– А где мой внук? – первое, что услышала Лена, открыв дверь квартиры. Алла Петровна стояла на пороге с огромной сумкой и недовольным выражением лица.
– Здравствуйте, Алла Петровна, – вежливо поздоровалась Лена. – Максим спит, только час назад уложила.
– Спит? В два часа дня? – возмутилась свекровь, проходя в квартиру. – У меня Дима в его возрасте уже полдня на ногах был.
Лена проглотила очередной упрёк и помогла свекрови раздеться. Каждый визит Аллы Петровны превращался в настоящее испытание. Женщина умудрялась найти недостатки буквально во всём – от воспитания внука до способа мытья посуды.
– Чай будете? – предложила Лена, направляясь на кухню.
– Конечно буду. И печенье поставь, то самое, овсяное, которое я в прошлый раз привезла.
Алла Петровна прошла в гостиную и замерла у окна. Вчера Лена наконец повесила новые шторы – красивые, бежевые с золотистым отливом, которые она выбирала целый месяц. Сэкономила на них деньги с зарплаты, хотела создать уют в доме.
– Ты что, решила стать хозяйкой? – усмехнулась свекровь, глядя на шторы. – Какая роскошь невиданная.
Лена почувствовала, как сжимается сердце. Опять. Опять она сделала что-то не так в глазах Аллы Петровны.
– Просто старые совсем износились, – тихо объяснила она. – Дима же говорил, что пора поменять.
– Дима говорил? – переспросила свекровь, поворачиваясь к невестке. – А сколько эти занавески стоили? Наверное, полмесячной зарплаты моего сына.
– Я покупала на свои деньги, – ответила Лена, стараясь сохранить спокойствие.
– На свои? – Алла Петровна села в кресло и внимательно посмотрела на невестку. – А разве в семье не должен быть общий бюджет? Или ты теперь самостоятельная такая, решаешь всё сама?
Лена поставила перед свекровью чашку чая и села напротив. Разговор принимал неприятный оборот, как всегда.
– Мы с Димой обо всём договариваемся, – сказала она.
– Договариваетесь? – Алла Петровна попробовала чай и поморщилась. – Слабый какой-то. Я же тебе говорила, как нужно заваривать. А эти шторы… Они же совершенно не подходят к обстановке.
Лена посмотрела на окна. Ей казалось, что шторы смотрятся прекрасно. Они делали комнату светлее и уютнее.
– Мне нравятся, – робко возразила она.
– Тебе нравятся, – повторила свекровь. – А мнение мужа тебя не интересует? И мнение бабушки его сына?
– Дима одобрил мой выбор.
– Дима у нас мягкий, – вздохнула Алла Петровна. – Не любит конфликтов. А ты этим пользуешься.
В детской послышался плач. Максим проснулся. Лена поднялась, чтобы пойти к сыну, но свекровь её опередила.
– Я сама. Хоть с внуком пообщаюсь нормально.
Алла Петровна исчезла в детской, а Лена осталась сидеть на кухне, глядя в окно на новые шторы. Неужели они действительно такие ужасные? Может, стоило посоветоваться со свекровью перед покупкой?
Из детской доносился голос Аллы Петровны, которая что-то ласково говорила внуку. С ним она была совсем другой – мягкой, терпеливой, любящей. А с невесткой превращалась в строгого судью, который находил изъяны в каждом поступке.
– Лена! – позвала свекровь. – Иди сюда! Посмотри на своего ребёнка!
Сердце ёкнуло. Лена бросилась в детскую. Алла Петровна стояла у кроватки с Максимом на руках.
– Что случилось? – встревоженно спросила Лена.
– А то случилось, что у ребёнка опрелости! – возмущённо заявила свекровь. – Ты что, не видишь? Не ухаживаешь за собственным сыном?
Лена подошла ближе и внимательно осмотрела малыша. Да, на попке у Максима было небольшое покраснение, но ничего серьёзного.
– Это от новых подгузников, – объяснила она. – Аллергия лёгкая. Я уже мазью обрабатываю.
