— Олег, со следующего месяца ты поднимаешь мне оклад до трехсот тысяч рублей и переписываешь на меня сорок процентов компании! — Ваня небрежно бросил ключи от служебной машины на полированный стол директора и по-хозяйски уселся в кожаное кресло.
— Чего? Ты в своем уме, Вань? — Олег медленно отложил ручку и внимательно посмотрел на мужа своей родной сестры. — Ты числишься у меня заместителем всего три месяца.
За это время ты сорвал два важнейших контракта с крупными застройщиками, регулярно опаздываешь на работу и не закрыл ни одной поставленной задачи!
Ты вообще понимаешь, о чем просишь?
— Я — твой родственник, Олег! — нагло ответил Ваня, закидывая ногу на ногу и разглядывая свой дорогой маникюр. — Ты только благодаря нашей семье свой бизнес построил!
Если бы моя жена Марина не поддерживала тебя в самом начале, когда у тебя ни гроша за душой не было, ты бы до сих пор в грязном гараже с двумя мужиками табуретки собирал!
— Марина поддержала меня морально, и я ей за это искренне благодарен, но деньги на первое оборудование я брал в банке под залог собственной квартиры! — отрезал Олег, ощущая, как внутри закипает гнев. — А ты за три месяца не принес фирме ни одного рубля прибыли!
Зато списал как якобы «некондицию» элитный дубовый шпон на пятьсот тысяч рублей. Где этот материал, Ваня? Кому ты его отдал?
— Списал и списал! Тебе что, для семьи пару кусков дерева жалко? — буркнул Ваня, уводя взгляд в окно. — У тебя миллионные обороты, на новой машине ездишь, а из родного человека за паршивые деревяшки жилы тянешь!
Короче, хватит зубы заговаривать. Оформляй документы на долю, или я ухожу и забираю с собой всю клиентскую базу!
— Никакой доли ты не получишь, — Олег поднялся из-за стола и указал рукой на дверь. — И базу ты не заберешь. А сейчас же выйди из моего кабинета.
***
Вечером того же дня сестра Олега, Марина, вместе с их матерью, Анной Сергеевной, устроили экстренный семейный совет в квартире родителей.
— Олег, как тебе не стыдно?! — Марина заливалась слезами. — Ваня пришел домой сам не свой! Он полвечера на кухне просидел, за сердце держался!
Ты выговариваешь ему за каждую копейку! Он же твой зять, отец твоих двоих племянников! Как у тебя язык повернулся такое ляпнуть?!
— Марин, твой муж занимается открытым вредительством на моем производстве! — ответил Олег. — Он на прошлой неделе отгрузил своему близкому знакомому партию элитных мебельных гарнитуров со скидкой в восемьдесят процентов!
Мне бухгалтерия сегодня показала документы! Это же прямые убытки компании!
— Он налаживал деловые связи для твоего же бизнеса! — вступилась мать, Анна Сергеевна, подсаживаясь к дочери и обнимая ее за плечи. — Олег, ты стал невыносимым!
Мужу родной сестры жалеешь нормальную зарплату! Ваня — амбициозный человек, у него высшее образование! А ты держишь его на правах мальчишки на побегушках!
— У него оклад сто пятьдесят тысяч рублей в месяц, мама! — воскликнул Олег, разводя руками. — И за эти деньги он даже на производство не приезжает к восьми утра!
На прошлой неделе наш лучший старший мастер, который у меня восемь лет работает, написал заявление на увольнение, потому что Ваня на него орал и требовал бесплатно собрать ему домой кухонный гарнитур!
— Имею право, я вообще-то заместитель генерального директора! — заявил вошедший в гостиную Ваня. — Олег просто завидует, что меня сотрудники больше уважают, чем его!
Я умею с людьми общаться, подход к каждому знаю! Не то, что он.
