— Что-то случилось? — Алексей внимательно посмотрел на жену, которая уже несколько минут молча сидела рядом с ним, и понял, что разговор будет не из приятных.
Ира виновато опустила глаза.
— Леша… — её голос, как это часто бывает в такие моменты, предательски дрогнул. — Мне надо тебе кое-что сказать. Только пойми меня правильно, пожалуйста.
*****
Каждое утро начиналось одинаково. «День сурка какой-то…» — вздыхала она, поднимаясь с постели.
За последние полтора года Ирина перестала различать понедельники, среды и воскресенья.
Будильник звонил в половине седьмого, хотя вставать можно было и позже, потому что работала она на удаленке.
Точнее — ей пришлось перейти на удаленку, благо специфика её работы это позволяла, потому что совмещать уход за больным мужем с обычной жизнью оказалось практически невозможно.
Каждое утро было расписано почти по минутам: поставить чайник, подготовить лекарства, помочь Алексею сесть, измерить давление, проследить, чтобы он выпил таблетки, приготовить завтрак, а затем снова ждать, когда подойдет время следующих лекарств, упражнений и процедур.
Хотя какой там ждать… В перерывах между всем этим Ира работала и занималась домашними делами.
Готовку, стирку, глажку никто, как говорится, не отменял.
Вот и сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. За исключением того, что муж проснулся сегодня раньше, чем обычно.
Алексей сидел на кровати, опираясь одной рукой на специальный поручень, который установили возле стены после второго инсульта. Левая сторона тела по-прежнему плохо слушалась.
Он, конечно, научился самостоятельно садиться, иногда даже мог сделать несколько шагов по комнате, держась за мебель, но любое движение давалось ему с таким усилием, что смотреть на это без боли в сердце Ира уже не могла.
— Доброе утро, — тихо сказал он.
— Доброе, — улыбнулась ему Ира.
Вернее, она попыталась улыбнуться.
За последние годы её улыбка превратилась скорее в привычку, чем в отражение её настоящих чувств.
Пока Ирина разливала чай по кружкам, на пороге кухни послышалось негромкое постукивание когтей.
Ира обернулась и закатила глаза. Большой лохматый пес остановился в дверях и внимательно посмотрел на хозяйку, напоминая о том, что уже пора на прогулку.
— Пират, подожди немного. Ты же видишь, что я занята. Не до тебя сейчас, честно…
Когда Алексей принес его домой, он был щенком с огромными лапами и смешными висячими ушами. Сейчас это был уже взрослый пес с умными глазами, который словно понимал гораздо больше, чем можно было ожидать от собаки.
Собственно, сейчас он как раз доказал это в очередной раз. «Сказала ему хозяйка — “подожди немного”, значит, надо немного подождать. Что здесь непонятного?».
Он несколько раз вильнул хвостом, развернулся и улегся в прихожей рядом с входной дверью.
— Знала бы, что с тобой столько хлопот будет, никогда бы не согласилась забрать тебя домой, — недовольно пробурчала Ирина, нарезая колбасу и сыр для бутербродов.
Да, она сердилась на Пирата. За то, что ей приходилось обслуживать не только мужа, но и его.
Хотя на самом деле сердиться была не за что. Пес был не виноват в том, что жизнь повернулась именно так.
Пирата Алексей подобрал буквально за месяц до своего первого инсульта.
В тот вечер он возвращался домой позже обычного и, уже подходя к дому, случайно заметил возле мусорных контейнеров маленького черно-белого щенка, который просто сидел и смотрел на проходящих вдалеке людей, которые, естественно, не обращали на него внимания, потому что… спешили домой.
Сколько мимо него сегодня прошло ног — остается только догадываться. А вчера? Позавчера?
Но заметил его почему-то только Алексей.
— Ты чей такой? — спросил тогда он, когда подошел поближе. Потом посмотрел по сторонам и вздохнул.
Глупый вопрос. Понятно ведь, что ничей. Щенок поднял голову и посмотрел на него так, что у Алексея не осталось больше никаких сомнений — нужно забирать домой.
Вот только жил он не один, поэтому принимать такие решения самостоятельно не мог.
Алексей достал телефон и позвонил Ирине.
