– Мама, я уже большой. Я могу у бабушки.
Наталья стояла в прихожей, прижимая к себе семилетнего сына, и не могла унять дрожь в руках. За спиной слышалось тяжёлое дыхание Игоря. Он только что вернулся с работы, открыл дверь и застыл на пороге. Увидел чужую куртку на вешалке. Детские ботинки.
– Это кто? – Голос Игоря был тихим, но Наталья знала: это хуже крика.
– Это Андрюша. Мой сын. Я же тебе говорила…
– Говорила. И я тебе тоже говорил. Ясно и по–русски.
Мальчик поднял голову, посмотрел на Игоря. Потом снова на маму.
– Мам, я правда могу у бабушки. Там хорошо.
Наталья судорожно вдохнула. В комнате заплакала дочка. Ей было девять месяцев, она проснулась от голосов.
– Иди к сестрёнке, – прошептала Наталья, разжимая объятия. – Поиграй с ней.
Андрей кивнул и быстро прошёл в комнату. Наталья осталась один на один с Игорем.
***
Она познакомилась с ним два года назад на автобусной остановке. Дождь, октябрь, холод. Она ехала от подруги, у которой жаловалась на мужа. На Сергея, с которым прожила двенадцать лет. Родила сына. Терпела его равнодушие, молчание, пустоту.
Игорь предложил зонт. Потом провёл до дома. Потом стал звонить. Он был старше её на пять лет, крепкий, уверенный. Работал прорабом на стройке. Снимал двухкомнатную квартиру в новом доме. Говорил, что одиноко без семьи. Что хочет детей. Что полюбит её сына как родного.
– У меня никогда не было своих, – сказал он тогда, зимой, когда они сидели в его машине у реки. – Но я готов. Я тебя люблю, Наташа. И мальчика твоего приму. Честное слово.
Она поверила. Ей так хотелось поверить. Сергей узнал об Игоре через полгода. Скандал был короткий. Он просто сказал:
– Уходи, если надо. Сын останется со мной.
– Не останется, – ответила Наталья. – Он мой. Я мать.
– Тогда забирай. Но знай: я ничего не должен тебе.
Она собрала вещи за один вечер. Андрей сидел на кровати и смотрел, как мама складывает его футболки в сумку. Молчал. Только когда она взяла его любимую машинку, спросил:
– А к папе мы придём?
– Конечно, сынок. Конечно придём.
Но Игорь встретил их с кислым лицом. Посмотрел на сумки, на Андрея, на живот Натальи. Она была уже на третьем месяце. Беременность стала неожиданностью для обоих.
– Слушай, – сказал Игорь, когда они остались вдвоём на кухне. – Я подумал. С мальчиком не получится. Квартира маленькая. Денег на всех не хватит. Да и вообще… Не моя кровь.
Наталья почувствовала, как всё внутри сжалось в комок.
– Ты же обещал…
– Обещал, когда не знал, что своего будет. Теперь знаю. Отвези его к бабушке. Или к отцу. Как устроишься, заберёшь.
– Когда муж не принимает ребёнка от первого брака, что делать? – прошептала она, будто спрашивала у стены.
– Решать, – ответил Игорь жёстко. – Или я, или он.
На следующий день Андрей уехал к бабушке. Наталья плакала в автобусе всю дорогу обратно. Сын смотрел в окно и не плакал. Только сказал на прощание:
– Мама, я понимаю. Ты приедешь за мной, когда сможешь.
***
Дочка родилась в мае. Назвали Машей. Игорь был счастлив. Возился с ней, покупал игрушки, вставал ночами. Наталья смотрела на это и чувствовала, как внутри образуется трещина. Она звонила Андрею каждый вечер. Слушала, как он рассказывает про школу, про друзей, про уроки. Голос у него был ровный, спокойный. Слишком спокойный для семи лет.
– Мам, а когда я приеду?
– Скоро, сынок. Скоро.
Но Игорь не менялся. Когда Наталья заводила разговор, он резал коротко:
– Нет. Забудь.
Однажды осенью она не выдержала. Позвонила бывшему мужу.
– Серёжа, привези Андрюшу. Хоть на выходные.