— Ты не общаешься с людьми, а хамски повелеваешь мастерами, которые работают на мебельной фабрике по десять лет! — отрезал Олег. — Завтра в девять утра я жду от тебя подробный письменный отчет по всем списанным материалам.
Если отчета не будет — я сниму тебя с должности.
На следующее утро Олег приехал на фирму к семи утра. Не успел он налить себе кофе, как к нему в кабинет постучал начальник IT-отдела Максим.
— Олег Владимирович, извините. У нас сегодня в три часа ночи была зафиксирована попытка полного скачивания всей клиентской базы, чертежей новых коллекций мебели и коммерческих договоров с ключевыми поставщиками. Логин и пароль — Ивана Игоревича…
***
Через почти четыре часа Ваня вальяжной походкой вошел в офисный коридор с чашкой капучино из соседней кофейни. Олег перехватил его прямо у дверей отдела продаж, где уже собирались сотрудники.
— Зачем ты сегодня ночью скачивал базу клиентов и конструкторские чертежи на личную флешку?
— А что, уже и рабочие файлы посмотреть нельзя? — нагло ответил Ваня. — Я ищу новые рынки сбыта. Или ты мне уже и рабочие документы смотреть запрещаешь?
Забыл, кто у вас тут за развитие отвечает?
— Ты пытался продать наши эксклюзивные чертежи конкурентам, — отрезал Олег. — Ты вчера вечером отправлял с корпоративной почты письмо директору сторонней мебельной фабрики с предложением купить нашу базу за миллион рублей.
Вот скриншот твоего письма!
— Это все клевета и провокация! — заорал Ваня на весь коридор. — Ты сам это подстроил, чтобы не делиться со мной бизнесом!
Жл…об! Боишься, что я покажу всем, как на самом деле надо работать и продавать!
— Все. Терпение мое лопнуло! Вон пошел отсюда!
***
Вечером скан.дал вспыхнул с новой силой. Мать и сестра снова обрушились на Олега с упреками.
Как только не обзывали: «подозрительным пара..ноиком», «черствым сухарем» и обвиняли в том, что он «подставил честного человека».
— Хорошо, — сказал Олег. — Раз вы все искренне считаете, что Ваня — гениальный управленец, а я — жадный тиран, который незаслуженно обвиняет родственника, я предлагаю эксперимент.
— Какой еще эксперимент? — подозрительно спросила Марина, вытирая глаза.
— У нас три месяца назад открылся новый мебельный салон на окраине города, — спокойно объяснил Олег. — Он сейчас убыточный, работает в минус на двести тысяч в месяц.
Я передаю Ване этот салон в полное управление на один месяц. Даю ему полный карт-бланш: пусть сам выстраивает продажи, нанимает людей, ведет рекламу.
Если за месяц салон выйдет в плюс хотя бы на сто тысяч рублей — я переписываю на него тридцать процентов всей компании.
— А если не выйдет? — прищурился Ваня, скрестив руки на груди.
— А если салон уйдет в еще больший минус — ты в тот же день пишешь заявление по собственному желанию, возвращаешь стоимость списанных материалов и больше никогда в жизни не подходишь к моему бизнесу. Согласен?
— Да легко! — гордо ухмыльнулся Ваня, расправив плечи. — Я тебе через две недели докажу, как надо продавать! Ты у меня еще учиться будешь, как правильно дела вести!
На том и порешили.
***
На следующий же день Ваня пришел в салон. И тут же уволил опытного администратора Галину за «недостаточное почтение к руководству» — подчиненная позволила себе попросить начальство ознакомиться с правилами внутреннего распорядка.
— Вы здесь больше не работаете! — заявил Ваня опешившей Галине. — Ишь ты, возомнила себя хозяйкой!
На пятый день Ваня заказал в кабинет директора роскошный кожаный диван за счет средств салона, купил дорогую итальянскую кофемашину и в одностороннем порядке расторг договор с проверенным рекламным агентством, переведя весь маркетинговый бюджет на счет фирмы-однодневки своего приятеля.
