— Екатерина Михайловна, как же можно такие таблетки пить без рецепта? Доктор прописывал? — строгий голос аптекарши звучал с таким осуждением, будто пожилая женщина в очках и с седым пучком волос собиралась приобрести как минимум цианистый калий.
— Нет у меня рецепта, Нина Сергеевна, — вздохнула Екатерина Михайловна, полная женщина лет шестидесяти. — Но сердце опять прихватило вчера, а до поликлиники я только на следующей неделе записана. Дали талончик, как драгоценность какую-то.
— Ладно уж, — смягчилась аптекарша, — но в последний раз без рецепта отпускаю. Сами понимаете, правила есть правила. А вы к своему Виктору Петровичу сходили бы. Он всё-таки кардиолог хороший, пусть и на пенсии.
Антонина стояла в очереди, машинально слушая этот разговор и думая о своем списке покупок. День выдался суматошный: утром пришлось ехать в собес выяснять что-то по перерасчету пенсии, потом забежать к парикмахеру, а теперь еще нужно было успеть в магазин за продуктами и не опоздать на встречу с подругами в пять часов. Они собирались в кафе отметить день рождения Зинаиды.
— Девушка, вы определитесь уже, будете брать или нет? — раздался за спиной недовольный голос. — Вся очередь стоит!
Антонина обернулась. Полный мужчина в потертой куртке смотрел на нее с явным раздражением.
— Простите, я еще не подошла, — ответила она спокойно.
— Так вы в облаках где-то, — буркнул мужчина. — Аптекарша вас уже трижды позвала.
Действительно, Нина Сергеевна смотрела на Антонину выжидающе.
— Извините, задумалась, — Антонина подошла к прилавку. — Мне, пожалуйста, Корвалол и что-нибудь от головной боли.
— Давление меряли? — профессиональным тоном спросила аптекарша.
— Нормальное, просто переутомление, — Антонина протянула деньги. — Столько дел сегодня, голова кругом.
Выйдя из аптеки, она сверилась с часами — до встречи с подругами оставалось два часа, как раз хватит времени сходить в магазин и заскочить домой, чтобы переодеться и покормить Мурзика. Кот наверняка уже сидит на подоконнике и выглядывает хозяйку, помирая от голода, хотя утром получил двойную порцию корма.
Супермаркет «Ласточка» находился в пяти минутах ходьбы. Небольшой, уютный, с привычным расположением отделов и знакомыми продавцами. Антонина ходила сюда почти каждый день, покупая понемногу, чтобы был повод выйти из дома и размяться. После выхода на пенсию она стала замечать, что ноги отекают, если целый день просидеть в квартире.
— Антонина Сергеевна, здравствуйте! — окликнула ее кассирша Люба, совсем молоденькая девушка с яркими рыжими волосами. — А у нас сегодня творог свежий привезли, ваш любимый, деревенский.
— Здравствуй, Любочка, — улыбнулась Антонина. — Обязательно возьму, спасибо, что напомнила.
Она взяла корзинку и начала методично обходить магазин по привычному маршруту: хлебный отдел, молочка, овощи, бакалея. В голове крутился список покупок, который она составила с утра, но, как обычно, забыла дома. «Хлеб, молоко, творог… что еще? Ах да, яйца и макароны», — бормотала она себе под нос, выбирая товары.
Возле молочного отдела было непривычно многолюдно. Какая-то женщина в ярком платке горячо рассказывала окружившим ее покупателям:
— …и представляете, она мне звонит и говорит: «Мама, я не могу выйти из дома, там какие-то люди ходят, фотографируют окна». А дочка у меня одна живет, муж в командировке. Я сразу поняла — эти аферисты опять за работой!
— Какие аферисты? — заинтересовалась полная женщина с авоськой, набитой овощами.
— Да эти, как их… домушники! Перед тем как квартиру обчистить, они всегда разведку делают — фотографируют, смотрят, когда хозяева уходят. По телевизору про них целую передачу показывали.
Антонина покачала головой и отошла. Любят люди драматизировать. Небось, обычные работники коммунальных служб окна осматривали перед зимой или рекламщики очередные листовки разносили.