– Зачем? Чтобы он видел, как ты живёшь с другим? Ему и так тяжело.
– Он мой сын!
– Был. Когда выбирала между ним и любовником, помнишь?
Трубка замолчала. Наталья опустилась на пол прямо в коридоре. Маша спала в коляске. За окном шумел дождь.
***
Зима прошла в тумане. Наталья почти не выходила из дома. Игорь работал допоздна, приносил деньги, но постоянно был раздражён. Говорил, что устал. Что Маша плачет по ночам, а Наталья не умеет её успокоить. Что в доме бардак. Что ужин невкусный.
– Я вкалываю как лошадь, а ты что делаешь? Сидишь дома!
Она молчала. Потому что на самом деле сидела дома. С грудной дочкой. Без права на собственные деньги. Игорь выдавал ей на продукты строго по чекам. Если покупала что–то лишнее, устраивал допрос.
– Зачем тебе этот крем? Без него нельзя?
– Можно, – отвечала Наталья. – Можно.
Однажды вечером он принёс коробку с детской одеждой.
– Забери к бабушке. Андрею на вырост.
Наталья замерла с тарелкой в руках.
– Ты что, серьёзно?
– А что такого? Маша выросла, вещи хорошие. Зачем пропадать?
– Ты отдаёшь одежду дочери моему сыну, которого не хочешь видеть?
– Не ори. Машка проснётся.
Наталья бросила тарелку в раковину. Та треснула.
– Ты меня достал! Ты меня просто достал, Игорь!
Он встал. Медленно подошёл. Взял её за плечи.
– Я тебя достал? Я? Который содержу тебя и твою дочь? Который плачу за квартиру, за еду, за всё?
– Нашу дочь.
– Мою. Потому что деньги мои. Запомни.
Он отпустил её и вышел из кухни. Наталья стояла, обхватив себя руками, и дышала коротко, быстро. В груди болело.
***
Весной мать Натальи позвонила сама.
– Слушай, доча. Андрюша совсем затих. Не играет, не гуляет. Сидит у окна, книжки читает. Учителя жалуются, что на уроках молчит. Может, заберёшь?
Наталья сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев.
– Заберу.
– А как же… ну, этот твой?
– Не знаю. Но заберу.
В тот вечер она попыталась поговорить с Игорем снова. Мягко, без крика.
– Игорёк, ну давай попробуем. Хоть на месяц. Андрюша тихий, спокойный. Он не будет мешать.
– Нет.
– Но почему? Ну объясни мне!
– Потому что я так решил. Не хочу чужого ребёнка в доме. Хватит с меня одного твоего выбора.
– Какого выбора?
– Когда ты выбрала меня вместо него. Теперь живи с этим.
Наталья замолчала. В голове мелькнула мысль: стоит ли уходить от мужа, если он против сына? Но она тут же отогнала её. Уходить некуда. Денег нет. Маше нет года. Сергей не примет обратно. Мать старая, больная.
Ловушка.
***
Но в конце мая она всё–таки привезла Андрея. Просто взяла и поехала. Игорь был в командировке на неделю. Наталья решила: пусть привыкнет. Пусть увидит, что мальчик хороший, умный. Может, смягчится.
Андрей приехал с одним рюкзаком. Вошёл в квартиру, разделся, аккуратно повесил куртку. Посмотрел на Машу, которая сидела на полу с игрушками.
– Она выросла.
– Выросла, – кивнула Наталья. – Иди, помой руки. Покушаем.
Они сидели на кухне вдвоём. Андрей ел суп, не торопясь. Наталья смотрела на него и понимала, как сильно соскучилась. Как не хватало его голоса, его присутствия.
– Ты останешься?
– Ага.
– Насовсем?
– Не знаю, мам. Как получится.
Ему было восемь лет. А говорил как взрослый.
***
Первые два дня прошли спокойно. Андрей помогал с Машей, играл с ней, читал ей книжки. Наталья смотрела на них и почти верила, что всё будет хорошо. Что Игорь вернётся, увидит и не сможет не оценить.
Но Игорь вернулся в пятницу вечером.
И увидел.
