Сначала она просто шикала на него и топала ногами. Потом стала закрывать дверь чуть резче, чем нужно, брызгала водой.
Но кот, хотя всё это ему и не нравилось, продолжал приходить, словно назло…
Во дворе его прозвали Психотерапевт. Жанна фыркала каждый раз, когда слышала это слово:
— Совсем уже делать нечего людям, — говорила она недовольно соседкам у подъезда. — Обычный дворовый кот. А вы из него чуть ли не святого сделали!
Кот и правда был самый обычный: крупный, рыжий, с рваным ухом и таким равнодушным взглядом, будто все человеческие проблемы надоели ему ещё в прошлой жизни.
Только странность всё-таки была…
Появлялся он всегда одинаково – после скандалов.
Сначала кот три вечера подряд проспал у двери Нины Ивановны – как раз после того, как её сын на весь двор орал:
— Да не могу я каждые выходные к тебе ездить!
Потом перебрался к Алле с третьего этажа, от которой внезапно ушёл муж. Алла тогда курила ночью у подъезда в халате и делала вид, что просто вышла «подышать».
Потом кот обнаружился у молодой Ленки из первого подъезда – после того, как к ней приходили какие-то мужчины и она плакала на лестнице из-за долгов.
И каждый раз история быстро расползалась по двору:
— Опять Психотерапевт на дежурстве, — шептались соседки в шутку.
Жанну всё это раздражало. Особенно потому, что кот почему-то нравился всем. Ему выносили еду. С ним разговаривали. Даже дворник дядя Гена соорудил ему коробку возле теплотрассы.
— Конечно, — усмехалась Жанна. — Людей бы так жалели.
Сама она кота терпеть не могла. Тот смотрел слишком внимательно. Будто понимал больше, чем следует…
В то утро Жанна проснулась рано – от тяжёлого сна и неприятного чувства тревоги, которое в последнее время появлялось всё чаще.
Она поставила чайник, выглянула в окно и машинально проверила телефон. От сына снова ни «доброго утра», ни фотографий. Хотя вчера был день рождения внука.
Жанна поджала губы. Ну и пожалуйста. Можно подумать, она навязывается…
В дверь неожиданно что-то тихо стукнуло. Жанна нахмурилась, накинула халат и резко открыла дверь.
На коврике сидел кот. Тот самый. Спокойный, неподвижный, будто пришёл по давно известному адресу.
Несколько секунд они смотрели друг на друга молча.
— Даже не надейся, — сухо сказала Жанна.
Кот медленно моргнул. И, словно не услышав ни слова, улёгся прямо у её двери.
На следующий день кот снова оказался у её двери. Теперь он приходил к ней каждый день.
Жанна начала злиться.
Сначала она просто шикала на него, топала ногами и выносила его во двор. Потом стала закрывать дверь чуть резче, чем нужно, брызгала водой из пульверизатора.
Но кот, хотя всё это ему и не нравилось, продолжал приходить, словно назло.
Соседки начали переглядываться и шутить теперь уже над Жанной:
— Ну всё, — сказала как-то Алла с третьего этажа. — Теперь он у тебя.
— У меня ничего нет, — резко отвечала Жанна. — Это просто животное.
Но почему-то именно у неё он больше всего задерживался. Иногда сидел часами. Иногда уходил и возвращался ночью.
И каждый раз это совпадало с тем, чего Жанна старалась не замечать…
Сын всё реже отвечал на звонки, а если удавалось поговорить, то диалог был без особых подробностей:
— Мам, ты же знаешь, работа, нет времени, — отмахивался он.
Невестка говорила сухо, будто по обязанности. Внука «пока не получается привезти».
Жанна объясняла себе это занятостью. Молодые, работа, жизнь. Только внутри становилось всё теснее.
После этого кот не приходил к ней какое-то время. Она даже выдохнула с облегчением. Ну вот, никакой он не «психолог», думала она.
Однако он вернулся через три дня – худой, с грязной шерстью. Он не подошёл к двери сразу. Просто сел напротив и долго смотрел.
Жанна открыла дверь и неожиданно для себя сказала:
— Где тебя носило? — она скривилась. — Вон, весь в грязи. Подрался, что ли…
Кот поднялся и впервые сам вошёл в квартиру. Неуверенно, медленно.
