– Собирай постельное белье в маленькой комнате и освободи там пару полок в шкафу, завтра Дениска приезжает к нам жить, – небрежно бросил муж, не отрывая взгляда от вечерних новостей по телевизору.
Нина замерла посреди гостиной со стопкой выглаженных полотенец в руках, пытаясь осознать услышанное.
– Какой еще Дениска, Валера? Твой племянник из области, который в прошлом году бросил институт? С какой стати он переезжает к нам, да еще и завтра? – возмущенно спросила она, чувствуя, как от усталости после долгой рабочей смены начинает предательски ныть поясница.
Муж наконец повернул голову, недовольно сморщив лоб, словно жена отказывалась понимать самые элементарные вещи на свете.
– Сестра звонила, парню в городе нужно работу искать, перспективы нужны. Поживет у нас пару месяцев, пока на ноги не встанет, мы же родня, обязаны помогать своим.
Нина прекрасно понимала, что спорить сейчас бесполезно. Квартира была общей, купленной в браке, и формально муж имел право пригласить родственника. Но весь быт, готовка и уборка всегда лежали исключительно на ее плечах. Нина работала заведующей в крупной аптеке, целыми днями проводила на ногах, решая бесконечные проблемы с поставщиками и недовольными покупателями. Домой она возвращалась только к вечеру, мечтая о тишине и горячем ужине.
На следующий день ближе к вечеру порог их квартиры перешагнул рослый, плечистый парень с двумя объемными спортивными сумками. Денис, которому недавно исполнилось двадцать три года, выглядел вполне взрослым мужчиной, но вел себя как капризный подросток.
– Здравствуйте тетя Нина, а пароль от интернета у вас на роутере написан или вы его меняли? – с порога поинтересовался племянник, даже не подумав снять грязную уличную обувь перед тем, как пройти в коридор.
Нина молча указала ему на домашние тапочки и ушла на кухню разогревать ужин. Накануне она приготовила большую кастрюлю наваристого борща на мясном бульоне и нажарила целую сковородку домашних котлет. Женщина рассчитывала, что этой еды хватит на ближайшие три дня, чтобы не стоять у пышущей жаром плиты после тяжелых трудовых будней.
Однако ее планам не суждено было сбыться. Денис уселся за стол и, уткнувшись в экран своего телефона, принялся методично уничтожать запасы. Он съел три глубокие тарелки борща, заедая каждую половиной буханки свежего хлеба, а затем перешел к котлетам, выложив себе на тарелку сразу пять штук вместе с внушительной горой макарон. Валера сидел напротив, с умилением наблюдая за аппетитом родственника, и только подливал ему сладкий чай.
Утром Нина обнаружила в холодильнике лишь сиротливо стоящую пустую сковородку с застывшим жиром на дне и остатки борща, которых едва хватило бы на одну крошечную порцию. Денис спал в соседней комнате, плотно закрыв дверь, а из-под щели доносился ровный богатырский храп.
– Валера, ты видел, что твой племянник за один вечер съел трехдневный запас еды? – Нина старалась говорить тихо, чтобы не сорваться на крик перед уходом на работу. – Я не собираюсь каждый вечер стоять у плиты до полуночи, чтобы прокормить взрослого мужика.
Муж отмахнулся от нее, завязывая шнурки в прихожей, всем своим видом показывая, что жена раздувает огромную проблему на совершенно пустом месте.
– Нина, ну что ты жадничаешь, у парня молодой растущий организм, ему питаться нормально надо. Я ему сегодня скажу, чтобы он сам себе макароны варил, если проголодается, не переживай ты так из-за этих несчастных котлет.
Но разговоры не помогали. Денис совершенно не собирался варить себе дешевые макароны. Он просыпался ближе к обеду, выходил на кухню и методично опустошал полки. Исчезали качественные сыры, которые Нина покупала специально для себя, таяла на глазах сырокопченая колбаса, испарялись фруктовые йогурты и творожки. Молодой человек не ел недорогие сосиски или простую гречку, он безошибочно выбирал самые лучшие и вкусные продукты, купленные на зарплату Нины.
Бюджет в их семье был разделен довольно хитро. Валера оплачивал коммунальные услуги и обслуживание своей машины, а все расходы на питание, бытовую химию и мелкие нужды лежали на Нине. Раньше ее это устраивало, они с мужем ели немного, и денег вполне хватало. Но теперь ее расходы на супермаркет выросли ровно в три раза. Она таскала тяжелые пакеты каждый божий день, а мужчины даже не выходили встретить ее в коридор, продолжая смотреть развлекательные передачи и играть на компьютере.
Однажды вечером Нина застала Дениса на кухне, когда он сооружал себе гигантский бутерброд из половины батона, густо намазанного сливочным маслом и покрытого толстым слоем слабосоленой форели, которую она купила к предстоящим выходным.