Она подошла к молочному отделу и стала изучать упаковки творога. За прилавком стояла незнакомая продавщица — невысокая женщина средних лет с усталым лицом и темными кругами под глазами.
— Здравствуйте, — поздоровалась Антонина. — Мне, пожалуйста, триста грамм деревенского творога.
— Сейчас, — кивнула продавщица, надевая одноразовые перчатки.
Пока женщина отвешивала творог, Антонина разглядывала другие молочные продукты. Может, еще сметаны взять? И сыр заканчивается…
— С вас сто двадцать рублей, — сказала продавщица, протягивая упакованный творог.
Антонина полезла в кошелек, достала деньги и протянула продавщице. В этот момент произошло что-то странное: женщина вдруг схватила ее за руку, наклонилась через прилавок и быстро прошептала:
— Немедленно идите домой. Ваша квартира в опасности.
Антонина застыла, не понимая, что происходит. Продавщица крепко сжимала ее запястье, глядя прямо в глаза.
— Что? — только и смогла выдавить Антонина.
— Я видела их, — продолжала шептать женщина. — Двое мужчин заходили в ваш подъезд с инструментами. Я живу напротив вас, в доме через дорогу. Третий этаж, квартира с зелеными занавесками?
Действительно, из окна Антонины был виден дом напротив, и она смутно припоминала квартиру с зелеными занавесками, хотя никогда не задумывалась о том, кто там живет.
— Да, но…
— У вас есть ценности дома? — продавщица наклонилась еще ближе. — Они очень подозрительные, все время оглядывались. Один высокий, с бородой, другой в кепке. Я их уже несколько дней замечаю возле нашего района.
Антонина почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она вспомнила разговор у молочного отдела, рассказ о каких-то людях, фотографирующих окна. Неужели…
— Идите скорее, — продавщица наконец отпустила ее руку. — И будьте осторожны.
Антонина растерянно кивнула, взяла творог и машинально положила его в корзину. Голова закружилась от внезапного беспокойства. Дома у нее действительно хранились ценные вещи — золотые украшения, оставшиеся от мамы, серебряные ложки, которые достались от бабушки. И, конечно, заначка на черный день — двести тысяч рублей, которые она держала в старой сахарнице в шкафу. Не то чтобы она не доверяла банкам, просто так было спокойнее.
Она поставила корзину с недоделанными покупками на ближайшую полку и быстрым шагом направилась к выходу. Люба-кассирша удивленно окликнула ее:
— Антонина Сергеевна, вы не будете рассчитываться?
— В другой раз, Любочка, — бросила Антонина на ходу. — Мне срочно нужно домой!
На улице она перешла на быстрый шаг, почти бег. До дома было всего три квартала, но ей казалось, что путь занимает вечность. В голове мелькали тревожные мысли: что, если она уже опоздала? Что, если воры уже в её квартире? Может, стоило позвонить в полицию? Но что сказать? «Продавщица из магазина сказала, что видела подозрительных людей»? Звучит как паранойя.
Запыхавшись, Антонина добежала до своего подъезда. Всё выглядело как обычно: никаких подозрительных личностей, никаких следов взлома. Она достала ключи трясущимися руками и поднялась на свой этаж.
У двери она остановилась, прислушиваясь. Тишина. Осторожно вставила ключ в замок, повернула… Дверь была заперта, как и должна быть. Антонина облегченно вздохнула и вошла в квартиру.
Всё было на своих местах. Мурзик, как она и предполагала, сидел на подоконнике и недовольно мяукнул при виде хозяйки. Антонина быстро обошла все комнаты — никаких следов вторжения.
— Может, я зря паникую, — пробормотала она, опускаясь на стул в кухне. — Надо успокоиться.
Но тревога не отпускала. Она подошла к шкафу, открыла дверцу и проверила старую сахарницу. Деньги были на месте. Затем достала шкатулку с украшениями из-под стопки полотенец — всё в порядке.
— Ложная тревога, Мурзик, — сказала она коту, который запрыгнул к ней на колени, требуя внимания. — Но лучше перестраховаться, правда?
Антонина налила себе воды, выпила таблетку от сердца, которую только что купила, и стала размышлять. Если продавщица действительно ее соседка и видела подозрительных людей, то, возможно, стоит быть настороже. Может, они планировали взлом, но что-то их спугнуло?
