён. Её жизнь в порядке. Она справилась.
– Да, – сказала она. – Счастлива.
Сергей улыбнулся.
– Я тоже.
