— Мама, к тебе сейчас придет ненормальная девица с ребенком, не вздумай открывать ей двери! — панический крик сына разбудил Марину Викторовну в два часа ночи.
— Артём, я не понимаю. Какая еще девица?
— Мош.енница! Хочет из меня деньги вытрясти. Пообещай, что не пустишь её. Будет ломиться — вызывай пол.ицию! — выкрикнул он и повесил трубку.
Марина Викторовна вышла в прихожую. Снаружи раздался тихий стук. Она посмотрела в глазок: на площадке стояла молодая девушка, а рядом на чемодане сидел сонный ребенок. Марина спросила через дверь:
— Кто там?
— Здравствуйте. Вы Марина Викторовна? Пожалуйста, не гоните нас, — со слезами произнесла девушка. — Артём заблокировал мой номер. Нашу квартиру опечатали за долги, мне угрожают коллекторы.
— При чем тут мой сын? Он сказал, вы мош.енница.
— Я Алина, его гражданская жена. Мы четыре года жили вместе. Это Кирилл, его сын. Артём втайне набрал микр.озаймов на мое имя через мой телефон, пока я спала. Нас выставили на улицу. Я из детдома, идти мне больше не к кому. Посмотрите сами, мальчик — копия Артём в детстве.
Марина открыла дверь. Маленький мальчик поднял голову и забавно сморщил нос — точно так же, как делал Артём. У Марины оборвалось сердце…
— Заходите в дом. Простудите ребенка.
…Марина Викторовна уложила гостей в гостиной. Когда они уснули, она вернулась в прихожую и случайно задела висевшую сумку Алины. Из нее вывалилась папка с документами. Марина присела, чтобы поднять её, и взгляд зацепился за верхний лист. Она подняла её, унесла на кухню и включила свет.
Первым документом было свидетельство о рождении Кирилла. В графе отец четко стояло: Воронов Артём Игоревич. На диване спал её родной внук.
Следом шли распечатки из микр.офинансовых организаций — несколько договоров на имя Алины. Сумма долга была огромной.
Вместе с бумагами лежал распечатанный снимок из соцсетей. На фото её сын обнимал какую-то девушку, а внизу подпись: «До нашей свадьбы осталась неделя. Люблю тебя, мой Артем.»
— Это Анжелика, дочь его генерального директора, — тихий голос Алины заставил Марину вздрогнуть.
Девушка стояла в дверях кухни.
— Я наткнулась на её страницу неделю назад. До этого Артём месяц врал про командировки. Когда я спросила обо всем в лоб, он устроил скандал. Кричал, что я испорчу ему карьеру, собрал вещи и заблокировал меня. А через два дня пришли кол.лекторы. Оказалось, он тайно брал эти за.ймы, чтобы пустить пыль в глаза новой невесте и её богатой семье.
Марина Викторовна смотрела на бледную девчонку и не могла поверить, что ее сын оказался расчетливым трусом.
— Алина, но почему ты четыре года молчала? Я ведь ничего не знала о внуке. Почему не позвонила, как минимум?!
Девушка опустила глаза:
— Артём запрещал. Говорил, что у вас больное сердце. Пугал, что вы возненавидите меня за то, что я из детдома, и отберете Кирилла через суд. Я просто боялась. Честно…
Марина горько усмехнулась. Сын четыре года пел ей другие песни: якобы живет в столице с коллегой, крутится на работе ради карьеры…
…Утром Марина набрала номер Артёма.
— Да, мама. Ты выставила её? — буркнул он вместо приветствия.
— Я всё знаю, Артём, — ледяным тоном оборвала его Марина. — И про твоего сына Кирилла, и про кре.диты, которые ты навесил на Алину. Ты вор и трус. Даю тебе три дня, чтобы ты закрыл все её долги. Иначе я сама поеду к твоему руководству и напишу заявление в пол.ицию.
Артём в трубке испуганно замолчал, а потом злобно выкрикнул:
— Ты тоже хочешь мне всю жизнь сломать? Сговорились вы что ли?! — и отключился.
Сын понял, что мать не шутит, и от страха обо всем рассказал богатой невесте…
Ближе к вечеру под окнами пятиэтажки затормозил огромный черный внедорожник. На пороге квартиры появилась Анжелика.
— Здравствуйте, — высокомерно произнесла гостья, заходя в прихожую. — Мне Артём всё рассказал. Я приехала решить вопрос раз и навсегда.
Анжелика бросила на тумбочку пухлый конверт и повернулась к Алине, которая испуганно вышла в коридор:
— Значит так, девочка. Здесь крупная сумма денег. Ты берешь этот конверт, подписываешь отказ от любых претензий к Артёму и навсегда уезжаешь в другой город. Закроешь свои долги. Живи и к Артёму больше не лезь. Ясно?