— Только не говори, что ты опять задерживаешься на работе. Я вообще-то на стол накрыла.
— Нет-нет, я уже почти рядом с домом. Тут просто…
— Ну что?
— В общем, щенка маленького нашел. Ничейного. Можно я его домой заберу. Хотя бы на время, пока не найду ему хозяев.
— Господи, Лёш… Ну что ты за человек такой? — вздохнула Ирина. — Сколько раз мы с тобой обсуждали эту тему?
— Ну пропадет ведь… Жалко.
— Ладно. Но только на время. И выгуливать его по утрам будешь ты, договорились?
— Конечно! — радостно ответил Алексей.
Пират с первых дней вел себя так, будто жил вместе с Алексеем и Ириной много лет.
Сын тогда жил уже отдельно, приезжал в гости редко, а с появлением щенка в квартире снова появились оживление, смех и ощущение жизни.
Пират умудрялся попадать в смешные истории почти каждый день.
То стащит носок и торжественно носится с ним по комнатам, приглашая играть в догонялки, то уснет посреди коридора так, что не обойти, не переступить через него невозможно.
Нет, можно было, конечно, обойти, но только, прижимаясь вплотную к стенке.
— Господи, ну что это за наказание такое… — шепотом говорила Ира. А Алексей смотрел то на неё, то на щенка, и улыбался. Вот оно счастье! Настоящее счастье, которого так не хватает взрослым людям.
Тогда ему казалось, что так будет всегда.
Но беда в их дом пришла, как часто это бывает — незаметно. Алексей сидел в кресле с чашкой чая, смотрел телевизор и вдруг чашка упала на пол. Пират тут же подбежал к хозяину, посмотрел на него, лизнул несколько раз повисшую руку и заскулил.
Потом уже в гостиную прибежала с кухни Ира.
— Леша? Что случилось?
Алексей хотел что-то сказать, но слова превратились в бессвязный звук. А через двадцать минут его уже увозила машина скорой помощи. Первый инсульт оказался очень тяжелым.
— Доктор, он выкарабкается? — со слезами на глазах спросила у врача Ирина.
— Курит?
— Нет. Никогда не курил. Он даже практически не пьет. Так — шампанское только на Новый год.
— Значит, выкарабкается.
Потом была долгая реабилитация. Медленное, но уверенное восстановление. Казалось, самое страшное было уже позади. Алексей действительно оказался молодцом.
Но потом неожиданно случился второй инсульт. И после него врачи уже не обещали почти ничего.
— Делайте упражнения, занимайтесь ежедневно, — говорил невролог. — Организм иногда способен удивлять. Но чудес мы вам обещать не можем, сами понимаете.
Но Ирина не понимала.
Она не понимала, как это так, чтобы у пятидесятилетнего здорового мужика, который не пьет и не курит, случилось два инсульта? Как такое вообще может быть?
— Никто не застрахован, — сказал Ирине врач. — Работал много в последнее время?
— Много. Я просто родителям своим дом хотела построить новый, а на это нужны деньги.
— Ну теперь с домом точно придется повременить. Только покой и тишина. А восстановится или нет — покажет время. Я, как врач, конечно, не должен так говорить, но в таких ситуациях очень хорошо помогает вера в человека, ну и любовь еще.
Ирина согласно кивала. Она тогда еще действительно верила. Верила, что пройдет несколько месяцев, ну пусть от силы полгода — и муж снова станет прежним.
Вот только ни через несколько месяцев, ни через полгода особых улучшений не было.
Прошел год — тоже ничего.
Еще через полгода для Ирины счет времени вообще потерял всякое значение.
А однажды вечером она поймала себя на странной мысли. Ира стояла у окна и смотрела, как во дворе дома гуляют люди.
Самые обычные счастливые люди, которые живут обычной жизнью. А что у неё?
Ирина вдруг поняла, что уже не помнит, когда в последний раз просто гуляла без спешки.
В последнее время она только и делает, что носится по городу, как угорелая. То в аптеку за лекарствами, то в магазин за продуктами. В поликлинику еще бегала часто.
А уж о том, чтобы поехать на море, можно было даже не мечтать. Ее некогда счастливая жизнь незаметно сузилась до размеров двухкомнатной квартиры. И это было страшно.
