— Да сколько можно?! — повернув голову, крикнула Вера Васильевна. — Тебе самому еще не надоело? Иди лежи себе, где лежал.
Но рыжий пес, естественно, никуда не ушел. Он бежал за велосипедом и лаял. Всё, как обычно.
Хотя нет… Кое-что в тот день было не так, как всегда. Когда Вера Васильевна свернула на грунтовую дорогу, которая через поле вела, рыжий пес остановился и хотел было вернуться на свое место под кустиком, но почему-то замер.
Он долго-долго смотрел ей вслед. Не лаял и не вилял хвостом, как обычно.
Просто смотрел на женщину, и всё. А потом побежал следом за ней в сторону поля.
*****
В одной небольшой деревне жила-была собака. Средних размеров. почти полностью рыжая и вечно голодная. Кто бы что ей ни давал (кто косточку бросит, кто сухарик хлеба), она никогда отказывалась и съедала угощение за считаные секунды. А потом еще долго виляла хвостом в надежде, что еще дадут.
Откуда рыжая собака появилась на улицах этой деревни, никто толком не знал.
Точнее — кто-то из деревенских, наверняка, знал, но… по понятным причинам не признавался. Да и другие не особо интересовались этим — своих хлопот хватает.
И нужно сразу сказать, что в той деревне эта рыжая (а точнее — рыжий) была единственной бездомной собакой.
Однако домой её никто не забирал. Почему? Ну по разным причинам. У кого-то уже были собаки, причем породистые, и еще один рот им был не нужен.
А кому-то просто не было никакой надобности брать ответственность за животное.
Тем более что собака эта, несмотря на свой миролюбивый внешний вид, была с очень скверным характером. Во всяком случае так считала Вера Васильевна — одна из жительниц этой деревни.
Вера Васильевна уже много лет жила одна. С мужем она давно развелась, когда тот пить начал и по «девкам ходить», а дочь после окончания института уехала жить в соседнюю страну. Звонит редко, потому что дорого. В гости приезжает еще реже. Поэтому…
…поэтому и жила Вера Васильевна одна. Кто-то подумает: «Что же она себе собаку не заберет?»
Веселее же было бы.
Может, и веселее. Но собак Вера Васильевна не любила. И в особенности — этого рыжего пса, который бегал по улицам деревни.
— Вот руки бы оторвала тому, кто его выбросил… — бубнила себе под нос Вера Васильевна, крутя педали. — Зачем вообще собаку заводить, если не можешь о ней позаботиться? А теперь вот еще и другие люди незаслуженно страдают.
Она оглянулась назад и облегченно выдохнула: рыжая собака осталась далеко позади.
Даже будучи на пенсии, Вера Васильевна очень любила ездить на велосипеде, который судя по скрипам, издаваемых во время езды, и ржавчине на ободах и спицах, тоже уже был «пенсионером».
Она села на него еще в молодости, и с тех пор, считай, не слезала.
Вера Васильевна ездила на своем двухколесном «железном коне» на поля, где вместе с другими вольнонаемными собирала морковь, лук, виноград и другую сельхозпродукцию.
Ездила она и в магазин за продуктами (не тащить же тяжелые пакеты в руках).
И даже в соседнюю деревню ездила, где жила одна её хорошая знакомая и которая по причине своего неважного здоровья не могла приехать в гости сама.
Можно было, конечно, на автобусе к знакомой поехать. Но на велосипеде Вере Васильевне нравилось больше. Да и через поле получалось немного быстрее.
В общем, можно сказать, что Вера Васильевна и её старенький велосипед были неразлучными друзьями.
И всё бы хорошо, но вот эта рыжая собака…
Каждый раз, когда Вера Васильевна проезжала мимо неё, она с громким лаем начинала её преследовать. Бежит рядом с задним колесом и гавкает на всю деревню.
Так многие собаки делают. Вот и этот рыжий пес тоже не стал исключением.
Правда, в отличие от большинства своих сородичей, он не пытался укусить Веру Васильевну за ногу.
Просто бежал рядом и лаял.
Иногда останавливался через сто метров, а иногда мог и до конца улицы сопроводить.
Ну а Вера Васильевна в такие моменты крутила педали быстрее и так же громко возмущалась:
— Да что тебе от меня надо? Чего ты ко мне прицепился-то? Пошел вон! Вон, кому сказала!
Односельчане, наблюдая за этой ситуацией со стороны, только улыбались.
По деревне не только ведь Вера Васильевна на велосипеде ездила. Иногда и на мотоциклах даже гоняли. Но бегал рыжий пес почему-то только за ней.
Хотя она его ни разу не кормила и чаще всего вообще старалась не смотреть в его сторону.
— Нравишься ты ему, наверное, — говорила Вере Васильевна соседка.
Вера в тот момент как раз возвращалась на велосипеде из деревенского магазина, и рыжий пес снова играл с ней в «догонялки».