– Денис, ты уже третью неделю у нас живешь, а работу так и не нашел. Может, твоя мама переведет деньги на твое питание, потому что мой кошелек не резиновый? – строго спросила Нина, скрестив руки на груди и глядя на невозмутимого родственника.
Племянник откусил огромный кусок, медленно прожевал, запил чаем и только потом соизволил ответить, глядя на нее кристально честными глазами.
– Тетя Нина, мама сказала, что дядя Валера обещал меня полностью содержать, пока я не устроюсь на хорошее место. А хорошие места сейчас на дороге не валяются, я резюме рассылаю, жду откликов от серьезных компаний, мне копейки не нужны.
Нина поняла, что муж просто решил поиграть в щедрого благодетеля за ее счет. Чаша терпения переполнилась в ближайшую пятницу. Нина отработала тяжелейшую смену, в аптеке проходила масштабная ревизия, у нее страшно гудели ноги и раскалывалась голова. Накануне она специально запекла для себя хороший кусок говядины с черносливом в фольге, чтобы вечером просто разогреть его и лечь спать, не подходя к ненавистной плите.
Она открыла дверь своим ключом, предвкушая сытный мясной ужин и долгожданную тишину. Но в нос сразу ударил кислый запах немытой посуды. На кухонном столе громоздились грязные тарелки с присохшими остатками кетчупа, пустые кружки с чайными пакетиками и рассыпанные крошки на линолеуме. Нина рывком открыла дверцу холодильника. На полке было абсолютно пусто. Смятая фольга из-под говядины сиротливо валялась в мусорном ведре.
В гостиной громко работал телевизор. Валера полулежал на диване, а Денис сидел в кресле, увлеченно стучая пальцами по экрану своего телефона.
– Валера, где мясо, которое я вчера запекала специально для себя на сегодняшний вечер? – голос Нины звенел от сдерживаемого напряжения, она стояла в дверях гостиной в нерасстегнутом пальто и с тяжелой сумкой на плече.
Муж даже не оторвал взгляд от мерцающего экрана, лениво почесывая живот через натянутую футболку.
– Ой, Нин, Дениска так проголодался после обеда, я ему сказал, чтобы он доел то мясо в фольге. Ты же себе еще приготовишь, руки-то золотые, сваргань нам всем по-быстрому картошечки жареной, мы тоже перекусить не прочь под хороший фильм.
Нина не стала кричать. Она не устроила истерику, не начала бить грязные тарелки и не заплакала от накопившейся обиды. Она молча развернулась, прошла в спальню, переоделась в домашнюю одежду и плотно закрыла за собой дверь. В тот вечер она поужинала жестким зеленым яблоком и стаканом кефира, которые чудом уцелели на самой дальней полке холодильника. Всю ночь она думала, ворочаясь с боку на бок. Утром у нее созрел четкий, логичный и холодный план.
На следующий день, в свой законный выходной, Нина отправилась не в продуктовый супермаркет за очередными баулами еды, как обычно, а в большой магазин бытовой техники. Она долго ходила между рядами, прицениваясь и внимательно изучая ассортимент. В итоге ее выбор пал на отличную модель среднего размера, предназначенную специально для гостиниц и коммунальных квартир. В дверцу этого компактного холодильника был встроен надежный заводской замок под металлический ключ. Оплатив покупку и доставку из своих личных сбережений, она со спокойной душой вернулась домой.
Грузчики привезли покупку через три часа. Валера удивленно выглянул из гостиной, когда двое крепких мужчин в синих спецовках занесли технику прямо в квартиру.
– Нина, а зачем нам второй холодильник, у нас же на кухне старый еще вполне нормально работает? – непонимающе спросил муж, глядя, как рабочие заносят белый аппарат прямо в их супружескую спальню.
Нина расплатилась с грузчиками, закрыла входную дверь на замок и только после этого повернулась к мужу, глядя ему прямо в глаза с абсолютным спокойствием.
– Старый холодильник на кухне теперь полностью в твоем распоряжении, Валера. Ты обещал сестре содержать племянника на всем готовом, вот и содержи его на свою зарплату. А я теперь питаюсь отдельно и свои продукты буду хранить здесь, под надежным замком.
Она достала из сумочки маленький серебристый ключик на длинном шнурке и демонстративно повесила его себе на шею. Валера окончательно потерял дар речи. Он то открывал, то закрывал рот, пытаясь подобрать слова для возмущения, но жена уже отвернулась и начала раскладывать свежие продукты, которые купила по дороге домой, в свой новый личный сейф.