Она подошла к окну и выглянула на улицу. Из её квартиры на третьем этаже хорошо просматривался весь двор. Ничего подозрительного — дети играют на площадке, пожилые люди сидят на лавочках, кто-то выгуливает собаку.
Антонина перевела взгляд на дом напротив, пытаясь найти квартиру с зелеными занавесками. Действительно, на третьем этаже такая была. Внезапно занавеска отодвинулась, и Антонина увидела силуэт человека, наблюдающего за её окнами. Сердце ёкнуло, но через секунду она разглядела, что это была та самая продавщица из магазина. Женщина помахала ей рукой и опустила занавеску.
Это немного успокоило Антонину — значит, продавщица действительно её соседка, а не какая-то сумасшедшая. Но что теперь делать? Может, позвонить участковому?
Внезапно раздался звонок в дверь. Антонина вздрогнула. Кто бы это мог быть? Она осторожно подошла к двери и посмотрела в глазок. На пороге стоял мужчина в рабочей одежде.
— Кто там? — спросила она, не открывая.
— Газовая служба, плановая проверка оборудования, — ответил мужчина.
Сердце Антонины забилось быстрее. Она не была уведомлена ни о какой проверке. Обычно газовики предупреждали заранее, вывешивая объявления в подъезде. Да и время странное — почти четыре часа дня, рабочий день заканчивается.
— У вас есть удостоверение? — спросила она.
— Конечно, — ответил мужчина и поднес к глазку какую-то карточку, но так быстро, что Антонина не успела ничего разобрать.
— Я не заказывала проверку, — твердо сказала она. — Позвоните заранее и согласуйте время.
— Гражданочка, у нас плановая проверка всего дома, — в голосе мужчины появилось раздражение. — Не мешайте выполнять работу.
— Покажите ваше удостоверение соседям, пусть они меня предупредят, что вы настоящий газовщик, — ответила Антонина, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Я одинокая пожилая женщина, не могу открывать дверь кому попало.
За дверью воцарилась тишина, а затем послышались удаляющиеся шаги. Антонина перевела дух и отошла от двери. Ноги подкашивались от напряжения. Она дрожащими руками достала телефон и набрала номер участкового, который предусмотрительно хранила в контактах.
— Павел Николаевич? Здравствуйте, это Антонина Сергеевна из дома 15 по улице Лесной. У меня тут странная ситуация…
Она рассказала всё: о предупреждении продавщицы, о подозрительном «газовщике». Участковый выслушал внимательно.
— Вы правильно сделали, что не открыли дверь, — сказал он. — В последнее время участились случаи мошенничества под видом коммунальных служб. Я сейчас недалеко, заеду проверю вашу ситуацию. Оставайтесь дома и никому не открывайте.
Ожидание показалось вечностью. Антонина сидела в кресле, крепко сжимая телефон в руке, и вздрагивала от каждого шороха. Мурзик, чувствуя её тревогу, крутился рядом, время от времени тревожно мяукая.
Наконец, раздался звонок в дверь. Антонина подошла к глазку и увидела знакомое лицо участкового.
— Павел Николаевич, это вы? — спросила она для уверенности.
— Да, Антонина Сергеевна, откройте.
Она отперла дверь. Участковый, коренастый мужчина лет сорока, вошел в квартиру.
— Так, рассказывайте по порядку, — сказал он, доставая блокнот.
Антонина повторила всю историю. Павел Николаевич записывал, время от времени задавая уточняющие вопросы.
— Значит, продавщица из магазина оказалась вашей соседкой? — переспросил он. — И она видела подозрительных людей, крутившихся возле вашего подъезда?
— Да, именно так, — кивнула Антонина. — Я сначала не поверила, но потом этот странный газовщик…
— В вашем доме действительно не планировалось никаких проверок газового оборудования, — подтвердил участковый. — Я уже связался с диспетчером газовой службы. Скорее всего, это были мошенники. Хорошо, что вы не открыли дверь.
— Что же теперь делать? — спросила Антонина.
— Я обойду соседей, расспрошу, не видел ли кто подозрительных людей, — ответил участковый. — А вам рекомендую быть бдительной, не открывать дверь незнакомым людям и, возможно, временно перепрятать ценные вещи или положить их в банковскую ячейку.