— Ага, как же! — нахмурив брови, ответила Вера Васильевна. — Просто у пса этого характер скверный, вот он и бросается на меня. Сил уже никаких нет. Забрал бы его уже кто-нибудь.
— Так забери, — засмеялась соседка.
— Ага, щас! Сто лет в обед он мне сдался. Мне и одной хорошо живется. Да и с таким характером… На что он мне?
Прошло еще некоторое время, Вера Васильевна по-прежнему разъезжала на своем стареньком велосипеде.
Рыжий пес по-прежнему бежал за ней, громко лая и виляя хвостом. А однажды…
…однажды Вера Васильевна решила съездить к своей знакомой. Той самой, которая в соседней деревне жила.
Села она, значит, на велосипед, и поехала. Доехала до середины улицы, и уже было обрадовалась, что собаки нет, но буквально через несколько секунд тот выскочил откуда-то и бросился к ней.
— Да сколько можно?! — крикнула ему Вера Васильевна. — Тебе самому еще не надоело? Иди лежи себе, где лежал.
Но рыжий пес, естественно, никуда не ушел. Он бежал за велосипедом и лаял. Всё, как обычно.
Хотя нет… Кое-что в тот день было не так, как всегда. Когда Вера Васильевна свернула на грунтовую дорогу, которая через поле вела, рыжий пес остановился и хотел было вернуться на свое место под кустиком, но почему-то замер.
Он долго-долго смотрел ей вслед. Не лаял и не вилял хвостом, как обычно.
Просто смотрел на женщину, и всё. А потом побежал следом за ней в сторону поля.
Раньше рыжий пес никогда так не делал. Пробежит немного и остановится. А в тот день почувствовал что-то.
«Нет, ну ты глянь на него! — думала Вера Васильевна, обернувшись назад. — Чего это он за мной увязался?»
Она продолжала крутить педали, старательно объезжая кочки на дороги, а когда проехала примерно половину пути, почувствовала вдруг, как у неё немеет левая половина лица.
Еще и левая рука почему-то сама по себе с руля соскочила и повисла, как плеть, вдоль тела. Нет, не сразу, конечно. Постепенно. Но от этого было еще страшнее.
А потом у Веры Васильевны потемнело в глазах и, проехав еще несколько метров, она упала на дорогу.
— Ничего не понимаю… Что это? — растерянно бормотала она, пытаясь встать. Но встать никак не получалось. Ни левая рука, ни левая нога её почти не слушались. И с каждой минутой ей становилось всё хуже и хуже. Вот тогда-то Вера Васильевна и пожалела, что не выпила с утра таблетку от давления. Наверняка, давление скакнуло.
Она ведь еще утром себя неважно чувствовала, но не придала этому значения. В её возрасте это нормально.
Вчера у себя во дворе траву косила, потом камни с огорода убирала, вот и переработалась.
Таблетки же она пила только в самом крайнем случае, когда уже терпеть мощи не было.
Но утром еще было терпимо. Поэтому и не стала Вера Васильевна ничего пить — больше в целях экономии, а то ведь никакой пенсии не хватит лекарства эти покупать.
И вот пока она об этом всём думала, корчась от боли, к ней, лежавшей посреди дороги, подбежал рыжий пес.
Он обнюхал её с ног до головы, потом остановился рядом с головой и осторожно лизнул её несколько раз в щеку.
Вера Васильевна хотела было сказать, чтобы он не трогал её, но не смогла. Промычала только что-то невразумительное. Вот тогда ей по-настоящему стало страшно.
Вспомнила она, как в прошлом году у одной из жительниц деревни инсульт случился.
Похожие симптомы были: говорить толком не могла, левая рука не слушалась, и нога левая тоже будто «отмерла». Это в продуктовом магазине случилось, и ей сразу Скорую вызвали.
А вот Вера Васильевна сейчас посреди поля, считай, лежит. И кто её тут найдет?
По этой дороге никто, кроме неё, и не ездит толком. Особенно в выходные дни.
А сегодня как раз воскресенье. Домашними делами все заняты. Или отдыхают. Кто-то вовсе в город уехал.
«Так и помру здесь, а найдут меня в лучшем случае через несколько дней…» — грустно подумала Вера Васильевна.
Она оттолкнула от себя правой рукой собаку и закрыла глаза. И еще долго думала о том, как же глупо всё получилось.
Вот только в тот момент, пока она об этом думала, рыжий пес со всех лап бежал в деревню. Бежал он так быстро, как никогда в жизни, наверное, не бегал.
Когда пес добрался до деревни, он остановился рядом с магазином, и стал лаять.
Громко он лаял, чтобы все услышали. И его, конечно, слышали. Однако никто к нему не выходил.
Местные давно привыкли к этой собаке и к тому, что она лает. Поэтому на неё никто не обращал внимания.
Пес покрутился некоторое время на одном месте и побежал дальше. Сначала на одной улице полаял, потом — на другой. Третьей.
Наконец, он добежал до той улицы, где Вера Васильевна жила, и снова стал лаять.