Вечером того же дня предсказуемо разразилась буря. Денис, привыкший к обильным мясным ужинам, вышел на кухню и по-хозяйски распахнул дверцу старого холодильника. На полках одиноко лежали половина кочана сморщенной капусты, открытая стеклянная банка дешевой горчицы и пакетик сухих дрожжей.
Молодой человек недовольно хлопнул дверцей и уверенным шагом направился в спальню, где Нина спокойно читала книгу при мягком свете настенного бра.
– Тетя Нина, а вы сегодня вообще ничего не готовили? В холодильнике шаром покати, мне ужинать совершенно нечем, – возмутился племянник, вальяжно опираясь плечом о косяк двери.
Нина отложила книгу на тумбочку, поправила очки и посмотрела на парня без малейшей тени сожаления.
– Денис, я работаю каждый день, чтобы кормить исключительно себя. У меня нет обязанности содержать здорового молодого парня, который целыми днями играет в телефон и ждет высоких должностей. Твой дядя взял на себя ответственность за твое проживание, все вопросы по поводу ужина теперь задавай только ему.
На шум в коридор прибежал Валера. Поняв, в чем дело, он начал размахивать руками и громко обвинять жену в немыслимой жадности, черствости и неуважении к кровным родственникам. Он кричал, что она позорит его перед всей семьей, что так нормальные замужние женщины не поступают. Нина молча выслушала эту гневную тираду, а затем достала из ящика стопку длинных чеков из супермаркетов за последние три недели.
– Вот, Валера, внимательно посмотри на эти итоговые суммы. За двадцать дней твой драгоценный племянник проел добрую половину моей месячной зарплаты. Если ты считаешь это нормальным, бери свой кошелек, иди в магазин, покупай продукты и становись к плите. Я больше на эту прожорливую ораву не работаю.
Мужу пришлось со злобным пыхтением собираться и идти в ближайший круглосуточный магазин. Вернулся он мрачный, принеся две пачки самых дешевых пельменей соевого происхождения и нарезной батон хлеба. Денис, привыкший к домашним румяным котлетам и запеченному мясу, уныло ковырялся вилкой в слипшемся комке теста, демонстративно и тяжело вздыхая.
На следующий день Валере пришлось скрипя сердцем выделить из своей заначки приличные деньги на продукты. Он купил самые дешевые сосиски, макароны по акции и десяток яиц. Выяснилось, что готовить ни муж, ни племянник не умеют совершенно. Кухня быстро покрылась слоем липкого жира, в раковине выросла гора немытой посуды, к которой Нина принципиально не притрагивалась. Она мыла только свою тарелку и чашку сразу после еды, а качественные продукты брала исключительно из запертого холодильника в спальне.
Через три дня такого скудного питания Денис не выдержал и пожаловался матери на плохие условия. Сестра мужа, Оксана, позвонила Нине посреди рабочего дня, возмущенная до крайнего предела.
– Нина, ты совсем совесть потеряла на старости лет? Ребенка голодом моришь, вкусную еду от родного племянника под замком прячешь! Как тебе кусок в горло лезет, когда мальчик пустые макароны давится ест? – провизжала золовка в трубку, забыв даже банально поздороваться.
Нина отошла к окну в подсобке аптеки, спокойно наблюдая за плотным потоком машин на улице, и ответила ровным, уверенным тоном.
– Твой мальчик, Оксана, выше меня на голову и весит под девяносто килограмм. Он приехал искать работу, а вместо этого целыми днями спит до обеда и проедает мои заработанные деньги. Хочешь, чтобы он питался красной рыбой и деликатесами – переводи брату на карту по двадцать тысяч в неделю. А я свои бесплатные благотворительные акции навсегда закончила.
Она сбросила вызов и без малейших колебаний заблокировала номер наглой золовки.
Денис продержался на вареных сосисках и слипшихся пельменях еще ровно четыре дня. Поняв, что бесплатного ресторана с круглосуточным обслуживанием больше не предвидится, а дядя Валера становится все более раздражительным из-за тающих личных накоплений, племянник быстро собрал свои спортивные сумки. Он даже не попрощался с Ниной, просто вызвал такси и уехал обратно к матери в область.
Вечером того же дня Валера долго ходил по квартире, шумно вздыхая и пытаясь изображать смертельную обиду на жену за изгнание родственника. Он громко хлопал дверцами шкафов на кухне и гордо отказывался разговаривать.
Нина вышла из спальни, подошла к заляпанному кухонному столу, на котором до сих пор стояла сковородка с засохшими остатками дешевых рожков, и посмотрела на насупившегося мужа.
– Заканчивай этот показательный спектакль, бери жесткую губку и отмывай плиту с раковиной. И пока на нашей кухне не будет идеальной чистоты, ужинать будешь своими пустыми пельменями.