К десятому дню продажи салона упали до абсолютного нуля. Покупатели, приходившие в магазин, сталкивались с хамоватым поведением нового персонала.
Всю кассовую наличную выручку Ваня просто забрал себе, заявив продавцам, что это его «представительские расходы на важные встречи с инвесторами».
На четырнадцатый день старший продавец Сергей попытался поговорить с Ваней в кабинете:
— Иван Игоревич, людям надо выплачивать аванс! Поставщики отказываются отгружать нам новые диваны, потому что аренда и счета не оплачены!
— Пошел вон из кабинета! — закричал Ваня, стукнув кулаком по столу. — Вы еще ничего не заработали, чтобы авансы просить! Пока продаж не будет, ни копейки не получите!
В ответ на это продавцы салона просто заперли магазин, положили ключи на стол и в полном составе отказались выходить на работу.
На пятнадцатый день Олег попросил мать и сестру приехать вместе с ним к этому салону к двенадцати часам дня.
Двери мебельного магазина были наглухо закрыты. На улице у входа мерзли три возмущенных покупателя, которые пришли забирать свои предварительно оплаченные гарнитуры.
— Мы три недели ждем свой заказ! — набросился один из покупателей на Олега. — Телефон салона не отвечает, двери закрыты! Мы прямо сейчас идем в прокуратуру!
— Успокойтесь, пожалуйста, я генеральный директор сети, сейчас мы во всем разберемся, — ответил Олег, доставая свои ключи.
Олег открыл стеклянную дверь. Внутри салона царил полный хаос: на демонстрационных столах валялись грязные чашки и коробки от пиццы, свет был выключен, а в кабинете директора за столом сидел растерянный, вспотевший и взъерошенный Ваня.
— Что здесь происходит?! — ахнула Анна Сергеевна, озираясь по сторонам и с ужасом разглядывая царящий беспорядок.
— Наш «гениальный управленец» всего за две недели вогнал салон в убыток на полтора миллиона рублей, — ледяным тоном произнес Олег, доставая из папки свежий финансовый аудит. — Кассовую выручку в триста тысяч рублей Ваня просто присвоил себе.
С поставщиками он поругался, аренда за текущий месяц не оплачена, реклама сорвана, а весь персонал уволился из-за хамства и невыплаты зарплат.
— Ваня… это правда? — Марина побледнела и схватилась за руку мужа, смотря на него с нескрываемым ужасом. — Ты… ты правда забрал деньги из кассы?
— Да этот салон изначально был провальным! — взвизгнул Ваня, вскакивая с кресла и размахивая руками. — Ты мне специально подсунул самую плохую и убыточную точку!
Ты все подстроил, чтобы меня опозорить! Поставщики твои — за…равшиеся бюро..краты, а покупатели — сумасшедшие скан..далисты!
— Заявление об увольнении лежит на столе, — отрезал Олег, указывая пальцем на приготовленный бланк. — Расписка о возврате присвоенных из кассы денег — там же.
Если через три минуты эти документы не будут подписаны, я прямо отсюда вызываю сотрудников правоохранительных органов.
У меня на руках акты ревизии, записи с камер наблюдения и заявления от сотрудников.
— Олег, сынок, ну как же так… — тихо заплакала Анна Сергеевна, оседая на диван. — Как же они теперь…
— Все, мам. Эксперимент закончен. Наглость, зависть, паразитизм и абсолютная некомпетентность твоего зятя доказаны документально и наглядно.
Ваня дрожащей от страха рукой подписал заявление об увольнении по собственному желанию и обязательство вернуть украденные деньги.
Марина, наконец осознав, какого неблагодарного паразита содержала и защищала все эти годы, в тот же месяц подала на развод.
Естественно, ничего Иван не вернул. Потому что не с чего ему было возвращать — никак вакансии директора не попадалось. А за копейки горбатиться он не собирался.
