— Опять шпаклевка кончилась, — сказала Ольга, глядя на пустое ведро так, будто оно было виновато во всех бедах мира. — Саш, ты же вчера обещал купить.
— Забыл, — Александр развел руками, стоя посреди комнаты с перфоратором наперевес. — Список записывал, а список дома оставил.
— У тебя список всегда дома остается. Может, тебе список для списка завести?
Он хмыкнул, но спорить не стал. Спорить с Ольгой после десяти часов на ногах в аптеке было делом безнадежным, и Александр это знал уже пять лет их совместной жизни.
Квартира на Заречной улице досталась им от бабушки Александра почти год назад. Старый дом, тысяча девятьсот шестьдесят какого-то года постройки, с высокими потолками, скрипучими полами и запахом, который не выветривался даже после месяцев ремонта. Пахло пылью, старой бумагой и почему-то валерьянкой, хотя валерьянку в этой квартире не пили уже, наверное, лет десять. Ольга принюхивалась каждый раз, заходя, и каждый раз думала, что этот запах она никогда не забудет, даже когда ремонт закончится и въедет новая жизнь с новыми обоями.
Сейчас, в конце июня, ремонт был в той стадии, которую сама Ольга называла «ни то ни се». Со стен ободрали старые обои в цветочек, сняли советский линолеум, но новый паркет еще не постелили. Из мебели оставался только массивный сервант в дальней комнате, весь резной, с потемневшими стеклами, который Александр никак не мог решиться выбросить.
— Это же бабушкин, — говорил он каждый раз, когда Ольга заводила разговор про вывоз мусора. — Там, может, что-то ценное внутри.
— Внутри там графин без крышки и три чашки без ручек, — отвечала Ольга. — Я проверяла.
Но сервант стоял.
Работали они по выходным, потому что в будни сил не оставалось совсем. Ольга целыми днями стояла за прилавком в аптеке «Здравница», отвечала на одни и те же вопросы про давление и бессонницу, улыбалась даже тем, кто откровенно хамил, и к вечеру у нее гудели ноги и болела голова от запаха лекарств. Александр после смены на складе бытовой техники приходил домой пропахший картоном и машинным маслом, и первым делом падал на диван на пятнадцать минут, прежде чем вообще начать разговаривать.
Зато суббота и воскресенье принадлежали ремонту. Это была их общая цель, ради которой они экономили на всем, от такси до новой одежды, откладывая копейку к копейке, чтобы въехать в собственное, отдельное жилье и наконец перестать снимать однушку у метро, где хозяйка звонила по любому поводу.
Идея переехать в бабушкину квартиру родилась у них не сразу. Сначала думали продать и добавить к ипотеке на что-то новое. Но когда Ольга впервые прошлась по этим комнатам с высокими потолками, представила, как здесь будет светло после ремонта, как встанет их собственная мебель, как в детской, если она когда-нибудь появится, будет солнце с утра, она сказала Александру, что продавать не хочет. Хочет жить здесь.
История из жизни, как говорится, обычная, каких тысячи в каждом городе. Семейные отношения, ремонт квартиры, экономия, мечты о своем угле. Ольга иногда думала, что если бы кто-то написал книгу про их жизнь, получилась бы скучнейшая проза, но именно в этой скуке и была их правда.
Единственное, что портило картину, была Галина Петровна.
Свекровь Ольги, женщина шестидесяти двух лет, бывшая бухгалтер, вышедшая на пенсию три года назад, но так и не научившаяся жить без контроля над цифрами, воспринимала бабушкину квартиру как незаконченное дело. Незаконченное в том смысле, что квартира, по ее твердому убеждению, простаивала зря.
— Пустая жилплощадь это деньги, которые лежат и портятся, как продукты без холодильника, — говорила она за каждым семейным обедом. — Я тридцать лет в бухгалтерии проработала, я знаю, что такое неэффективное использование активов.
— Мама, это не актив, это наш дом будущий, — терпеливо объяснял Александр.
— Будущий, а пока стоит и пылится. Вы туда раз в неделю заезжаете, а квартира стоит семь дней в неделю. Вы посчитайте, сколько это простоя.
Ольга в такие моменты обычно молчала и ела суп, потому что спорить с Галиной Петровной было все равно что спорить с калькулятором, у которого вдобавок есть характер.
***
В тот четверг, о котором и пойдет речь дальше, все началось с самого обычного звонка.