И остановился в коридоре, как будто чего-то ждал. А Жанна зачем-то пустила его и закрыла дверь.
И в этот момент зазвонил телефон. Сын.
Она взяла трубку слишком быстро, почти жадно.
— Мам… — голос был напряжённый. — Жена уже давно просит с тобой поговорить.
И вдруг всё сложилось слишком резко. Разговор, которого она боялась. Фразы, которые она уже знала наперёд:
«Ты всегда давишь».
«С тобой тяжело».
«Мы просто отдалились».
Жанна выслушала и вдруг поняла, что её окутало сожаление:
— Да я же как лучше хочу, — почти с упрёком сказала она.
Но тут же осеклась, заметив свой тон. Его заметил и сын, потому что послышался вздох:
— О чём я тебе и говорю. Ты даже спокойно послушать не можешь…
Связь оборвалась.
И в этот момент кот медленно подошёл и лёг у её ног. Жанна посмотрела на него и поняла: она не хочет его отталкивать.
На следующий вечер кот не пришёл. Жанна сначала даже не обратила внимания. Ну, не пришёл и не пришёл…
Возвращаясь из магазина, она заметила его у квартиры своей лучшей подруги Валентины. Они уже давно не общались, и Жанна даже пообещала себе узнать, как у неё дела, как-нибудь позже.
Но уже на следующий день весь дом судачил: Валя продаёт квартиру и переезжает к дочери. Жанна узнала об этом совершенно случайно – утром пересеклась с соседями.
Вспыхнуло привычное чувство – злость и обида. Узнать вот так, от соседок? Да как же так?!
Именно с этими эмоциями она отправилась разбираться к Валентине…
Валентина открыла сразу:
— А, Жанн… заходи.
Жанна вошла быстро.
— Ты знаешь, что я от соседей узнаю? Что ты уезжаешь и продаёшь квартиру! Почему ты не сказала сама? Не зашла, не поделилась?
Жанна привычно напирала – она всегда так делала, когда что-то шло не по её сценарию, не по её желанию.
Валентина закрыла дверь и устало вздохнула:
— Да… я уезжаю. Дочь ждёт ребёнка. А я помогать буду. Перебираюсь вот в город к детям.
Жанна нахмурилась:
— Как же ты скрыла такое? Не вчера ведь решили!
Валентина села на край стула.
— Жанн…
— Что?
— Ты сама замечаешь иногда, как с тобой сложно говорить?
Жанна резко повернулась.
— В смысле?
— В прямом, — тихо сказала Валентина. — Ты никого не поддерживаешь, ни за кого не радуешься, никого не жалеешь…
Рядом с тобой всё время, как на экзамене: слова подбирать надо, чтобы ты лишний раз не упрекнула.
Вот была бы помягче – может, и сын почаще бы приезжал, да внука привозил. А так сидишь вечно одна. И неудивительно.
В тот вечер Жанна долго не могла найти себе места. Слова подруги сначала обидели её, но уже совсем скоро она поняла – Валя была права.
У порога квартиры снова сидел кот по кличке Психотерапевт.
Заходя домой, Жанна снова зачем-то пустила его в квартиру, дала остатки вчерашней варёной курицы. Он поел, а потом улёгся у дивана.
Жанна открыла фотоальбом, полистала фотографии. На эмоциях от сегодняшнего дня она позвонила сыну. К счастью, он взял трубку.
Но на этот раз, подавив в себе желание поучать, она просто спросила, как у них дела.
Сын осторожно рассказал, а в ответ Жанна поделилась своим днём. Не говорила, как им жить, не учила, как воспитывать ребёнка…
И на удивление разговор получился приятным.
Жанна решила не прогонять кота: как попросится – выпустит. А если хочет, пусть лежит тут. Стоило признать, что с ним в доме было уже не так одиноко.
На следующее утро, проверяя телефон, Жанна с замиранием сердца обнаружила несколько фотографий и видео с внуком, которые отправила невестка.
Не потому, что Жанна потребовала, а по своей воле. Приятное чувство теплоты разлилось в груди.
Утерев выступившие слёзы, женщина заметила кота, который, потягиваясь, выгнул спину и подошёл к ней. Он потерся о её ногу и замурлыкал.
— Ну ладно, рыжий ты психолог. Пойдём, налью молока…