– Это кто? – повторил он вопрос, который Наталья уже слышала в своей голове сто раз.
– Андрей. Мой сын.
– Я вижу. Я спрашиваю, что он здесь делает?
– Живёт. Ему плохо у бабушки. Он мой ребёнок, Игорь. Я не могу его бросить.
– Ты уже бросила. Год назад.
Андрей стоял в дверях комнаты и слушал. Маленький, худой, в старых джинсах. Наталья видела, как он сжимает кулаки.
– Мам, – сказал он тихо. – Я правда могу у бабушки. Там хорошо.
Игорь посмотрел на него. Потом на Наталью.
– Умный парень. Слушай сына.
***
Ночью Наталья не спала. Лежала рядом с Игорем и чувствовала, как всё внутри скручивается в узел. Он молчал. Отвернулся к стене. Утром встал рано, оделся, вышел, не позавтракав.
Андрей сидел на диване с книжкой. Маша ползала по ковру. Наталья заварила чай, села рядом с сыном.
– Андрюш, я не отдам тебя. Слышишь? Не отдам.
Он кивнул, не отрывая взгляда от страницы.
– Хорошо.
– Игорь привыкнет. Просто ему надо время.
– Хорошо.
Она обняла его. Он не сопротивлялся, но и не обнимал в ответ. Сидел неподвижно, как деревянная кукла.
***
Игорь вернулся вечером пьяный. Наталья поняла это по запаху, по походке. Он прошёл в комнату, где спал Андрей на раскладушке, и включил свет.
– Вставай.
Мальчик открыл глаза. Сел.
– Слушай меня внимательно. Это моя квартира. Я плачу за неё. Я покупаю еду. Я содержу твою мать и сестру. Ты здесь лишний. Понял?
– Понял, – ответил Андрей.
– Завтра уезжаешь.
– Хорошо.
Наталья влетела в комнату.
– Игорь, прекрати!
– Не лезь! Я с ним разговариваю.
– Он ребёнок!
– И что? Пусть привыкает к правде. Правда в том, что его здесь не ждут.
Андрей встал с кровати. Взял рюкзак, который так и не распаковал до конца. Молча начал складывать вещи.
– Стой! – Наталья схватила его за руку. – Никуда ты не поедешь!
– Поедет, – сказал Игорь. – Или поедете оба. С дочкой. Выбирай.
Наталья посмотрела на него. Трезво, долго. И вдруг поняла: он не блефует. Он действительно выгонит. Потому что может. Потому что квартира его. Деньги его. Власть его.
– Ты меня шантажируешь?
– Я ставлю условия. Как мужчина. Как хозяин.
Андрей застегнул рюкзак. Подошёл к маме. Обнял её за талию.
– Мам, не плачь. Я поеду. Правда, там хорошо.
И Наталья не выдержала. Упала на колени прямо в комнате, прижала сына к себе и заплакала. Громко, страшно, как не плакала никогда.
***
Игорь ушёл на кухню. Хлопнула дверь. Андрей гладил маму по волосам и повторял:
– Не плачь. Не плачь, пожалуйста.
Маша проснулась и тоже заплакала. Наталья поднялась, вытерла лицо рукавом. Взяла дочку на руки. Посмотрела на сына.
– Собирайся.
– Куда?
– Мы уходим. Все трое.
Андрей молчал. Потом кивнул.
***
Они ушли в ту же ночь. Наталья собрала две сумки: детские вещи, документы, немного своей одежды. Игорь сидел на кухне и пил водку из горлышка. Когда она проходила мимо с сумками, он сказал:
– Ты пожалеешь.
– Может быть, – ответила Наталья. – Но не об этом.
Он не остановил их. Даже не встал. Только когда дверь закрылась, крикнул:
– Машку верни! Она моя!
Наталья не обернулась.
***
Первую неделю они жили у подруги. Та пустила без вопросов, только сказала:
– На долго не рассчитывай. Муж против чужих.
– Понимаю.
Наталья каждый день обзванивала квартиры. Но везде был один ответ: дорого. Или: с детьми не сдаём. Или: предоплата за три месяца.