В тот вечер Ирина долго не могла уснуть. Рядом с ней тихо сопел Алексей. У кровати устроился Пират.
А она смотрела в темный потолок и впервые честно призналась самой себе:
«Я устала… Господи, как же я устала от всего этого… Я больше так не могу…»
Потом ей стало стыдно. Практически сразу же. Так стыдно, что захотелось заплакать.
«Алексей ведь не виноват, в том, что с ним случилось… — размышляла Ирина. — От этого никто не застрахован».
Но вместе со стыдом никуда не исчезало другое чувство — ощущение, что вместе с болезнью мужа закончилась и её собственная жизнь.
Эта мысль возвращалась снова и снова. Ирина, конечно гнала ее прочь. Заставляла себя не думать об этом. Вот только с каждым днем не думать об этом становилось всё сложнее.
«А дальше-то что?.. — задавала она себе один и тот же вопрос. — Сколько Алексей еще будет восстанавливаться? Еще десять лет? Двадцать?.. Всю оставшуюся жизнь?.. А если он вообще не сможет вернуться к нормальной жизни?»
И вот в один из таких вечеров Ирине позвонила подруга, с которой она давно уже не могла встретиться.
— Ириш, давай хоть пару часиков посидим в кафе, поговорим, расслабимся. Что скажешь?
Подруга и раньше предлагала ей выбраться на некоторое время из дома, но Ира постоянно отказывалась.
То ужин надо было приготовить, то мастер должен был прийти, чтобы починить кран на кухне, то Пирата предстояло везти к ветеринару на плановую прививку. У неё постоянно не было времени на себя.
— Ира, твой Алексей не маленький ребенок. Он может несколько часов побыть один?
— Может… Наверное.
— Не наверное, а может. Ты сама говорила, что он уже спокойно передвигается по квартире.
— Передвигается… Но медленно. Он старается, да, но… у него пока очень плохо получается.
— Ничего, справится.
В конце концов, у Ирины не осталось больше сил спорить с напористой подругой, и она согласилась с ней встретиться.
Она выбрала простое темно-синее платье, подкрасила ресницы и посмотрела в зеркало.
Отражение показалось ей незнакомым.
Лицо стало строже. Под глазами залегли тонкие морщинки. В волосах появилась седина, которую она раньше не замечала. Наверное, потому что не было времени рассматривать себя.
— Ты красивая, — неожиданно сказал Алексей.
Она вздрогнула и обернулась. Муж стоял в дверях комнаты, придерживаясь за косяк.
— Давно уже не видел тебя такой.
Ирина смущенно отвела взгляд.
— Да брось ты…
— Нет, правда.
Алексей говорил медленно, по-прежнему немного растягивая некоторые слова, но в его голосе звучала искренность.
— Сходи… Развейся.
Она подошла к нему.
— Ты точно справишься?
— Конечно.
— Если что, сразу звони.
— Обязательно.
*****
Марина уже ждала её возле подъезда.
— Ну наконец-то! — воскликнула она. — Я уж думала, ты опять передумаешь.
Они выбрали небольшое кафе на тихой улице, заказали по бокалу вина. Потом — еще.
Первые полчаса разговор не клеился.
Ирина словно разучилась говорить о чем-то, кроме лекарств, анализов и врачей.
Марина рассказывала про работу, про дочь, которая собиралась в следующем году поступать в университет, про отпуск, который планирует провести вместе с семьей за границей, а Ирина вдруг поймала себя на мысли, что слушает всё это как человек, который много лет прожил в другой стране и теперь с трудом понимает родной язык.
Оказывается, жизнь продолжалась. Люди по-прежнему влюблялись, ссорились, работали на нормальной работе, путешествовали, строили планы и мечтали о будущем. А она…
…она будто выпала из этого мира.
— Ты меня вообще слышишь? — улыбнулась Марина, слегка коснувшись её руки.
— Прости… Я не специально. Просто столько всего навалилось в последнее время.
— О чем задумалась?
Ирина медленно покрутила бокал. И вдруг её понесло. Всё, что она так долго в себе держала — в один момент вырвалось наружу. Она говорила про Алексея, про себя, про то, что устала очень.
