Черныш лежал, свернувшись калачиком и пытаясь сохранить ускользающие тепло и жизнь. Рядом стояла миска с заледеневшей водой.
Стиснув зубы, чтобы сдержать подступающие слёзы, Дима быстро расстегнул свою парку и завернул в неё Черныша…
Дима плотнее завернулся в одеяло и поднёс к губам кружку с кипятком.
— Ну и дубак, этак мы точно сессию не переживём. Буквально, — проворчал сосед, скидывая тапочки и натягивая зимние кроссовки. — Всё, пошёл в читальный зал, не могу больше тут сидеть. Завтра экзамен по органике, а у меня все мозги заледенели. Ты в комнате будешь?
— До магазина только схожу, — откликнулся Дима.
— О, будь другом, возьми сигарет, — оживился Илья. — Я тебе после стипендии скину.
— Сам на мели, — вздохнул собеседник, вот уже четыре месяца, почти с первого дня поступления, питавшийся исключительно макаронами и привезёнными из деревни припасами.
Второкурсник Илья беззлобно выругался в ответ и хлопнул дверью…
Дима допил кипяток, чувствуя, как с каждым глотком по телу растекается блаженный жар. Ну вот, теперь можно и на мороз.
Скинув одеяло, студент резко, чтобы не растерять накопленное тепло, нырнул в старенькую парку.
Нащупал в кармане карточку, на которую через неделю должна была прийти стипендия – пять тысяч шестьсот рублей. Пока же там оставалась всего только жалкая тысяча с копейками.
В супермаркете пахло свежей выпечкой, люди толкали перед собой тележки, полные еды. Дима расстегнул куртку и начал неспешно прохаживаться между стеллажами.
Он воображал, как устроится после университета на хорошую работу, снимет уютную квартирку и будет по вечерам разгружать в большой холодильник пакеты с едой: колбасу, сыр, пельмени, наггетсы…
Сжимая в руках три пачки самых дешёвых макарон и пакетированный чай, Дима приблизился к знакомой полке с собачьими кормами.
Прикинув в уме, что килограмм корма за двести семьдесят рублей – это выгоднее, чем полкило за сто семьдесят, студент всё же остановился на втором варианте.
Пятьсот грамм вполне можно растянуть на неделю, до стипендии, а вот лишняя сотня всегда может понадобиться в самый неожиданный момент…
— Черныш, — Дима достал из рюкзака корм и насыпал в старый пластиковый контейнер, служивший миской, пару горстей.
Первокурсник погладил жившего на остановке чёрного кучерявого пса, не достававшего ему и до колена.
— Бедняга, ты же весь дрожишь, — посочувствовал Дима. — А ведь сегодня только третий день холодов. Всю неделю обещают за тридцать. Как же ты будешь?
Черныш обречённо махнул коротким хвостом и с нетипичной для него неохотой принялся за еду.
А Дима стал размышлять…
Тащить пса в общагу, надеясь, что за неделю его не заметят, казалось равносильным шансу выиграть в лотерею.
Оставить Черныша здесь означало согласиться на его смертный приговор.
Ни тот, ни другой варианты успевшего прикипеть к бездомной собаке студента не устраивали.
Засунув озябшие руки в тонких перчатках в карманы, Дима отправился в расположившийся неподалёку гаражный кооператив в надежде отыскать там укрытие для лохматого друга. Кучи хлама, брошенные старые автомобили, превратившиеся в большие сугробы – ничего, что хоть как-то могло сойти за будку.
Тогда первокурсник решил довольствоваться малым и выложил картонными коробками часть ниши за мусорными баками возле общежития.
Вздохнув, снял с себя один из двух свитеров – шерстяной, колючий, связанный матерью и очень тёплый – и бросил поверх картона.
— Ну, идём, не бойся…
Диме пришлось взять Черныша на руки, чтобы перенести на новое место. Он ужаснулся, коснувшись холодных подушечек чёрных лап.
— Ничего, здесь тебе будет теплее, — подбодрил первокурсник не то пса, не то самого себя. — Вот, ещё корм оставлю. Ты чего это не ешь? Тебе много энергии надо, иначе вконец окоченеешь.
Он посидел ещё какое-то время с Чернышом, почёсывая приятеля за ухом, а в сердце уже поднималась неотвратимая тревога: с собакой что-то не так, она буквально умирала от холода.
В комнате Дима отыскал несколько адресов ближайших ветеринарных клиник, посмотрел прайсы… Увы, ему бы не хватило даже на первичный приём.
Первокурсник попытался готовиться к экзамену, но голова была занята совсем другим.
Вдруг ветер швырнул в окно летевшую с крыши снежную кучу. Стекло со старой трещиной жалобно звякнуло, деревянная рама издала неестественный скрежещущий стук.
Вздрогнув, Дима невольно оглянулся на тщательно заклеенное окно, но не увидел ничего, кроме мечущейся в свете фонарей снежной бури.
«Каково там ему?..» — подумалось Диме.
Он сходил на кухню, поставил чайник и начал поспешно натягивать обувь.
— Ты куда это на ночь глядя собрался? — удивился сосед.
— Да я так, недалеко, — уклончиво ответил Дима.