— Саш, привет, это мама, — сказала Галина Петровна в трубку таким тоном, будто звонила не сыну, а подчиненному с плановой проверкой. — Слушай, дай мне ключи от бабушкиной квартиры, а то у меня в понедельник дежурство было в поликлинике, врач говорил, надо трубы проверить в старых домах, а то зальет соседей, а вы туда только на выходных заезжаете.
— Какие трубы, мам? У нас там сантехник в мае все смотрел.
— Мало ли, — уклончиво ответила Галина Петровна. — Лучше перепроверить. Я зайду, посмотрю, что течет, что не течет, и сразу верну ключи. Мне не сложно, я все равно рядом гуляю.
Александр, который в тот момент разгружал коробки с электрочайниками и параллельно разговаривал по громкой связи, особо не вникал.
— Ладно, забирай запасной комплект, он у нас на крючке в прихожей висит, зеленый брелок.
— Спасибо, сынок. Ты у меня хозяйственный, весь в отца, — сказала Галина Петровна с той теплотой в голосе, которая появлялась у нее исключительно тогда, когда ей что-то было нужно.
Положив трубку, она улыбнулась своим мыслям и достала из сумки блокнот, в котором аккуратным бухгалтерским почерком уже была написана строчка: «Заречная 14, кв. 23, посуточно, будни, 1800 руб.»
Мысль сдавать квартиру посуточно пришла к Галине Петровне не вчера. Она давно приглядывалась к объявлениям в интернете, изучала, сколько стоит аренда в их районе, и с горечью считала упущенную выгоду. По ее расчетам выходило, что за год простоя квартира недополучила денег на новую стиральную машину, а то и на две. А Галина Петровна такие вещи прощать не привыкла.
Она рассуждала практично, в своем понимании. Ремонт еще не закончен, значит, дорогих постояльцев ждать не приходится, зато и претензий к отсутствию красоты никто предъявлять не будет. В будние дни молодые все равно на работе, заезжают только по выходным. А значит, будни свободны, и грех этим не воспользоваться. Ольга с Александром узнают, когда квартира будет готова и обустроена, тогда и ключи вернет, и вся эта временная предприимчивость останется маленькой семейной тайной, о которой знать не обязательно.
Объявление она составила сама, сидя вечером за кухонным столом, пока Виктор Иванович смотрел новости в соседней комнате.
«Сдам однокомнатную квартиру посуточно, недорого, в старом доме, тихий район, есть все необходимое», — напечатала она на телефоне, хотя необходимого там как раз почти ничего не было, кроме старого дивана, оставшегося от бабушки, да табуретки на кухне.
Фотографии она делать не стала, сославшись сама себе на то, что ремонт еще не закончен и снимки только отпугнут. Просто указала адрес района и цену, которая действительно была смешной для их города, полторы тысячи рублей меньше, чем в среднем просили за похожие квартиры.
Объявление разместила на местном сайте объявлений в разделе аренды и стала ждать звонков.
***
Первый звонок раздался уже на следующий день, в среду вечером.
— Здравствуйте, я по объявлению, квартира на Заречной, — сказал мужской голос, немного уставший, с легкой хрипотцой. — Я в командировку приехал, гостиница дорогая вышла, а тут у вас цена хорошая. Можно на два дня снять?
— Можно, — с готовностью ответила Галина Петровна. — Только предупреждаю сразу, ремонт там не завершен, но пожить можно, все условия есть.
— Мне бы только переночевать, я не привередливый, — сказал мужчина. — Работа у меня разъездная, лишь бы кровать была да розетка для зарядки.
Договорились на четверг и пятницу, тысяча восемьсот рублей в сутки, оплата наличными при заселении. Мужчина представился Виктором, монтажником, работающим по контракту в разных городах, и попросил встретить его в четверг после шести вечера.
Галина Петровна была довольна собой. Первый клиент, и сразу два дня оплаты. Она уже мысленно прикидывала, что если дело пойдет, то к осени можно будет купить не просто стиральную машину, а хорошую, с сушкой.
В четверг вечером она встретила квартиранта у подъезда, отдала ключи, показала, где находится санузел, объяснила, что горячая вода бывает по утрам не сразу, надо чуть спустить, прежде чем пойдет теплая. Мужчина оказался действительно неприхотливым, кивал на все, поблагодарил и сразу расплатился за оба дня вперед.
— Замечательно, — сказала Галина Петровна, пряча деньги в сумочку. — Отдыхайте, если что нужно, звоните, вот мой номер.
Она ушла довольная, представляя, как расскажет об этом успехе разве что самой себе, потому что делиться такими подробностями было пока преждевременно.