Андрей помогал с Машей. Кормил её, качал, пел песенки. Наталья смотрела и думала: как она могла? Как она могла оставить его?
Однажды вечером она позвонила Сергею.
– Привет.
– Привет, – ответил он. Голос был настороженный.
– Можно нас на время? Я найду работу, квартиру. Недолго.
Молчание.
– Серёж, ну пожалуйста.
– Приезжайте.
***
Бывший муж приютил после развода. Это звучало дико, но было правдой. Сергей встретил их на пороге однокомнатной квартиры, которую снимал после их расставания. Посмотрел на Андрея, на Машу, на Наталью.
– Проходите.
Квартира была маленькая, тесная. Сергей постелил им в комнате, сам лёг на кухне на раскладушке. Не спрашивал ни о чём. Только утром, когда они остались вдвоём, сказал:
– Ты сильно похудела.
– Бывает.
– Он бил?
– Нет. Просто… давил.
– Понятно.
Сергей налил чай. Они сидели молча.
– Спасибо, – сказала Наталья. – Я не знала, к кому.
– Ладно, – он пожал плечами. – Андрюшка всё–таки мой сын. И ты… тоже была моя.
Она отвернулась. В горле стоял комок.
***
Через две недели пришла повестка. Игорь подал в суд. Требовал определить место жительства ребёнка с отцом. Машу хотел забрать себе.
– Он с ума сошёл? – Наталья читала бумагу дрожащими руками.
– Не сошёл, – сказал Сергей. – Он мстит. Ты его бросила, унизила. Теперь он тебя унижает.
– Но Маша грудная! Ей нет года!
– Ему плевать.
Наталья позвонила в опеку. Объяснила ситуацию. Женщина на том конце говорила спокойно, почти равнодушно:
– Приходите на приём. Посмотрим.
***
Суд по опеке с бывшим мужем, только не с бывшим, а с нынешним, шёл два месяца. Игорь нанял адвоката. Наталья защищалась сама. Приходила с Машей на руках, с папками документов. Говорила, что кормит грудью. Что ребёнку нужна мать. Что Игорь не хотел принимать сына, шантажировал, угрожал.
Адвокат Игоря был молодой, наглый. Говорил, что Наталья неблагополучная. Что живёт у бывшего мужа. Что нет постоянного дохода. Что бросила старшего ребёнка ради отношений, значит, способна бросить и младшего.
Наталья сидела и слушала. Внутри всё кипело, но она молчала. Только когда судья спросила её мнение, сказала:
– Я сделала ошибку. Я оставила сына, поверив человеку, который обещал любить его. Он обманул. Но я исправилась. Я забрала Андрея. Я ушла от Игоря. Я одинокая мать с двумя детьми, и мне тяжело. Но я не брошу их. Никогда.
Судья кивнула.
***
Решение вынесли в конце октября. Маша осталась с матерью. Игорь получил право на встречи раз в месяц под контролем органов опеки.
Он не пришёл ни разу.
***
Зима была трудной. Наталья устроилась продавцом в магазин. Зарплата маленькая, но хоть что–то. Сергей сидел с детьми, пока она на работе. Не жаловался. Только иногда говорил:
– Найди квартиру. Мне тесно.
– Ищу.
Она правда искала. Каждый вечер, после смены, сидела в интернете и листала объявления. Но цены кусались. А на съём с двумя детьми мало кто соглашался.
Андрей пошёл в новую школу. Учился хорошо. Молчал по–прежнему. Наталья спрашивала:
– Как дела?
– Нормально.
– Друзья есть?
– Есть.
Больше ничего. Он будто закрылся. Наталья понимала: виновата она. Но исправить не знала как.
***
В декабре Сергей сказал:
– Слушай. У меня девушка появилась.
Наталья замерла с тарелкой в руках.
– Серьёзно?
– Ага. Хочу её сюда привести. Познакомить.
– С Андреем?
– Ну да. И с тобой заодно.
Она усмехнулась.
– Весело будет.
– Не смейся. Я просто хочу, чтобы она знала ситуацию. Что у меня сын. Что бывшая жена временно живёт.
– Понятно.