Он знал, что Илья никогда не поймёт, как можно тратить деньги на корм для бездомной собаки, когда они сами перебиваются с хлеба на воду. Знал и потому молчал, ничего не рассказывая о своей дружбе с Чернышом.
— Пей, малыш, пей, тёплая, — студент ласково гладил по голове дрожащего чёрного пса, который жадно глотал разбавленный снегом кипяток. — У нас общага закрывается, но я тебя завтра утром обязательно навещу. Ты главное держись. Всё будет хорошо…
Но ничего хорошего утром не случилось. Черныш лежал в своей нише, свернувшись калачиком на красном свитере и изо всех сил пытаясь сохранить ускользающие тепло и жизнь. Рядом стояла пластиковая миска с заледеневшей водой.
Стиснув зубы, чтобы сдержать подступающие к глазам слёзы, Дима быстро расстегнул свою парку и завернул в неё Черныша.
До ближайшей клиники было пять минут ходу, но и этого времени хватило, чтобы первокурсник начал стучать зубами от холода, пока добрался туда.
За непримечательной дверью со скромной вывеской оказался небольшой кабинет частного практика.
Тесная приёмная, в которой сам врач и вёл записи, просторный светлый кабинет со смотровым столом и процедурная со стареньким аппаратом УЗИ, анализатором крови и многочисленными шкафами – вот и вся клиника.
За стойкой регистрации сидел мужчина лет сорока. Он посмотрел на дрожащего Диму в одном свитере, а затем перевёл вопросительный взгляд на торчащую из-под куртки собачью морду.
— Я студент, живу в общежитии здесь недалеко, и денег у меня нет, — прямо сказал Дима, сделавшийся внезапно очень решительным. — Но я буду приходить к вам и убираться или любую другую работу выполнять. Только помогите ему. Он бездомный, у него никого кроме меня нет…
Ветеринар задумчиво склонил голову набок, а потом кивнул:
— Проходите в кабинет. Посмотрим, что у вас.
У Черныша оказалось переохлаждение, на фоне которого развился бронхит. Врач прописал лечение и сделал осторожный прогноз, предупредив, что при таких условиях жизни это может быть лишь вершиной айсберга.
Сбегав в общагу за конспектами, Дима остался на ночь в клинике вместе с Чернышом. Он тщательно прибрался в помещении и, кутаясь вместе с псом в старое одеяло, выданное врачом, наконец начал со спокойным сердцем готовиться к экзамену.
Когда Черныш беспокойно ворочался, тяжело дышал или начинал хрипло кашлять, студент крепче прижимал его к себе и шептал:
— Держись. Я рядом.
*****
Сессия осталась позади, но на каникулы Дима домой не поехал. Вместо этого он каждый день отправлялся в клинику, где под чутким руководством Валерия Иосифовича учился правильно фиксировать животных, делать перевязки, ставить внутримышечные и подкожные уколы.
По вечерам студент всё так же оставался прибираться, отрабатывая лечение Черныша, а за дневные смены врач назначил ему ставку ассистента.
— Ну что, Димка, а не открыть ли нам с тобой стационар? — иногда весело спрашивал Валерий Иосифович, уже прикидывая в уме, как бы это увеличило количество клиентов и средний чек. — Пара боксов в процедурную вполне влезет – для начала. Найдём второго ассистента, будете по очереди дежурить…
Дима с энтузиазмом кивал, полной грудью вдыхая привычную смесь врачебных запахов: спирт, препараты, шерсть пушистых пациентов.
Он всерьёз задумался над тем, не перевестись ли на ветфак. Уже успел сходить в деканат и узнать, какие предметы потребуется досдать.
Учитывая, что проучился первокурсник всего семестр, выходило не так уж много: пара зачётов да экзамен по анатомии. Если хорошенько засесть за учебники, к концу учебного года нагонит…
Черныш поправился и переселился обратно к общежитию – только не на улицу, а в собственную будку, сколоченную из старых ящиков и обитую изнутри списанными одеялами.
Дима не побоялся обратиться к коменданту, и тот согласился выделить собаке место – скромный угол у входа в подвал, обогреваемый теплом труб.
— Только смотри мне, головой за него отвечаешь, — предупредил пожилой абхаз, заведовавший общежитием, кажется, с момента его постройки. — Если твой пёс кого покусает, оба пойдёте себе другое место искать.
— Да вы что, он никогда!.. — поклялся студент, ещё раз поблагодарил и радостно побежал колотить будку.
Новый дом Чернышу понравился. Здесь было тепло, а рядом ходили беспечные студенты, готовые угостить кто сосиской, кто рёбрами из супа, кто вчерашними пельменями.
*****
Открыт СБОР на поддержку продолжения работы канала.
Любая сумма от 50р. очень ценна. Огромное спасибо за помощь!
*****
Пёс был рад пообщаться с каждым, но по-настоящему ждал только одного – того, кто спас его в мороз и на последние деньги покупал собачий корм вместо пачки котлет к своим дешёвым макаронам.
— Ну, до вечера, я на работу, — Дима напоследок потрепал виляющего хвостом Черныша по холке и поспешил в клинику, где его ждали новые четвероногие пациенты…