***
В это же время в другой части города происходили события, о которых Галина Петровна не подозревала, хотя они были напрямую связаны с ее собственным мужем.
Виктор Иванович, шестидесяти трех лет, токарь на заводе «Металлист» с многолетним стажем, в четверг утром объявил жене за завтраком, что вечером у него внеплановая ночная смена.
— Мастер попросил подменить, у него сын заболел, — сказал он, не поднимая глаз от тарелки с кашей. — Так что не жди меня, приду только утром.
Галина Петровна восприняла новость спокойно, даже с легким облегчением, потому что вечер у нее и так был занят передачей ключей квартиранту. Она кивнула, сказала, чтобы он потеплее оделся, потому что в цеху вечером сквозняки, и на этом разговор закончился.
На самом деле никакой ночной смены не было. Была договоренность с коллегой по цеху, Сергеем, шестидесяти лет, который каждый четверг вечером собирался посмотреть хоккей.
— Понимаешь, Витя, у меня дома внуки орут, телевизор весь захватили мультиками, — жаловался Сергей еще на прошлой неделе в курилке завода. — Хочу спокойно матч посмотреть, а негде. У тебя тоже небось Галина Петровна с сериалами своими не даст.
— Не даст, — вздохнул Виктор Иванович. — У нее свое расписание, я под него подстраиваюсь тридцать пять лет уже.
— Слушай, а давай найдем где-нибудь тихое место, — предложил Сергей. — Ты же говорил, у вас квартира какая-то от бабки осталась, ремонт там делаете.
— Это не моя квартира, это невесткина. Туда мне ходу нет без спроса.
— Ну тогда давай что-нибудь найдем, — не унимался Сергей. — Я даже готов заплатить, лишь бы спокойно матч посмотреть с пивом, без орущих детей.
Так родилась идея снять квартиру на вечер. Виктор Иванович придумал предлог для жены про ночную смену, а Сергей взялся искать варианты в интернете, потому что был единственным из них двоих, кто хоть как-то умел пользоваться сайтами объявлений, спасибо внуку, который научил.
И надо же было такому случиться, что среди вечерних поисков Сергей наткнулся именно на то объявление, которое разместила Галина Петровна.
— Смотри, Витя, дешево совсем, квартира на Заречной, — показал он экран телефона в курилке в среду. — Тысяча восемьсот всего, и адрес недалеко от завода.
— Заречная, четырнадцать? — переспросил Виктор Иванович, вглядываясь в экран. Что-то в этом адресе ему показалось знакомым, но мысль ускользнула, потому что в этот момент прозвенел звонок на смену, и он не успел додумать.
— Точно, четырнадцать, — подтвердил Сергей. — Я уже написал, договорился. Хозяйка приятная такая, по голосу пожилая женщина, сказала, ремонт не закончен, но переночевать можно. Я договорился на четверг вечер, специально узнавал, что как раз хоккей будет.
Виктор Иванович на секунду задумался, потом махнул рукой. Мало ли квартир на Заречной улице, дом длинный, номера тянутся до самого перекрестка. Не могла же его собственная жена сдавать квартиру его сына в аренду совершенно постороннему человеку, это было бы уже даже не совпадением, а чем-то из области анекдотов, которые сам Виктор Иванович любил рассказывать в курилке.
Так что в четверг вечером, соврав жене про ночную смену, Виктор Иванович отправился на встречу с Сергеем к дому номер четырнадцать по Заречной улице, даже не подозревая, куда именно его несет судьба.
***
— Ну наконец-то, — сказал Сергей, встречая Виктора Ивановича у подъезда с пакетом, в котором позвякивали жестяные банки. — Хозяйка ключи уже дала, только вот странно, спросила, не Виктор ли я случайно. Я говорю, нет, я Сергей, а Виктор в командировке у нас общий знакомый.
— Это она про кого спрашивала? — не понял Виктор Иванович.
— Да, видимо, у них там уже кто-то был по этому же имени, перепутала, — отмахнулся Сергей. — Пойдем, чего стоять, третий период через час начнется, надо телевизор найти да настроить.
Они поднялись на третий этаж, Сергей открыл дверь ключом, который дала ему Галина Петровна, и Виктор Иванович шагнул внутрь квартиры.
И замер.
Знакомые обои в дальней комнате, вернее, их отсутствие, потому что стены были ободраны до штукатурки. Знакомый сервант в углу, тот самый, резной, с потемневшими стеклами, доставшийся от матери жены его сына, то есть от той самой бабушки, у которой Виктор Иванович не раз пил чай в этой самой кухне много лет назад, когда сын только начинал встречаться с Ольгой. Знакомый запах пыли и старой штукатурки.
