— Так. Успокойся и нормально объясни, что произошло? Тебя кто-то обижает? Мальчики? — Татьяна запнулась. — Или папа?
— Никакой он мне не папа! И ты — не мама! — выкрикнула Иришка и бросилась в свою комнату.
«Отстань! Надоела! Без тебя разберусь!» в последние месяцы то и дело слышала Татьяна от своей старшей подопечной — 15-летней Ирины.
Вообще, опекуны Татьяна и её муж Сергей всех своих подопечных считали сыновьями и дочками.
Дети их тоже называли мамой и папой, в том числе до последнего времени и Иришка…
С этим надо было что-то делать.
Татьяна выросла в благополучной семье, окончила педагогический институт, вышла замуж за Сергея — приличного, хоть и небогатого парня, забеременела и тут это ДТП!
Родители Татьяны погибли, сама она потеряла ребёнка и услышала от врачей вердикт: своих детей у неё не будет никогда.
Год с помощью мужа и психолога она приходила в себя. Невыносимо было осознавать, что любимых мамы и папы нет рядом, а мечта о большой, многодетной семье разбилась вдребезги.
Поначалу они с Сергеем пытались обращаться к другим врачам (вдруг диагноз неверен?), задумывались об ЭКО, суррогатном материнстве…
— Тань, ты уверена, что стоит тратить столько времени, сил, нервов на попытки завести одного ребёнка? — однажды спросил муж.
Татьяна испуганно на него взглянула. Он хочет её бросить? Ну конечно, кому нужна?..
— Я знаю, о чём ты сейчас подумала, — прервал её невесёлые, безмолвные размышления Сергей. — Но ты не права. Я тебя люблю и хочу быть с тобой всю жизнь.
Я говорю о том, что мы можем стать приёмными родителями. Уж.ас сколько детей в этом нуждается!
— Ты уверен?..
— Я, да, Тань. Лучше на это потратить усилия, я считаю.
Они долго обсуждали всё, взвешивали «за» и «против» и всё-таки решились.
Продали дом родителей Татьяны и квартиру Сергея, переехали в регион поближе к морю и там купили просторный коттедж.
Прошли все бюрократические процедуры, и спустя два года в их семье появились первые подопечные.
Супруги решили не брать на воспитание младенцев, поэтому остановились на братьях семи и девяти лет (Ване и Лёше).
А ещё через год взяли в семью пятилетнюю Алину и восьмилетнюю Ирину.
Все дети имели проблемы со здоровьем, были плохо адаптированы к обычной жизни и нуждались не только в помощи врачей, но и в постоянной заботе приёмных родителей.
Сколько Татьяне и Сергею пришлось вынести, не передать словами, однако со временем им удалось разрешить проблемы со здоровьем детей, заслужить их доверие и любовь.
И всё было хорошо, пока дети не подросли.
Нет, с мальчиками проблем не было. Они как-то легко вошли в подростковый возраст, при этом всё больше привязываясь к приёмным родителям (за Сергеем так и вовсе ходили хвостиками).
Охотно помогали по дому и в огороде, нормально учились и особо не капризничали.
А вот с девочками было сложнее. Иришка росла явным лидером, постоянно втягивала в какие-то хулиганства Алину, а та, будучи спокойной, застенчивой девочкой, буквально смотрела в рот старшей «сестре».
Супруги старались контролировать детей, в том числе и в вопросе использования интернета, но всё равно пропустили момент, когда Иришка нашла в соцсети своего старшего брата.
Их общую мать лишили родительских прав на него, когда Иришки ещё не было на свете, и в пять лет он оказался под опекой своей тёти со стороны отца (сам отец умер задолго до этого).
А вскрылось всё, когда девочки исчезли из дома. На тот момент старшей было 15 лет, а младшей — 12.
— Я даже боюсь представить, чем это для нас обернётся, если опека узнает, — нервничала Татьяна, в очередной раз набрав номер старшей беглянки и услышав «абонент недоступен».
— Всё равно придётся сообщить, — сокрушённо покачал головой Сергей. — Как бы не забрали у нас всех детей…
— Пап, я, наверное, знаю, где они, — вдруг заявил 14-летний Ваня, переглянувшись со старшим братом. — К Иришкиному брату они отправились по-любому. Больше некуда.
Вот тут и выяснилось, что девочка уже год общается со своим старшим братом, Захаром. Тому было 22 года, он недавно женился и работал сборщиком на складе.
— Он вроде бы пообещал Иришке, что заберёт её к себе, — неохотно признался Лёша. — Похоже, она решила… ускорить процесс.
— Знаете, где он живёт?
— Нет, но где работает, знаем.
Разыскивать Захара не пришлось — девочки явились домой. Алина выглядела заплаканной, а Иришка — злой.
— Всё из-за вас! — не дав родителям и слова сказать, набросилась на них с обвинениями старшая подопечная. — Если бы вы меня под опеку не взяли, я могла бы жить сейчас с братом!
— Если бы мы тебя не взяли, ты бы провела эти семь лет в детдоме, — максимально сдержанно ответила Татьяна.