– Мазью? – Алла Петровна покачала головой. – В моё время мы растили детей без всяких мазей. И ничего, выросли здоровыми.
– Но ведь сейчас есть хорошие средства…
– Сейчас есть много ненужного, – перебила свекровь. – А толку от них? Ребёнок мучается, а мать занавески покупает вместо того, чтобы за сыном следить.
Лена почувствовала, как к горлу подступают слёзы. Каждый визит Аллы Петровны заканчивался одинаково – она чувствовала себя плохой матерью и никудышной хозяйкой.
– Я слежу за Максимом, – тихо сказала она.
– Следишь? – свекровь передала ей ребёнка. – Тогда объясни, почему он такой худенький? В его возрасте Дима был намного крупнее.
– Педиатр говорит, что у него нормальный вес.
– Педиатр, педиатр, – проворчала Алла Петровна. – А материнское чутьё где? Я же вижу, что внук недоедает.
Лена взяла Максима и прижала к себе. Мальчик был абсолютно здоровым и развивался по возрасту. Но свекрови всегда казалось, что она что-то делает не так.
Они вернулись в гостиную. Алла Петровна снова устроилась в кресле и окинула критическим взглядом комнату.
– И когда ты успела эти шторы повесить? Наверное, пока сын спал? Вместо того чтобы заниматься домашними делами.
– Я вешала их вечером, когда Дима пришёл с работы, – ответила Лена, укачивая Максима.
– При муже? И он тебе помогал?
– Да, помогал.
– Ну конечно, – Алла Петровна усмехнулась. – Загружаешь мужчину домашней работой. У меня Дима никогда не занимался такими пустяками.
Лена хотела возразить, что Дима с удовольствием помогает по дому и сам предложил повесить шторы, но промолчала. С Аллой Петровной бесполезно было спорить.
– А сколько ты за них отдала? – продолжала свекровь.
– Пять тысяч, – честно ответила Лена.
– Пять тысяч?! – ахнула Алла Петровна. – За занавески? Да ты что, с ума сошла? На эти деньги можно было купить Максиму одежды на полгода!
– У него есть одежда. А шторы мы не меняли три года.
– И не надо было менять! Старые были вполне приличные. Не такие крикливые, как эти.
Крикливые? Лена посмотрела на спокойные бежевые шторы. Что в них крикливого?
В прихожей послышались шаги и звук ключей. Дима вернулся с работы. Лена облегчённо вздохнула – может, теперь свекровь переключится на сына.
– Мама! – радостно воскликнул Дима, входя в комнату. – Как дела? Давно приехала?
– Только что, – Алла Петровна поднялась и обняла сына. – Соскучилась по тебе.
– И я соскучился. Как дела дома?
– Да вот, приехала проведать внука, а он весь в опрелостях. И худой какой-то стал.
Дима удивлённо посмотрел на жену, потом на мать.
– Мам, что ты говоришь? Максим прекрасно выглядит. И никаких опрелостей у него нет.
– Есть, есть, – настаивала свекровь. – Я же своими глазами видела. Ты просто не замечаешь, работой загружен.
– Мам, у него всё в порядке. Лена прекрасно ухаживает за сыном.
Алла Петровна поджала губы.
– Если ты так считаешь… А вот на что она тратит деньги, лучше проконтролируй. Пять тысяч за шторы! Представляешь?
Дима обвёл взглядом комнату и только сейчас заметил изменения.
– О, повесила наконец! – обрадовался он. – Красиво получилось. А мне нравится.
– Тебе нравится, – повторила Алла Петровна тоном, которым говорят с непонятливыми детьми. – Димочка, пять тысяч рублей. За занавески.
– И что? – пожал плечами сын. – Нормальная цена. Мы же на них копили.
– Копили? – переспросила мать.
– Ну да. Лена каждый месяц откладывала понемногу. Хотела сделать сюрприз.
Алла Петровна посмотрела на невестку новым взглядом. Но не одобрительным, а ещё более подозрительным.