— Погоди, — сказал Виктор Иванович медленно. — Это же квартира Сашкина. Ну, сына моего.
— Как сына? — не понял Сергей, ставя пакет на подоконник. — Хозяйка женщина была по телефону, представилась Галиной.
Виктор Иванович почувствовал, как у него внутри что-то холодеет, примерно так же, как когда токарный станок начинает издавать неправильный звук и понимаешь, что сейчас что-то сломается.
— Галина, — повторил он. — Отчество не спрашивал?
— Не спрашивал, а что?
— Мою жену Галиной Петровной зовут, — сказал Виктор Иванович и опустился на табуретку, единственную мебель на кухне, кроме старого шкафчика под мойкой.
Несколько секунд оба молчали, переваривая ситуацию.
— Ты хочешь сказать, — начал Сергей осторожно, — что мы сняли квартиру у твоей собственной жены? Квартиру твоего сына?
— Похоже на то, — выдохнул Виктор Иванович и посмотрел на пакет с жестяными банками так, будто в этом пакете было заключено объяснение всему происходящему.
— Ну дела, — Сергей почесал затылок. — А она знает, что это ты придешь?
— Конечно нет! Я ей сказал, что на ночную смену иду!
— А я ей сказал, что меня Сергей зовут, и что мы просто знакомые ищем квартиру! Она еще спросила, не Виктор ли я, я сказал нет!
Оба замолчали снова, осмысливая масштаб недоразумения.
— Слушай, а может, тихонько посмотрим хоккей и уйдем, она и не узнает, — предложил после паузы Сергей, доставая из пакета банку с пивом. — Раз уж заплатили уже.
Виктор Иванович задумался. С одной стороны, обманывать жену дальше было как-то неправильно, тем более когда обман раскрылся так странно. С другой стороны, деньги были уплачены, третий период вот-вот начнется, а идти домой означало объяснять, почему он не на смене.
— Ладно, — решил он. — Посмотрим матч, а там разберемся. В конце концов, я в своей же квартире невестки сижу, чего мне стесняться.
Логика была сомнительная, но в тот момент показалась Виктору Ивановичу вполне убедительной.
Они нашли старый переносной телевизор, который Ольга с Александром временно поставили на кухне, пока делали ремонт в других комнатах, включили его, с трудом настроили антенну, поставили на табуретку между собой пакет с закуской и открыли банки.
— Хорошо тут все же, — заметил Сергей, оглядывая кухню с ободранными стенами и мешками сухой смеси в углу. — Тихо, никто мультики не орет.
— Тихо, это да, — согласился Виктор Иванович, хотя мысли его были далеко не такими спокойными, как голос.
Он то и дело поглядывал на дверь, будто ожидая, что вот сейчас она откроется и на пороге появится Галина Петровна с полным набором вопросов, ответить на которые ему было решительно нечем.
***
Ольга в это время как раз собиралась ехать в квартиру.
В четверг вечером она заканчивала смену в аптеке чуть раньше обычного, потому что заведующая отпустила пораньше в благодарность за то, что Ольга две недели подряд закрывала кассу без единой ошибки, что при их текучке кадров и вечной путанице с чеками было почти подвигом.
Выйдя из аптеки, Ольга вспомнила, что накануне заказала на строительном складе доставку плитки и клея, и все это сейчас, наверное, уже привезли и оставили у подъезда, потому что она предупреждала курьера, что ключей у него не будет, пусть складывает у входа, а она заберет вечером.
— Заеду, занесу материалы в квартиру, а то украдут еще, — решила она и набрала номер Александра.
— Саш, я в бабушкину квартиру заеду, плитку заберу, курьер привез.
— Давай, я как раз задерживаюсь на складе, инвентаризация внеплановая, — ответил Александр устало. — Приеду поздно, ты не жди, ложись.
— Хорошо, целую, — сказала Ольга и поехала на автобусе в сторону Заречной улицы.
Дорога заняла минут двадцать, и все это время Ольга думала о ремонте, прикидывая в голове, сколько еще плитки понадобится для ванной и хватит ли бюджета на хороший клей, а не на самый дешевый, который потом трескается.
Забавные случаи, житейские истории, отношения со свекровью, все эти темы крутились у нее в голове уже давно, потому что последние месяцы жизнь буквально подкидывала сюжеты один за другим, начиная от того, как Галина Петровна пыталась указывать, какого цвета выбрать плитку, хотя ремонт делали не она и не на ее деньги, и заканчивая бесконечными советами бывалых соседок по поводу того, как правильно класть паркет.