После ухода участкового Антонина позвонила подругам и предупредила, что не сможет прийти на встречу. Затем она собрала все самые ценные вещи и спрятала их в новое место — за отстающую панель в туалете, куда вряд ли полезут воры.
Вечером раздался звонок в дверь. Антонина настороженно подошла к глазку.
— Кто там?
— Это я, Марина, ваша соседка из дома напротив, — ответил женский голос. — Та самая, что предупредила вас в магазине.
Антонина открыла дверь, но цепочку оставила на месте, выглянув в щель.
— Здравствуйте, — продавщица стояла на пороге, переминаясь с ноги на ногу. — Простите, что напугала вас днём. Я подумала, вам нужно объяснить…
— Проходите, — Антонина сняла цепочку. — Как раз хотела вас поблагодарить.
Марина вошла в квартиру. Теперь, при ближайшем рассмотрении, она выглядела ещё более измученной, чем в магазине.
— Я подрабатываю продавщицей по выходным, — объяснила она. — А живу напротив вас уже пять лет. Мы иногда видимся во дворе, но никогда не разговаривали.
— Да, я вас смутно припоминаю, — кивнула Антонина, провожая гостью на кухню. — Чай будете?
— Спасибо, не откажусь, — Марина села за стол. — Я хотела сказать, что, возможно, вас зря напугала. Я действительно видела подозрительных мужчин возле вашего подъезда, но не уверена, что они хотели именно к вам.
— После вашего предупреждения ко мне приходил какой-то человек, представился газовщиком, — сказала Антонина, ставя чайник. — Но я не открыла.
Глаза Марины расширились.
— Видите! Значит, я была права. Хорошо, что вы не открыли.
— Я позвонила участковому, он приходил, — продолжила Антонина. — Сказал, что никаких проверок газового оборудования сегодня не планировалось.
— Боже мой, — Марина покачала головой. — Знаете, у меня месяц назад соседку обворовали. Тоже пожилая женщина, живет одна. Пришли якобы из социальной службы, рассказывали про какие-то новые выплаты пенсионерам. Она впустила, а они ее обчистили — все сбережения забрали, украшения.
Антонина поставила на стол чашки с чаем и вазочку с печеньем.
— Страшно живём, — вздохнула она. — Раньше и двери не запирали, все соседи друг друга знали.
— Времена изменились, — согласилась Марина. — Поэтому я и решила вас предупредить. Мы, соседи, должны друг другу помогать.
Они проговорили почти час. Оказалось, что Марина — мать-одиночка, воспитывает двух сыновей, работает бухгалтером, а по выходным подрабатывает в магазине, чтобы свести концы с концами. Антонина рассказала, что она бывшая учительница математики, вдова, с сыном видится редко — он давно живёт в другом городе.
Когда Марина собралась уходить, Антонина вдруг предложила:
— А давайте обменяемся телефонами. Мало ли что, сможем друг другу помочь.
— С удовольствием, — улыбнулась Марина. — И заходите ко мне на чай. Мальчишки мои будут рады новому человеку, а то все одни и те же лица видят.
Проводив новую знакомую, Антонина заперла дверь и вернулась на кухню. На душе было неожиданно легко, несмотря на все тревоги дня. Что-то подсказывало ей, что история с подозрительными людьми и странным газовщиком — не просто совпадение. Но благодаря бдительности соседки, которая решила предупредить незнакомую пожилую женщину, удалось избежать беды.
«Надо будет испечь пирог и отнести Марине и её мальчикам», — подумала Антонина, поглаживая мурлыкающего на коленях Мурзика. В наше неспокойное время так важно не оставаться равнодушным, замечать опасность и предупреждать о ней других. Сегодня она убедилась в этом на собственном опыте.
Она вспомнила, как бежала домой после предупреждения продавщицы, и улыбнулась. Страшно было, конечно. Но, может быть, благодаря этой пробежке и своей бдительности она сохранила не только ценности, но и собственное здоровье, а возможно, даже жизнь. И приобрела новую знакомую, которая, кто знает, может стать хорошей подругой.
Антонина ещё раз проверила замки на двери перед сном и впервые за долг