Да, когда они женились, Ира давала обещание быть рядом с Алексеем в горе и радости.
Но в радости с мужем Ирине было легче, чем в горе. Тем более что, судя по всему, горе это будет с ней до конца её дней. И ей это не нравилось. Она ведь женщина всё-таки. И еще не старая — 48 лет всего. Ей любви хочется, счастья, а не вот этого всего.
— Понимаешь, я больше не могу жертвовать собой, своими чувствами и свободой, не могу быть постоянно прикованной к постели больного мужа… — говорила Ира.
Она залпом допила вино и продолжила:
— Если бы кто-нибудь сказал: «Потерпите еще год, потом станет легче», — я бы терпела. Если бы сказали: «Через два года он поправится», — тоже. Но никто этого не говорит. Никто. Мне всего сорок восемь лет, а ощущение такое, будто уже все восемьдесят.
Марина внимательно смотрела на нее, внимательно слушала её, даже не пытаясь ни разу перебить. А потом сказала:
— Так хватит уже себя мучить. Подай на развод и всё.
— В смысле на развод? — удивленно посмотрела на неё Ирина. — У нас же семья.
— Ириша, брак — это не рабство, поэтому заставить тебя до старости обслуживать мужа-инвалида тебя никто не может. Разводись и живи в своё удовольствие. Ты же сама говорила, что у Алексея родители живут в деревне. Вот пусть они за ним и ухаживают.
— Так они у него старые ведь… Сами едва на ногах стоят.
— Ничего, справятся.
— Но…
— Послушай меня внимательно, подруга. Уход за больным человеком — это огромная работа. Не на месяц. Не на полгода. На годы. И эта работа ломает людей. Даже самых сильных. Если кто-то говорит, что справился бы легко, значит, он просто никогда с этим не сталкивался.
— Но ведь Алексей…
— Алексей ни в чем не виноват. И ты не виновата. Просто так получилось. Как ты там говорила? От этого никто не застрахован, так?
— Это врач говорил.
— Неважно. Ты меня поняла.
Ирина прекрасно понимала, что разговор становится опасным. Потому что каждое слово, сказанное Мариной, попадало в ту самую трещину, которая давно появилась у неё внутри.
— Ириш, подумай хотя бы о себе один раз, — тихо сказала Марина. — Ты ведь еще молодая женщина, тебе сорок восемь лет всего. И ты достойна счастья. Простого человеческого счастья.
Слово «счастье» прозвучало неожиданно.
Будто из какой-то другой жизни. Наверное, из той, где не было инвалидной коляски, таблеток, реабилитации и бесконечного ожидания улучшений.
В тот вечер Ирина впервые позволила себе представить, что её жизнь может быть совершенно другой. И эта мысль уже не отпускала ее ни днем, ни ночью.
*****
Еще до того, как ключ повернулся в замке, за дверью послышалось радостное поскуливание и торопливый стук лап.
Пират уже встречал хозяйку, которая вернулась не через два часа, как обещала, а почти через пять. И он так соскучился, что едва не сбил её с ног.
— Блин, я совсем про тебя забыла… — вздохнула она. — Сейчас выгуляю тебя на пару минут, чтобы дела свои сделал.
— Ну-ну… спокойно, — машинально улыбнулась она.
А потом Ирина вдруг обратила внимание, что в квартире пахло гречневой кашей. Она быстро направилась на кухню.
Алексей сидел за столом, на плите стояла кастрюля, а рядом лежала деревянная ложка.
— Не поняла. Это ты, что ли?..
Алексей немного смутился.
— Да. Решил… попробовать.
— Один?
— Один.
Ира быстро подошла к плите и заглянула под крышку. Каша получилась чуть переваренной, зато не подгорела.
— Я долго возился, — признался Алексей. — Но ведь получилось. Вроде… Хотел вот тебя ужином накормить.
Ирина молча смотрела на него.
Когда-то она непременно похвалила бы мужа, поцеловала в щеку, сказала бы, какой он молодец. Сегодня же вместо радости почувствовала что-то совсем другое.