Подойдя к дому, Ольга действительно обнаружила у подъезда несколько коробок с плиткой и мешок клея, аккуратно составленные в углу, как она и просила. Она поднялась наверх, чтобы взять тележку, которую держали в квартире специально для таких случаев, чтобы не таскать тяжести вручную.
Достав ключи из сумки, она открыла дверь, и первое, что ее поразило, был звук.
Из глубины квартиры доносился знакомый гул спортивного комментатора, тот самый возбужденный тон, с которым обычно рассказывают о голах и штрафных бросках.
Ольга замерла на пороге, недоумевая. В квартире никого не должно было быть, ключи она давала только свекрови, да и то временно, ради проверки труб, о которой ей рассказал Александр накануне.
— Кто там? — тихо позвала она, не решаясь пройти дальше.
Голоса на кухне мгновенно стихли, но телевизор продолжал бормотать про игру в большинстве.
— Есть кто? — уже громче спросила Ольга, чувствуя, как сердце начинает колотиться чаще.
Она прошла по коридору, мимо ободранных стен, мимо серванта, и заглянула на кухню.
Там, среди мешков со шпаклевкой и коробок с плиткой, за старой табуреткой сидели два пожилых мужчины с банками пива в руках, а на маленьком переносном телевизоре шел хоккейный матч.
Один из мужчин был ей хорошо знаком.
— Виктор Иванович? — растерянно произнесла Ольга, узнавая свекра. — Вы же на ночной смене должны быть.
Виктор Иванович поперхнулся и поставил банку на подоконник так резко, что она чуть не упала.
— Оля, — сказал он не сразу, подбирая слова. — Понимаешь, тут такое дело…
***
В этот же момент, как назло, а вернее как это часто бывает в жизни, когда одно совпадение тянет за собой другое, в дверь квартиры раздался звонок.
Ольга, все еще не оправившись от первого потрясения, пошла открывать, гадая, кто еще может прийти в квартиру, о существовании гостей в которой она и знать не знала.
На пороге стояла Галина Петровна с пакетом в руках, из которого торчал угол сложенного пледа и горлышко термоса.
— Ой, Оленька, ты что тут делаешь? — удивилась свекровь, явно не ожидавшая увидеть невестку. — Я думала, вы только на выходных приезжаете.
— Я плитку привезла, а вы, Галина Петровна, что тут делаете? — в свою очередь спросила Ольга, чувствуя, как в голове начинает выстраиваться какая-то странная, но пугающая картина.
— Я… — Галина Петровна замялась, пряча пакет за спину, что было довольно бессмысленно, учитывая, что термос все равно торчал наружу. — Я квартиранту плед принесла, вечера прохладные, а у нас теплый лишний как раз завалялся.
— Какому квартиранту? — Ольга почувствовала, что земля под ногами начинает предательски покачиваться, как это бывает, когда узнаешь что-то, чего совсем не ожидаешь.
Из глубины квартиры донесся звук отодвигаемой табуретки, и в коридоре показался Виктор Иванович, а следом за ним, чуть смущенно улыбаясь, Сергей.
Галина Петровна перевела взгляд с невестки на мужа, потом на незнакомого мужчину рядом с ним, и в ее глазах медленно, но верно начало проступать понимание.
— Виктор? — произнесла она таким голосом, каким обычно спрашивают, правильно ли она услышала диагноз врача. — Ты же на смене должен быть.
— Галя, — начал Виктор Иванович, разводя руками, будто это могло что-то объяснить. — Тут такая история…
— Это твой квартирант, что ли? — Галина Петровна кивнула на Сергея, у которой мозг, привыкший к бухгалтерским подсчетам, явно начал складывать два и два с пугающей скоростью. — Тот самый, который мне звонил, представился Сергеем?
— Здравствуйте, — робко произнес Сергей, поднимая руку в приветствии, как будто это могло разрядить обстановку. — Виноват, если что не так, я не знал, что квартира вашего сына, мы просто искали, где хоккей посмотреть.
— Стоп, — Ольга подняла руку, чувствуя, что если она сейчас не возьмет ситуацию под контроль, то так и будет стоять посреди коридора, слушая обрывки объяснений, которые никак не складываются в единую картину. — Галина Петровна, объясните, пожалуйста, спокойно, что здесь происходит. Вы сдаете нашу квартиру?