– Копила втихую от мужа? Интересно.
– Мам, при чём тут втихую? – удивился Дима. – Мы же обсуждали, что надо обновить интерьер. Лена сказала, что займётся этим сама.
– Ах, сама займётся, – кивнула свекровь. – Понятно. Решает за всю семью.
Дима начинал раздражаться.
– Мам, что за претензии? Лена сделала хорошее дело. Дом стал уютнее.
– Для кого уютнее? Для неё?
– Для всех нас, – твёрдо ответил сын.
Алла Петровна замолчала, но было видно, что она недовольна. Максим в это время заплакал – проголодался.
– Я его покормлю, – сказала Лена, направляясь в спальню.
– Нет, подожди, – остановила её свекровь. – Дай мне бутылочку, я сама покормлю внука.
– Он на грудном вскармливании, – объяснила Лена.
– Что? – изумилась Алла Петровна. – До сих пор? Ему же восемь месяцев!
– Врач рекомендует кормить грудью до года минимум.
– Врач рекомендует, – проворчала свекровь. – А ты не думаешь, что пора отучать? Ребёнок должен быть самостоятельным.
– Мам, перестань, – вмешался Дима. – Грудное вскармливание полезно для ребёнка.
– Полезно, полезно, – махнула рукой Алла Петровна. – В наше время дети росли здоровыми и без этих заморочек.
Лена ушла кормить сына, а Дима остался с матерью. Из гостиной доносился приглушённый разговор, но слов было не разобрать. Лена догадывалась, что свекровь жалуется сыну на неё.
Когда она вернулась, Дима сидел молча, а Алла Петровна собирала вещи.
– Уже уходите? – удивилась Лена.
– Да, пора домой, – сухо ответила свекровь. – Дела дожидаются.
Она поцеловала внука и направилась к выходу. Дима проводил мать до двери.
– Мам, не расстраивайся из-за пустяков, – сказал он. – Лена хорошая жена и мать.
– Если ты так считаешь, – холодно ответила Алла Петровна. – Но помни мои слова – когда женщина начинает своевольничать, добра это не приносит.
Дверь захлопнулась. Дима вернулся в комнату с усталым видом.
– Что она тебе говорила? – спросила Лена.
– Да ерунду всякую, – махнул рукой муж. – Не обращай внимания.
Но Лена видела, что Дима расстроен. Каждый визит его матери портил настроение всей семье.
– Может, поговоришь с ней? – осторожно предложила она.
– О чём говорить? Она меня вырастила одна, привыкла всё контролировать. Нужно просто терпеть.
– А мне терпеть тоже? Каждый раз выслушивать упрёки?
Дима подошёл к жене и обнял её.
– Извини. Знаю, что тебе тяжело. Но она не со зла. Просто боится, что я от неё отдаляюсь.
– И что, теперь всю жизнь так будет?
– Не знаю, – честно ответил муж. – Давай просто жить своей жизнью и не обращать внимания на её замечания.
Лена кивнула, хотя понимала, что не обращать внимания не получится. Каждое слово Аллы Петровны задевало её за живое.
Вечером они сидели дома втроём. Максим играл на полу, Дима смотрел телевизор, а Лена готовила ужин. Обычная семейная идиллия. Но мысли всё время возвращались к словам свекрови.
– Дим, а тебе правда нравятся шторы? – спросила она.
– Конечно нравятся. А что?
– Твоя мама сказала, что они не подходят к обстановке.
Дима посмотрел на окна и покачал головой.
– Мама у меня консерватор. Любые перемены воспринимает в штыки. А шторы замечательные.
– И цена нормальная?
– Лен, перестань. Цена адекватная, шторы красивые, дом стал уютнее. Мама просто привыкла экономить на всём.
Лена немного успокоилась. Но осадок остался. Почему каждый её поступок становится предметом критики? Почему нельзя просто порадоваться обновлению в доме?
На следующий день позвонила подруга Света.