Ей вдруг стало ясно: пока она сидела в кафе, Алексей не только не пропал без нее, но даже сделал то, чего раньше не делал. И от этого открытия стало… легче.
И одновременно тяжелее.
Потому что мысль, которую она так долго запрещала себе думать, получила первое подтверждение.
«Он справляется сам…»
Спустя несколько недель жизнь внешне оставалась прежней. Ирина всё так же помогала мужу одеваться, готовила, следила за приемом лекарств, сопровождала его на процедуры.
Но каждый день она все чаще ловила себя на мысли, что живет не так, как хочет. А потом Ирина решилась.
Она села напротив мужа и несколько минут она молчала. Алексей внимательно посмотрел на неё, и почему-то сразу понял, что разговор будет непростым. Даже, наверное, догадывался, о чем будет этот разговор.
— Что-то случилось?
Она виновато опустила глаза.
— Леша… — её голос, как это часто бывает в такие моменты, предательски дрогнул. — Мне надо тебе кое-что сказать. Только пойми меня правильно, пожалуйста.
— Говори.
Ирина глубоко вдохнула.
— Я больше так не могу.
Эти слова дались ей тяжелее, чем она думала. Она ждала от него возмущения. Возможно, даже обиды. Но Алексей молчал.
И тогда она продолжила.
— Я очень долго пыталась убедить себя, что справлюсь… что привыкну… что станет легче… — Ира покачала головой. — Но легче совсем не становится. Понимаешь? Я устала, Леша.
Прошло, наверное, с полминуты. Хотя Ирине показалось — целая вечность. А потом Алексей тихо спросил:
— Ты решила уйти?
— Да, — кивнула Ира. — Я хочу с тобой развестись.
— Это… из-за меня?
Она не выдержала. Слезы потекли сами собой.
— Нет… То есть… Да… Я не знаю… — Ирина закрыла лицо ладонями. — Прости меня, пожалуйста…
Алексей долго молчал. Потом спокойно сказал:
— Не надо просить прощения. Ты взрослый человек, и вправе сама решать, как тебе жить. Только… — Алексей сделал небольшую паузу. — Если можно… Забери с собой Пирата. Ты же понимаешь, что я не смогу его выгуливать. А потом, если я восстановлюсь, я его заберу обратно. Хорошо?
— Не знаю, Лёш… Я подумаю.
Ирина растерянно посмотрела на собаку. Пират переводил взгляд с одного хозяина на другого, будто бы чувствовал, что происходит что-то очень странное.
Через некоторое время Ира собрала вещи и переехала на съемную квартиру. Пирата с собой она не забрала. Во-первых, потому что хозяева квартиры были против.
А во-вторых, потому что эта собака никак не вписывалась в её новую жизнь.
Ира долго стояла в прихожей, не решаясь открыть дверь. Потом повернулась.
Алексей сидел в инвалидном кресле. Пират лежал возле его ног.
— Ну… — тихо сказала Ирина. — Береги себя, Леша.
— И ты.
Она подошла ближе. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Столько лет вместе. Столько всего пережито. Радости, ссоры, рождение сына, семейные праздники и поездки на море… И все это сейчас уместилось в два коротких слова: «Береги себя».
Ирина неожиданно наклонилась и осторожно обняла бывшего мужа. Он ответил тем же, насколько позволяла рука.
— Прости…
Когда Ирина ушла, Алексей опустил голову и осторожно потрепал Пирата по загривку.
Пес доверчиво лизнул его ладонь. Он не до конца понимал, что такое развод, но прекрасно чувствовал, что его только что… тоже оставили.
В тот день Алексей не смог выгулять Пирата, потому что понимал, что у него всё равно не получится, и позвонил своему бывшему коллеге. Тот согласился выручить по старой памяти.
Почти две недели он помогал Алексею выгуливать пса и привозил продукты. А однажды он не смог приехать. Соседки, которая иногда ему помогала, тоже не оказалось дома.
И в тот день Алексею пришлось набраться смелости и попробовать выгулять Пирата самостоятельно.
Он медленно поднялся. Потом, опираясь на трость, дошел до прихожей. На то, чтобы надеть куртку и обувь, ушло почти десять минут. Еще несколько минут понадобилось, чтобы открыть входную дверь. Потом Алексей оказался перед лестницей.