Повисла пауза, которую нарушал только приглушенный голос комментатора из кухни, продолжавшего рассказывать про игру, которую уже никто не смотрел.
— Ну, я хотела как лучше, — начала Галина Петровна, и в ее голосе появились нотки той самой уверенной интонации, с которой она обычно объясняла подчиненным на прежней работе, почему им не хватает премии. — Квартира стоит, простаивает, деньги мимо проходят, а я подумала, почему бы не использовать эффективно площадь. Вы же все равно только на выходных здесь, а в будни квартира просто пустует.
— То есть вы без нашего спроса сдавали посуточно квартиру постороннему человеку? — Ольга не верила своим ушам, хотя факты уже говорили сами за себя. — Мама, там же ремонт, там инструменты, там наши материалы!
— Так я же смотрела, чтобы никто ничего не трогал, — оправдывалась Галина Петровна. — И постоялец приличный был, мужчина в командировке, аккуратный, тихий.
— А этот тоже приличный, только он еще и муж ваш случайно оказался вместе со своим другом! — Ольга махнула рукой в сторону Виктора Ивановича и Сергея, стоявших в коридоре с видом провинившихся школьников.
— Витя, ты вообще как здесь оказался? — Галина Петровна повернулась к мужу, и теперь уже ее голос звучал с обидой, а не с деловитой уверенностью бухгалтера. — Ты же сказал, ночная смена!
— Так и я не знал, что это твоя затея! — воскликнул Виктор Иванович, наконец найдя в себе силы перейти в некое подобие защиты. — Сергей квартиру нашел по объявлению, дешево показалось, я и не разобрался сразу, что это Сашкина квартира. Мы просто хоккей хотели посмотреть спокойно, без внуков под ногами.
— А смена ночная тогда что? — не унималась Галина Петровна.
— Придумал я это, чтобы ты не спрашивала, куда иду, — признался Виктор Иванович, опустив глаза. — Думал, посидим с Сергеем, посмотрим матч, вернусь домой, и ты даже не узнаешь.
— То есть ты мне соврал! — возмутилась Галина Петровна.
— А ты мне не врала, когда ключи брала под предлогом труб проверять? — парировал Виктор Иванович, и в его голосе впервые за весь разговор прозвучали нотки настоящего негодования. — Ты меня всю жизнь контролируешь, экономишь на всем, а сама, оказывается, целый бизнес развернула, квартиру сдаешь без спроса детей!
Галина Петровна открыла рот, чтобы возразить, но ничего не сказала, потому что крыть было действительно нечем. Она стояла в коридоре с пледом и термосом в руках, приготовленными для несуществующего вечера заботы о постороннем квартиранте, которого, к слову, тут даже не было, потому что настоящий постоялец, тот самый первый мужчина, представившийся Виктором и монтажником, все это время спокойно спал в дальней комнате, за закрытой дверью, и весь этот скандал в коридоре его пока не разбудил.
— Так, — сказала Ольга твердо, вспоминая, как в аптеке она умела успокаивать самых нервных посетителей, требующих лекарство без рецепта. — Значит, слушаем внимательно. Первое, у нас в квартире, оказывается, живет посторонний человек, о котором мы даже не знаем.
Как будто в подтверждение ее слов, из дальней комнаты послышался скрип половиц, и в коридор, щурясь от света, вышел заспанный мужчина в спортивных штанах, тот самый первый квартирант.
— Извините, я тут прилег отдохнуть после дороги, а тут шум какой-то, — сказал он, оглядывая собравшуюся в коридоре компанию. — Что-то случилось?
— Ничего, отдыхайте, — быстро сказала Ольга, чувствуя, как абсурдность ситуации достигает какого-то нового, почти комического уровня. — Просто небольшое семейное недоразумение.
Мужчина, пожав плечами, вернулся обратно в комнату, явно решив, что чужие семейные разборки его не касаются, и закрыл за собой дверь.
— Так вот, — продолжила Ольга, стараясь не сбиться с мысли. — У нас в квартире, оказывается, был официальный постоялец, снятый вами, Галина Петровна, без нашего ведома. Плюс сегодня сюда же, совершенно случайно, но тоже без нашего ведома, пришли Виктор Иванович с Сергеем, потому что тоже сняли эту же квартиру, но уже у вас же, только не зная, что это ваша затея. И все это при том, что мы с Сашей все выходные пашем здесь, откладываем каждую копейку, чтобы сделать ремонт, а вы тем временем на этом зарабатываете и еще прячете от нас квартирантов.