Затем Анжелика перевела жесткий взгляд на Марину Викторовну:
— А вам, мамаша, советую образумить девицу. Если вы решите пойти в полицию — мой отец вас в порошок сотрет, всех. Выбирайте, что вам важнее: будущее родного сына или чужая девка со своим довеском.
Марина Викторовна посмотрела на конверт, затем на Алину. Девушка отрицательно покачала головой.
— Я не возьму эти деньги, — тихо, но твердо произнесла Алина. — Если я подпишу бумагу и уеду, я сама стану выглядеть как скрывающаяся преступница. Мне некуда бежать с ребенком на руках, у меня никого нет.
Марина полностью поддержала её. Дело было не в гордости. Мать понимала: взять эти деньги — значит покрыть преступление. Если сейчас выкупить Артёма из ямы за счет его богатой невесты, он окончательно потеряет человеческий облик и поверит в свою безнаказанность. Марина Викторовна взяла конверт и вложила его обратно в руки Анжелики.
— Заберите свои миллионы и уходите, — спокойно сказала она. — Я растила мужчину, а не подлеца, который покупает свободу за чужой счет. Покиньте квартиру.
Анжелика злобно зыркнула на женщин и вылетела в подъезд, громко хлопнув дверью.
…Около полуночи в прихожей раздался грохот. Замок щелкнул, и в квартиру, открыв ее своим ключом, ворвался взвинченный Артём.
— Где бумаги? — с порога заорал он, отталкивая мать. — Где документы?
На шум выскочила испуганная Алина. Артём бросился к ней, схватил за плечи и тряхнул:
— Зачем сюда приперлась? Наперекор Анжелике пошла? Быстро отдай папку с этими проклятыми бумажками!
Марина Викторовна рванулась к сыну и изо всех сил оттащила его от девушки.
— Руки убрал! — крикнула мать. — Ты что творишь? В моем собственном доме на женщину нападаешь?
— Мама, а ты не лезь! — Артём повернулся к ней, его лицо перекосило от злости. — Из-за этой нищенки у меня всё летит к чертям! Да, я взял эти займы с её телефона. И что? Ей терять нечего, у неё никого нет. А мне нужно было соответствовать Анжелике. Её отец обещал мне долю в бизнесе. А теперь из-за твоего благородства меня выкинут на улицу!
Марина Викторовна смотрела на него и не узнавала собственного ребенка. Она медленно достала телефон и набрала три цифры.
— Алло, полиция? Примите вызов. Нападение в квартире, — четко произнесла она.
Артём осекся. Он посмотрел на мать круглыми от страха глазами, сплюнул на пол и бросился к выходу.
— Ну и оставайся со своей детдомовкой! Нет у тебя больше сына! — выкрикнул он, выбегая в подъезд.
…Марина Викторовна не стала отступать. На следующий день она вместе с Алиной поехала в полицию и помогла той составить заявление о мошенничестве. Скрывать преступления сына ради его мнимого благополучия она не собиралась.
Документы о долгах Марина лично переслала отцу Анжелики. Свадьба отменилась в тот же день. Влиятельный несостоявшийся тесть приложил все усилия, чтобы Артёма с позором уволили из компании. Началось следствие. Суды длились почти полгода, Артём получил условный срок и огромный штраф. Он уехал из столицы в неизвестном направлении и полностью оборвал контакты с матерью.
Все эти тяжелые месяцы Алина и Марина провели вместе. Марина поддерживала её как могла, сидела с Кириллом, пока Алина искала подработки. За время этих совместных испытаний они стали по-настоящему близкими людьми. Марина поняла, что Алина — честная, трудолюбивая и добрая девушка, которая искренне любила её непутевого сына.
Когда суды закончились, Алина хотела съехать на съемную комнату. Но Марина Викторовна наотрез отказалась её отпускать.
— Куда ты пойдешь с ребенком? — сказала она. — Квартира у меня большая, места всем хватит. Да и к внуку я уже прикипела. Оставайтесь. Будем жить вместе, одной семьей.
…Прошел год. Жизнь вошла в мирное русло. Алина устроилась на хорошую работу, Кирилл подрос и осенью собирается в школу. Он обожает свою бабушку и не отходит от нее ни на шаг. Марина Викторовна, глядя на счастливого внука, больше не плачет по ночам. Она поняла главную вещь: в тот роковой день она не потеряла сына, а спасла свою душу и обрела настоящую, любящую семью…