– Как дела? Как свекровь? – спросила она.
– Как обычно, – вздохнула Лена. – Вчера приезжала, нашла тысячу недостатков.
– Что на этот раз?
– Шторы не понравились. Говорит, дорогие и не подходят к интерьеру.
– Да ладно! Я же видела фото, которое ты присылала. Очень красивые. А сколько стоили?
– Пять тысяч.
– Нормальная цена. У меня такие же обошлись в семь. Не слушай свекровь, живи своей головой.
– Легко сказать.
– А ты пробовала с ней открыто поговорить?
– О чём говорить? Она считает меня плохой женой и матерью.
– Может, она просто не умеет выражать свои чувства? Боится потерять сына?
– Возможно, – согласилась Лена. – Но от этого мне не легче.
Разговор с подругой немного поднял настроение. По крайней мере, не она одна сталкивается с такими проблемами.
Вечером Дима пришёл с работы задумчивый.
– Что случилось? – спросила Лена.
– Мама звонила на работу. Опять про шторы говорила.
– И что?
– Сказала, что ты транжиришь деньги. И что нужно контролировать семейный бюджет.
Лена почувствовала, как вспыхивают щёки.
– И что ты ей ответил?
– Что наш бюджет – наше дело. И что ты имеешь право покупать для дома всё необходимое.
– Спасибо, – тихо сказала Лена.
– За что спасибо? Ты моя жена, я должен тебя защищать.
Но Лена чувствовала, что Дима устал от постоянных конфликтов между женой и матерью. Рано или поздно ему придётся выбирать.
Через неделю Алла Петровна приехала снова. На этот раз она была настроена более миролюбиво.
– Привет, – поздоровалась она с невесткой. – Как дела? Как внук?
– Всё хорошо, – осторожно ответила Лена.
– Покажи его. Соскучилась.
Они прошли в детскую. Максим сидел в манеже и играл с игрушками.
– Какой красавец растёт, – умилилась бабушка. – Весь в папу.
Лена промолчала. Ей казалось, что сын больше похож на неё, но спорить не стала.
В гостиной Алла Петровна села в кресло и внимательно осмотрелась.
– А знаешь что, – сказала она, – шторы не такие уж плохие. Привыкла уже.
Лена удивилась. Неожиданный поворот.
– Правда?
– Правда. Может, я поспешила с выводами. Просто не люблю перемены.
– Понимаю, – кивнула Лена.
– И цена… Ну да, дороговато. Но если нравится, то ладно.
Это было похоже на извинение. Лена почувствовала робкую надежду – может, отношения с свекровью наладятся?
Вечером за ужином Алла Петровна была необычно разговорчива и дружелюбна. Расспрашивала про работу, интересовалась планами на отпуск.
– А давайте этим летом на дачу приедете, – предложила она. – Максиму полезно будет на свежем воздухе побыть.
– С удовольствием, – ответил Дима.
Лена тоже кивнула, хотя воспоминания о прошлогодней поездке на дачу были не самыми приятными.
Когда свекровь уехала, Дима облегчённо вздохнул.
– Вот видишь, можно же нормально общаться, – сказал он жене.
– Да, сегодня она была другой, – согласилась Лена.
Но внутри оставались сомнения. Неужели Алла Петровна действительно изменилась? Или это временное затишье перед новой бурей?
Время показало, что опасения Лены были обоснованными. Через месяц свекровь снова приехала в критическом настроении. На этот раз её не устроила детская одежда, способ приготовления борща и время укладывания Максима спать.
А шторы она даже не заметила. Словно никогда не критиковала их. Словно это было неважно.
И Лена поняла, что дело было не в шторах. Дело было в том, что Алла Петровна не могла принять тот факт, что в доме её сына теперь хозяйничает другая женщина. И шторы стали лишь поводом показать, кто здесь главный.
Но Лена больше не собиралась молчать и терпеть. Она тоже имела право быть хозяйкой в собственном доме. И право вешать шторы, которые ей нравятся.