Она замолчала, переводя дыхание, и обвела взглядом всех присутствующих. Галина Петровна стояла, поджав губы, всем видом показывая, что считает себя все же в чем-то правой, просто обстоятельства сложились неудачно. Виктор Иванович смотрел в пол, изредка поглядывая на дверь кухни, откуда все еще доносился звук работающего телевизора. Сергей стоял чуть в стороне, явно чувствуя себя лишним на этом семейном празднике откровений, но не решаясь просто уйти.
— Мама, — сказал Ольга, специально выбирая это обращение, которым обычно называла свекровь только в самых официальных случаях, — дайте мне, пожалуйста, ключи. Все ключи, которые у вас есть от этой квартиры.
Галина Петровна замешкалась, потом полезла в сумочку и достала связку с зеленым брелоком.
— Оля, ты пойми, я же хотела как лучше, деньги лишними не бывают, вы бы даже не знали, я собиралась вернуть ключи, как только ремонт закончите…
— Я понимаю, что вы хотели как лучше, — сказала Ольга, забирая ключи и пряча их в свою сумку. — Но получилось как всегда. У нас теперь совершенно посторонний мужчина спит в квартире, о котором мы не знаем, откуда он взялся и на сколько дней сняли. У нас Виктор Иванович соврал вам про ночную смену. У вас, получается, тоже был свой маленький секрет от мужа. И вся эта конструкция рухнула сегодня вечером посреди моей же собственной квартиры, куда я приехала всего лишь плитку занести.
Она посмотрела на коробки с плиткой, все еще стоящие у подъезда, и подумала, что за всей этой суматохой она так и не успела их занести, и теперь, наверное, придется делать это уже завтра, потому что сил на возвращение к тележке у нее сейчас точно не было.
— Что теперь будет с квартирантом? — робко спросил Сергей, видимо, единственный из всех, кто сохранил способность думать о практических вопросах. — Ему же заплачено уже вперед.
— Пусть доспит до утра, раз уж заселился, — махнула рукой Ольга, чувствуя внезапную усталость от всей этой ситуации. — Утром я сама с ним поговорю, объясню, что дальше квартира сдаваться не будет.
— А деньги ему возвращать? — снова спросил Сергей.
— Это уже вопрос к Галине Петровне, она у нас теперь предприниматель, — ответила Ольга с легкой иронией, которая, впрочем, была довольно горькой.
Галина Петровна вспыхнула, но промолчала, понимая, что сейчас не время и не место качать права.
— А вы, Виктор Иванович, идите домой, к матчу, — Ольга кивнула в сторону кухни, откуда все еще доносился шум телевизора. — Раз уж так вышло, доскажите дома, где ему заканчиваться, чтобы хоть какая-то часть вечера прошла по плану.
— Мне идти, что ли? — растерянно спросил Сергей, кивая на Виктора Ивановича.
— Да, наверное, вам лучше пойти, — согласилась Ольга. — Извините, что так получилось, вы тут вообще ни при чем, просто оказались не в том месте не в то время.
Сергей неловко попрощался, пожал руку Виктору Ивановичу, кивнул остальным и поспешно ушел, явно радуясь возможности выбраться из этой семейной драмы, в которую его затянуло совершенно случайно.
Виктор Иванович постоял еще немного, глядя то на жену, то на невестку, потом тяжело вздохнул и пошел обратно на кухню, чтобы выключить телевизор и забрать оставшиеся банки.
— Галя, ты домой идешь? — спросил он через минуту, появляясь снова в коридоре с пакетом в руках.
Галина Петровна посмотрела на него долгим взглядом, в котором смешались обида, досада и что-то похожее на смирение перед неизбежностью.
— Иду, — сказала она коротко. — Только сначала хочу досмотреть, чем матч закончится. Раз уж я плед принесла, хоть на диване посидим, пока этот, квартирант ваш, спит себе спокойно.
Ольга не удержалась и хмыкнула, глядя на эту неожиданную семейную идиллию, вырастающую прямо посреди скандала.
— Ну сидите, — сказала она, махнув рукой. — Только свет потом выключите и дверь захлопните, я домой поеду, у меня завтра рано вставать на работу.
***
Спускаясь по лестнице с пустыми руками, потому что тележку с плиткой она так и оставила у подъезда, решив, что заберет ее завтра вместе с Александром, Ольга чувствовала странную смесь чувств.
С одной стороны, злость на свекровь никуда не делась. Мысль о том, что чужие люди спали на их диване, ходили по их квартире, трогали их вещи, пока сами Ольга с Александром экономили каждую копейку на ремонт, вызывала настоящее возмущение.