Сергей увёл остальных детей из комнаты.
— Ну и что?! — вздёрнула подбородок девочка. — Уж лучше там, чем в вашем рабстве!
— Так. Успокойся и нормально объясни, что произошло? Тебя кто-то обижает? Мальчики? — Татьяна запнулась. — Или папа?
— Никакой он мне не папа! И ты — не мама! — выкрикнула Иришка и бросилась в свою комнату.
Кое-какую информацию Татьяне аккуратно удалось выведать у Алины.
— Мам, Ириша мне сказала, что будет жить с братом и меня заберут, — шёпотом сообщила девочка. — Я не хотела, но папа меня так отругал за невымытую посуду и шлёпнул…
А Ириша обещала, что у её брата нам будет лучше.
— И что произошло в итоге? — Татьяна старалась не злиться, но давалось ей это с трудом.
— Захар сказал, что мы несовершеннолетние и так не делается. Его могут за это наказать, и велел возвращаться.
Обещал, что позже во всём разберётся. Но, мам… — Алина замолчала ненадолго. — Мне кажется, что он вообще нам не обрадовался…
Больше расспрашивать ребёнка Татьяна не стала. Она видела, что подопечная напугана, и постаралась её успокоить, пообещав, что всё решит.
— Ты меня не удержишь! — с вызовом заявила Иришка, когда Татьяна в очередной раз попыталась с ней поговорить. — Я хочу жить с братом!
Он меня любит, не ругает и не б…ёт, как папочка, — последнее слово она произнесла даже с какой-то ненавистью.
— Ириш, зачем ты выдумываешь? Когда это папа тебя б…л?
— А то ты не знаешь?! — фыркнула девочка. — А ещё на гречку коленями ставил!
Татьяна поморщилась. Было такое дело с гречкой. Она сама была в шоке от поступка мужа, и они тогда даже поссорились из-за его методов воспитания.
Но Иришка стала совсем неуправляемой — дерзит, не слушается!
А то, что Сергей б…л детей… Да разве можно считать лёгкие подзатыльники и шлепки за из…биение?
— Я узнала — я могу написать заявление, что не хочу с вами жить, — продолжила Иришка. — И ты напиши тоже — так быстрее я от вас съеду и буду жить с братом.
А если нет?.. — девочка закусила губу и зло прищурилась. — Я скажу, что дядя Серёжа ко мне приставал…
Татьяна вспыхнула и едва сдержалась, чтобы не у…дарить подопечную.
— Хорошо, — ледяным тоном произнесла она. — Я всё сделаю, как ты хочешь.
— То-то же, — довольно улыбнулась Иришка.
Сергей, узнав об этом разговоре, оторопел.
— Ты же понимаешь, что я этого не делал? Вот это — последнее, в чём она хочет меня обвинить.
Господи, даже вслух этого произносить не хочу!
— Знаю. Но, Серёж, правда переставай уже им подзатыльники раздавать… Дело может плохо закончиться.
После того, как Татьяна и Ирина написали заявления, с ними разговаривали и сотрудницы опеки, и психологи, и даже участковый. Обе стояли на своём.
Девочку забрали в центр психолого-педагогической помощи. Собиралась она туда с довольным лицом, а Татьяна с мужем молча за всем наблюдали.
— Постарайтесь её навещать, ещё поговорить, — обратилась к ним сотрудница опеки. — Девочка же хорошая…
— Пусть подумает над своим поведением и извинится, а там поговорим, — сухо произнесла Татьяна и отвернулась.
Она не собиралась идти на поводу у неблагодарной девицы. Хочет жить с братом — пусть живёт! А она, Татьяна, вмешиваться в это не будет.
Спустя неделю Иришка ей позвонила, но не с извинениями, а с просьбой передать кое-какие вещи.
Татьяна вещи привезла, однако не стала просить о встрече — передала пакеты через охрану.
Ещё через неделю Татьяну попросила о встрече психолог Центра.
— У нас сложилась очень непростая ситуация, — вздохнула она. — Брат Ирины не изъявляет желания её забрать.
Более того, Захар даже сам не звонит сестре и далеко не всегда отвечает на её звонки. Девочка очень переживает, плачет…
— Она хочет попросить у нас с Сергеем прощения? — поинтересовалась Татьяна.
— Нет, об этом она не говорит, но вы же взрослые люди… Должны сделать первый шаг…
Вот через 10 дней Ирине исполнится 16 лет. Чем не повод встретиться, всё обсудить?
— Не будет с нашей стороны никакого первого шага, — отрезала Татьяна. — Ещё не хватало унижаться перед девчонкой, которую мы почти восемь лет поили, кормили, лечили, воспитывали…
И вот такое получили взамен.
Супругов освободили от опеки над Иришкой. Татьяна знала, что спустя месяц девочка всё ещё находилась в Центре — брат явно не торопился её забирать.
Сама Татьяна собирается взять другого ребёнка в семью. Правда, пока она даже не представляет себе, с какими сложностями столкнётся.