Наталья отвернулась. Внутри что–то сжалось. Не ревность. Скорее страх. Что сейчас и Сергей скажет: хватит, уходи.
***
Девушку звали Лена. Она пришла в субботу вечером с тортом и цветами. Миловидная, простая. Работала бухгалтером. Наталья сидела на кухне с Машей на руках и смотрела, как Лена здоровается с Андреем. Мальчик кивнул, пробормотал «привет» и ушёл в комнату.
– Не обижайтесь, – сказала Наталья. – Он такой. Замкнутый.
– Ничего, – ответила Лена. – Мне Серёжа рассказывал. Сложная ситуация у вас.
– Сложная.
Они пили чай втроём. Говорили о погоде, о работе, о ценах. Потом Лена сказала:
– Я вообще–то хотела предложить. У моей тёти квартира пустует. Она в деревне живёт, а квартира в городе. Можете снять. Недорого.
Наталья подняла голову.
– Серьёзно?
– Серьёзно. Там, правда, ремонт старый. Но чистая. Две комнаты. Рядом школа.
Наталья посмотрела на Сергея. Тот кивнул.
– Давай попробуем, – сказал он. – Лена не обманет.
***
Они переехали в январе. Квартира правда была старая: обои жёлтые, линолеум потёртый, батареи чуть грели. Но Наталья не жаловалась. Это было их. Пусть съёмное, пусть временное, но их.
Андрей получил свою комнату. Маленькую, с одним окном. Но свою. Он сидел на кровати и смотрел по сторонам.
– Нравится? – спросила Наталья.
– Нравится.
– Тут будет твоё место. Можешь делать что хочешь. Учить уроки, читать. Играть.
– Хорошо.
Он не улыбался. Но кивнул.
***
Прошло ещё полгода. Весна, лето, снова осень. Наталья работала, копила, пыталась свести концы с концами. Игорь не звонил. Не присылал денег. Будто их не было.
Однажды Андрей пришёл из школы и сказал:
– Мам, я к папе съезжу?
– К Серёже?
– Ага. Он приглашал на выходные. Сказал, рыбачить поедем.
Наталья кивнула.
– Конечно. Поезжай.
Андрей собрал рюкзак. Вышел за дверь. Обернулся.
– Мам.
– Да?
– Ты молодец.
Наталья замерла.
– Почему?
– Потому что не бросила меня. Второй раз.
И ушёл.
***
Она стояла в коридоре и плакала. Тихо, в ладонь. Маша спала в комнате. За окном шумел дождь.
Наталья думала о том, как они жили раньше. С Сергеем, в тишине и холоде. Потом с Игорем, в иллюзии тепла. А теперь вот так. Одна. Вернее, одна с детьми. Одинокая мать с двумя детьми как выжить? Она не знала ответа. Просто жила. День за днём.
Иногда ночью, когда не спалось, она думала о том, что могла остаться. Потерпеть. Смириться. Игорь содержал. Кормил. Крышу давал. Многие терпят. Ради стабильности. Ради денег.
Но тогда бы она потеряла Андрея. Навсегда. И саму себя.
Она выбрала по–другому. Трудно, страшно, но честно.
***
В ноябре пришло письмо из школы. Приглашали на собрание. Наталья пришла, села за парту в конце класса. Учительница говорила о программе, о поведении, об оценках. Потом сказала:
– Андрей Сергеевич учится хорошо. Тихий, старательный. Но вот с общением проблемы. Не играет с ребятами. Сидит один.
Наталья кивнула.
– Поговорю с ним.
– Поговорите. Ему нужна поддержка. Он многое пережил для своего возраста.
***
Дома Наталья спросила:
– Андрюш, почему с ребятами не дружишь?
Он пожал плечами.
– Не хочу.
– Почему?
– Не знаю. Мне с ними неинтересно.
– А что интересно?
– Книжки. И с Машкой играть.
Наталья обняла его. Он не сопротивлялся. Сидел тихо, уткнувшись ей в плечо.
– Знаешь, сынок, я виновата перед тобой. Очень виновата.
– Не виновата.
– Виновата. Я бросила тебя. Ради мужчины, который оказался…
– Плохим, – закончил Андрей. – Я понял. Но ты же вернулась.