С другой стороны, было в этой ситуации что-то настолько нелепое, что Ольга не могла сдержать улыбку, вспоминая, как Виктор Иванович стоял с банкой пива в руке, застигнутый врасплох, как Сергей растерянно предлагал вопросы про возврат денег, как Галина Петровна прятала термос за спиной, будто это могло изменить ситуацию.
Достав телефон, Ольга набрала номер Александра, который к этому времени уже, наверное, закончил свою внеплановую инвентаризацию.
— Саш, привет, ты где? — спросила она, выходя из подъезда на вечернюю улицу, где уже зажигались фонари.
— Только с работы вышел, домой еду, — ответил Александр, судя по голосу, действительно уставший. — Ты как, плитку занесла?
— Плитку не занесла, — сказала Ольга, — зато узнала много нового про твою маму.
— Что случилось? — насторожился Александр.
— Твоя мама, оказывается, сдавала нашу квартиру посуточно. И твой отец сегодня туда же прийти умудрился, потому что снял ее вместе с коллегой, не зная, что это твоей матери затея.
На том конце повисла пауза, во время которой Ольга представляла себе выражение лица мужа.
— Подожди, что? — переспросил Александр. — Как это сдавала? Она же ключи брала трубы проверить.
— Вот такие трубы, — усмехнулась Ольга. — Я приехала плитку занести и застала твоего отца с коллегой на кухне, они хоккей смотрели с пивом среди мешков со шпаклевкой. А потом еще твоя мама пришла с пледом для квартиранта, которого сама же и заселила, только не знала, что квартирант это ее собственный муж.
— Это как в кино каком-то, — пробормотал Александр, явно пытаясь осмыслить услышанное. — А сейчас там кто?
— Сейчас там спит настоящий квартирант, которого твоя мама заселила первым, обычный мужчина в командировке. А твои родители остались доматч досматривать, представь себе, будто ничего не случилось.
— А ты им ключи оставила?
— Нет, я все ключи забрала, — сказала Ольга твердо. — Саша, нам нужно менять замки. Срочно. Потому что я не знаю, сколько еще копий ключей твоя мама успела наделать, пока мы тут выходные тратим на ремонт, а она бизнес свой разворачивает.
Александр вздохнул в трубку, и в этом вздохе слышалась вся тяжесть человека, которому предстоит непростой разговор с собственной матерью.
— Хорошо, поговорим завтра с ней серьезно, — сказал он наконец. — Слушай, а хочешь, я вечером за тобой заеду, довезу до дома, не надо на автобусе трястись после такого дня.
— Заезжай, — согласилась Ольга, чувствуя, как усталость от пережитого начинает накатывать по-настоящему. — И знаешь что, давай еще подумаем.
— О чем?
— Может, нам кота завести, — сказала Ольга совершенно неожиданно даже для самой себя, но чем больше она об этом думала, тем более логичной казалась эта мысль. — Кот хотя бы точно не будет пускать посторонних в дом без нашего ведома.
Александр на том конце провода не удержался и рассмеялся, впервые за весь этот тяжелый разговор.
— Кота заведем, — пообещал он сквозь смех. — Только сначала замки поменяем, а то кот тоже как-то не спасет, если у мамы ключи от всех дверей окажутся.
— Вот именно, — согласилась Ольга, тоже наконец позволив себе улыбнуться, стоя на вечерней улице возле дома, где ее свекровь со свекром в этот самый момент, наверное, уже устроились на старом диване с пледом, чтобы досмотреть третий период матча, забыв на время про весь этот скандал, как будто ничего особенного и не произошло.
— Жди меня, я скоро подъеду, — сказал Александр. — И знаешь, что я тебе скажу. Как хорошо, что у нас с тобой хоть в семье все просто и понятно, без всяких тайных схем.
Ольга усмехнулась, вспоминая недавний спор про шпаклевку, но вслух ничего не сказала, только пообещала ждать у подъезда и, положив телефон в карман, посмотрела наверх, на окна третьего этажа, где за занавешенным окном мелькали отсветы работающего телевизора.
Что скажет завтра Александр матери, как отреагирует Галина Петровна на серьезный разговор о замках, вернет ли она деньги случайному квартиранту, обо всем этом предстояло узнать только завтра, а пока Ольга стояла в вечерней прохладе, ждала мужа и думала о том, что советы бывалых людей насчет ремонта в старом доме никогда не предупреждают о таких вот сюрпризах, которые иногда преподносит собственная семья куда изобретательнее, чем любая прохудившаяся труба.