Пятый этаж. Лифта в доме никогда не было. Раньше Ирина помогала ему спускаться, придерживая под локоть. Теперь рядом с ним стоял только Пират.
Алексей посмотрел вниз. Ступени казались ему бесконечными. Но делать было нечего — надо было идти.
Он крепче взялся за перила и сделал первый шаг. Левая нога чуть дрогнула, но не подвернулась, как часто это бывало. На площадке между этажами пришлось остановиться.
Сердце колотилось так, словно он пробежал несколько километров. Даже пот выступил на лбу.
— Нет… — выдохнул Алексей. — Не получится…
Он уже хотел повернуть обратно. Но в этот момент Пират подошел совсем близко и осторожно прижался теплым боком к его ноге. Алексей удивленно посмотрел на него. И знаете…
…в глазах этого пса он отчетливо прочитал: «Не торопись. Я подожду. Сколько понадобится».
Алексей снова перевел взгляд на лестницу.
— Ну что ж… — Он слабо улыбнулся. — Попробуем еще раз, — и сделал следующий шаг.
— Неужели получилось… — невольно сказал Алексей, когда вышел из подъезда.
Пират тихонько потянул поводок.
— Сейчас дух переведу и пойдем.
Они дошли только до первой скамейки. На большее сил не хватило. Алексей тяжело опустился на нее и несколько минут просто сидел, стараясь восстановить дыхание. Мимо прошла пожилая соседка с первого этажа. Увидев его, она искренне улыбнулась.
— Алексей! Давненько вас не было видно.
— Да… выбираюсь понемногу.
— Молодец. Надо ходить. Движение — это жизнь!
Он улыбнулся в ответ.
— Да, будем стараться.
Домой они возвращались еще медленнее, чем спускались. Подъем оказался настоящим испытанием. К третьему этажу ноги стали ватными. На четвертом Алексею вообще хотелось сесть прямо на ступеньки и больше не вставать.
Когда дверь квартиры наконец закрылась за ними, он опустился на инвалидную коляску.
Пират подошел к миске с водой, сделал несколько глотков и снова вернулся к хозяину.
— Ничего, завтра будет полегче, — улыбнулся Алексей, погладив пса по голове.
На следующий день спускаться по лестнице действительно было немного легче. Алексей даже не ожидал. Разница была небольшой, конечно. Но она была.
Третий день оказался легче второго. А четвертый — легче третьего. Каждый новый день становился для Алексея маленькой победой. А уж как радовался за него Пират — не описать словами.
Прошла неделя, и Алексей заметил, что во время прогулки дошел уже не до первой, а до второй скамейки во дворе. Еще через несколько дней — до соседнего дома.
А спустя пару месяцев он вместе с Пиратом смог впервые обойти целый квартал.
Потом Алексей снова сидел в кабинете у врача-реабилитолога. Правда, на этот раз не жена его привезла, а он сам пришел. Точнее — с Пиратом, который ждал его на улице.
Доктор долго смотрел результаты прежних обследований, потом попросил пройтись по кабинету.
Алексей довольно уверенно прошел несколько метров, развернулся и вернулся обратно.
Врач удивленно поднял брови.
— Это вы дома занимаетесь?
— Да.
— Каждый день?
— Стараюсь.
— Молодец, — он снова сделал несколько записей. — Продолжайте в том же духе, но не переусердствуйте.
— Думаете, есть смысл?
Доктор посмотрел на него поверх очков.
— Конечно, сть.
— Но раньше…
— Раньше вы тоже занимались. Только, если честно, без особой цели. Во всяком случае, мне так показалось.
Алексей удивился.
— То есть как это?
Врач немного помолчал.
— Простите за откровенность, но мне почему-то кажется, что тогда вас фактически заставляли заниматься. Жена следила, напоминала, убеждала вас. А сейчас вы сами хотите восстановиться. Это видно по вашим глазам.
С каждым новым днем прогулки становились все длиннее. И если раньше Алексей возвращался домой совершенно без сил, то теперь после небольшого отдыха даже находил желание прибраться в квартире.