– Вернулась, – кивнула Наталья. – И больше не уйду.
Он кивнул.
***
Зимой Сергей позвонил и сказал:
– Мы с Леной расписались.
– Поздравляю, – ответила Наталья. И правда была рада. Серёжа заслуживал счастья.
– Спасибо. Хотели бы Андрея на выходные забрать. Лена хочет познакомить с родителями. Показать, типа, что у Серёжи сын есть.
– Конечно. Я скажу ему.
Андрей поехал. Вернулся довольный. Рассказывал про Ленкиных родителей, про собаку, которая у них живёт, про пирог с яблоками.
– Мам, а Лена хорошая.
– Рада слышать.
– Она сказала, что я могу приезжать когда хочу. И Машку с собой брать.
Наталья улыбнулась.
– Хорошо, сынок.
***
Прошла зима. Весна. Машке исполнилось два года. Она уже бегала, говорила простые слова. Андрею девять. Он вырос, вытянулся. Стал серьёзнее.
Наталья работала теперь администратором в салоне красоты. Зарплата лучше. Она копила. Мечтала когда–нибудь купить своё жильё. Пусть маленькое, однокомнатное, но своё.
Игорь так и не объявился. Наталья иногда думала о нём. Не с болью. Скорее с недоумением: как она могла? Как могла поверить в эти обещания?
Но потом вспоминала Андрея. Его слова: «Ты молодец». И понимала: всё правильно.
***
Однажды в мае Андрей сказал:
– Мам, я тебе письмо написал.
– Письмо?
– Ага. В школе задали. Написать письмо важному человеку.
Он протянул тетрадный лист. Наталья развернула.
«Дорогая мама. Я хочу сказать тебе спасибо. За то, что ты забрала меня тогда. Я знаю, тебе было трудно. Но ты выбрала меня. И я тебя люблю. Твой сын Андрей.»
Наталья прочитала. Сложила листок. Убрала в карман.
– Спасибо, сынок.
– Не за что, – ответил он. И впервые за долгое время улыбнулся.
***
Прошло ещё время. Лето, осень. Жизнь стала привычной, размеренной. Наталья больше не плакала по ночам. Не думала о том, что будет завтра. Просто жила. Работала. Растила детей.
Иногда встречала Сергея. Они разговаривали спокойно, по–дружески. Он спрашивал про Машу, помогал деньгами, когда туго. Наталья не отказывалась. Гордость уже не душила.
Однажды Лена сказала:
– Знаешь, Наташ, ты сильная. Я бы не смогла так.
– Смогла бы, – ответила Наталья. – Когда надо, все могут.
***
А потом настал ноябрь. Андрей пришёл из школы и сказал:
– Мам, меня одноклассник на день рождения позвал.
– Это хорошо. Пойдёшь?
– Не знаю. Там много народу будет.
– Ну и что? Познакомишься, поговоришь.
– Мам, я не умею.
Наталья присела рядом.
– Умеешь. Просто боишься. Но знаешь что? Страх это нормально. Главное через него пройти.
Андрей посмотрел на неё.
– Как ты прошла?
– Когда ушла от Игоря.
Он кивнул.
– Понял. Тогда пойду.
***
Вечером, когда дети спали, Наталья сидела на кухне с чаем. Смотрела в окно. За стеклом падал снег. Первый в этом году.
Она думала о том, что прошло почти два года с того вечера, когда она собрала вещи и ушла. Два года. Столько всего случилось. Суд, переезды, страх, усталость. Но она справилась.
Не в одиночку. С помощью. С Сергеем, с Леной, с Андреем, который, сам того не зная, давал ей силы просто тем, что был рядом.
Наталья допила чай. Встала. Подошла к окну. Положила ладонь на холодное стекло.
И подумала: а ведь она сделала это. Вытащила себя и детей из той ямы. Не сломалась. Не сдалась.
Может, она и не идеальная мать. Может, совершила ошибки. Но она здесь. Она с ними. И это главное.
***
В декабре позвонила мать.
– Наташ, ты как там?
– Нормально, мам. Живём.
– Андрюшка как?
– Хорошо. Учится, растёт. Даже на день рождения к однокласснику ходил.
– Ну и слава богу. А Машенька?
– Машка болтает без умолку. Характер ещё тот.
Мать помолчала.
– Слушай, доча. Я горжусь тобой.
Наталья замолчала. В груди разлилось тепло.
– Спасибо, мам.
– Правда. Ты молодец. Справилась.
Трубка замолчала. Наталья стояла с телефоном в руке и улыбалась.
***
Перед Новым годом Сергей приехал с ёлкой.
– Решил вам тоже привезти. Лена выбирала.
– Спасибо большое.
Они поставили ёлку в комнате. Андрей и Маша украшали её игрушками. Наталья смотрела и чувствовала: вот оно. Счастье. Не громкое, не яркое. Простое. Дети, ёлка, запах хвои.
Сергей ушёл. Наталья заварила чай. Села с детьми на пол у ёлки.
– Красиво, – сказал Андрей.
– Красиво, – кивнула Маша.
Наталья обняла их обоих.
– Да. Красиво.
В новогоднюю ночь она не загадывала желаний. Просто стояла у окна, смотрела на салют и думала о том, что пережила. О том, как училась быть матерью заново. Как понимала, что материнский долг перед ребёнком не в том, чтобы дать крышу любой ценой. А в том, чтобы дать достоинство. Научить не терпеть. Показать, что можно уйти. Что можно начать заново.
Она дала это Андрею. Просто своим примером.
***
Прошёл январь. Февраль. Весна. Андрей пошёл в четвёртый класс. Маша в садик. Наталья получила прибавку. Стало легче дышать.
Иногда она встречала на улице женщин своего возраста. Уставших, замученных. Слышала их разговоры: «Терплю ради детей», «Куда мне идти без денег», «Он хоть зарабатывает».
И Наталья понимала: она была такой. Ещё недавно. Но выбралась.
***
Однажды вечером Андрей спросил:
– Мам, а ты не жалеешь, что ушла от Игоря?
Наталья посмотрела на него.
– Нет.
– Совсем?
– Совсем. Жалею, что пошла к нему. Но что ушла нет.
– Понятно.
Андрей помолчал.
– А я рад.
– Почему?
– Потому что ты вернулась за мной.
Наталья обняла его. Крепко, до боли. И поняла: она всё сделала правильно.
***
Сейчас ей сорок семь. Андрею десять. Маше три. Они живут в той же съёмной квартире. Наталья всё ещё копит на своё жильё. Пока не получается. Но она не сдаётся.
Игорь так и не появился. Наталья слышала, что он женился снова. Родилась у него дочка. Она не злилась. Просто пожала плечами: его жизнь.
Сергей живёт с Леной. Приезжает к Андрею, помогает, участвует. Лена тоже. Хорошие люди.
Наталья работает, растит детей, иногда встречается с подругами. Не ищет отношений. Хватит. Наелась.
Может, когда–нибудь встретит кого–то. А может, нет. И ладно. Ей хорошо и так.
***
Недавно Андрей сказал:
– Мам, я когда вырасту, буду помогать тебе.
– Спасибо, сынок. Но ты живи для себя. Я справлюсь.
– Всё равно буду.
Наталья улыбнулась.
***
Она часто вспоминает тот вечер. Когда Андрей стоял в прихожей с рюкзаком и говорил: «Мам, я правда могу у бабушки». Когда Игорь кричал на кухне. Когда она падала на колени и плакала.
Тот вечер изменил её. Сломал иллюзии. Заставил выбрать.
И она выбрала. Себя. Детей. Достоинство.
Это было трудно. Страшно. Но правильно.
***
Сейчас она сидит на кухне. За окном весна. Андрей делает уроки в комнате. Маша рисует на полу. Наталья пьёт чай и смотрит в окно.
Она не знает, что будет дальше. Не знает, хватит ли денег на съём в следующем месяце. Не знает, справится ли одна.
Но она точно знает другое.
Она не бросит их. Никогда. Ни за какие обещания. Ни за какую крышу.
Потому что она мать.
И это её выбор.