Раз в неделю Алексей обязательно звонил сыну. Тот первое время сильно переживал.
— Батя, может, все-таки ко мне переедешь?
— Спасибо, сынок. Но нет. Ни к чему это всё.
— Почему?
— Потому что у тебя своя жизнь. А мне уже намного лучше. Честно.
— Одному ведь тяжело.
Алексей посмотрел на Пирата, который в этот момент лежал рядом.
— Так я и не один вроде.
Сын громко засмеялся.
— Ну да… Совсем забыл.
Через полгода сын приехал навестить Алексея. Смог, наконец-то, вырваться, а то всё времени не хватало.
— Привет, батя.
— Здравствуй.
Сын замер на пороге. Алексей стоял без трости. Не очень уверенно, но самостоятельно.
— Подожди… А где…
— Что?
— Трость.
Алексей улыбнулся.
— В прихожей стоит. Иногда беру. Но уже не всегда.
Несколько секунд сын молча смотрел на отца. Потом неожиданно крепко обнял его.
— Молодец…
В этих двух словах было столько искренней радости, что Алексей смущенно отвел глаза.
— Да какой там молодец…
— Самый настоящий.
— Если кто и молодец, то это Пират, — Алексей посмотрел на пса. — Это он меня заставил с пятого этажа каждый день спускаться.
В общем, день за днем Алексей продолжал жить свою новую жизнь, и даже не заметил, как у него начали появляться силы. Много сил. Время на спуск и подъем по лестнице он стал тратить меньше, гулять стал дальше и дольше, рука и нога, которые раньше почти не слушались — стали такими же, как раньше.
И спустя некоторое время Алексей восстановился практически полностью. Во всяком случае лично он не чувствовал себя больше беспомощным человеком. Даже на работу устроился.
Не ту, где раньше вкалывал с утра до вечера, а на другую, без чрезмерной физической нагрузки.
— Спасибо тебе, Пират. Спасибо, что ты верил в меня и ждал, — сказал Алексей как-то псу, когда они гуляли на улице. А потом обняла его крепко.
Периодически к нему в гости приезжал сын, который никак не мог нарадоваться за него.
И однажды, спустя уже несколько лет у них зашел разговор про Ирину. Точнее — сын первый его начал.
— Не знаю, нужно ли тебе рассказывать… — некоторое время не решался сказать сын.
— Говори. Это про маму?
— Ну да. Связалась она с одним мужиком. Ты же помнишь, она говорила, что ей нужен нормальный мужчина… чтобы без проблем…
Алексей молча кивнул. Сын усмехнулся. Только усмешка получилась совсем невеселой.
— Ну вот нашла.
— Что значит «нашла»?
— Алкоголика. Сначала вроде все было хорошо. Цветы, рестораны… Красиво ухаживал.
Он покачал головой.
— А потом началось. То пропадет на несколько дней. То напьется. То деньги занимает и не отдает.
Алексей вздохнул.
— Она сама тебе рассказывала?
— Почти каждую неделю звонит. Жалуется.
Сын немного помолчал. Потом не выдержал:
— Я же ей говорил, что не надо было уходить. Не надо было бросать тебя. А она молчит… Вот и получила, что хотела. Ты вон восстановился полностью, а у неё теперь другой инвалид. Бытовой.
Алексей долго молчал. Потом сказал:
— Не говори так.
— Почему?
— Потому что злорадствовать чужому несчастью — последнее дело.
— Но ведь…
— Она сделала свой выбор. В тот момент ей казалось, что она поступает правильно. Да и вообще: каждый человек имеет право ошибаться.
Сын покачал головой.
— Ты слишком добрый.
Алексей улыбнулся.
— Нет, — он сделал небольшую паузу. — Просто я слишком хорошо знаю, что жизнь и без того умеет наказывать.
Алексею было по-человечески жаль Ирину. Но это ведь действительно был её осознанный выбор. Рассчитывала начать новую жизнь, но не повезло. Так бывает.
А вот ему самому через некоторое время посчастливилось встретить женщину своего возраста, тоже, кстати, после инсульта, которая вскоре стала его женой, и жил он теперь счастливо. Хорошо ведь, когда рядом находятся те, кто любит и никогда не предаст.