Но к нему снова никто не вышел.
Рыжий пес, пусть и не врач, но он прекрасно понимал, что времени мало, и надо что-то делать. И тогда…
…тогда он просто сел посреди дороги, и завыл. И так протяжно он выл, что люди даже из домов своих повыходили.
Вышел в том числе и Геннадий Петрович, который через дорогу напротив дома Веры Васильевны жил.
— Ты что это тут за концерт на всю деревню закатил? — спросил он, выходя за калитку. — Что случилось? Обидел кто?
Рыжий пес подбежал к мужчине, покрутился рядом с ним. Потом громко залаял и отбежал на несколько метров. Остановился, снова посмотрел на него, и снова залаял.
— Так… — задумчиво произнес Геннадий Петрович. — С тобой, я вижу, всё в порядке. А зовешь меня куда? И зачем?
Рыжий пес опять подбежал к мужчине, лизнул его руку и побежал по дороге, постоянно оборачиваясь.
Геннадий Петрович задумчиво посмотрел по сторонам, и пошел следом за собакой.
А когда они уже подходили к тому месту, где на дороге рядом с велосипедом лежала Вера Васильевна, он ускорил шаг, а потом и вовсе побежал. Присел рядом с ней на корточки, посмотрел на её лицо и сразу всё понял. Хорошо, что у него телефон с собой был. Позвонил в Скорую, объяснил куда ехать надо и стал ждать.
Скорая на удивление приехала очень быстро. И пятнадцати минут не прошло — повезло, что она в тот момент на станцию возвращалась и проезжала мимо.
Рыжий пес, когда услышал звук сирены, бросился вперед, а потом, радостно виляя хвостом, бежал впереди машины.
В общем, увезли Веру Васильевну в город.
А Геннадий Петрович отвез её велосипед к ней домой. Поставил его во дворе, потом в дом зашел (Вера Васильевна ключи ему отдала), нашел документы и ушел.
Рыжий пес остался рядом с калиткой. Он обычно никогда так близко к дому Веры Васильевны не подходил.
Она ведь злая на него была. Могла на эмоциях и огреть чем-нибудь. Но в тот день бояться ему было нечего.
— А ты молодец, — сказал Геннадий Петрович, когда принес ему немного еды — заслужил как-никак. — Вроде бы обычный уличный пес, не породистый. А человека спас. Молодец…
*****
Обратно в деревню Вера Васильевна вернулась только спустя полтора месяца.
Сначала в больнице лежала, потом её на реабилитацию отправили. Дочери звонила, просила приехать, чтобы за домом присмотрела. Но дочь приехать не смогла.
Некогда ей было. Поэтому за домом присматривала то соседка, то Геннадий Петрович.
Он же её и навещал периодически, пока она в больнице была. Успокаивал, что с домом всё нормально и почему-то странно улыбался. А когда Вера Васильевна на реабилитацию поехала в областной центр, звонил ей часто и «отчитывался»:
— Не переживай, Вера, всё с твоим домом нормально. Стоит. И никто к тебе не лазит.
— Точно не лазит? Витька Синий со своим дружком не приходили? Они такие — своего шанса не упустят.
— Ну я их рядом с твоим домом не видел, — отвечал Геннадий Петрович. — А если и приходили, то внутрь всё равно зайти не смогли.
— Это еще почему? Закрытая калитка их не остановит. Это я точно знаю. Они как-то ко мне пробрались рано утром, когда я еще спала. Не побоялись. А тут — вообще никого дома нет.
— Не переживай, Вера. Ничего у тебя не пропало. Ни в доме, ни во дворе. Вот приедешь когда — сама увидишь. А сейчас давай не думай ни о чем плохом. Тебе нельзя нервничать.
Геннадий Петрович лично забрал Веру Васильевну из реабилитационного центра и привез в деревню.
Он помог ей выйти из машины, отдал ключи, а дальше она уже сама. С трудом, конечно, но сама.
Врач сказал, что она легко отделалась, поэтому есть все шансы полностью восстановиться.
«Главное, на велосипеде не катайтесь больше — в вашем возрасте это совершенно ненужная нагрузка. Лучше пешочком» — говорил на прощание врач.
И Вера Васильевна ему пообещала, что так и сделает. Никакого больше велосипеда.
Она подошла к калитке, открыла её, а когда вошла во двор, сразу увидела свой велосипед, который стоял возле сарая, а рядом с ним рыжего пса.
— А ты чего тут? — удивленно спросила Вера Васильевна. — Не поняла…
Рыжий пес вскочил на все четыре лапы и, поджав хвост, побежал к забору. Там у него подкоп был сделан, и через него он собирался покинуть чужую территорию.
— Да стой ты! — махнула ему рукой Вера Васильевна. — Не буду я тебя гнать. Ты же мне жизнь спас.
Пес остановился и замер, не добежав до забора каких-то несколько метров.
— Я вот только одного не пойму, — Вера Васильевна посмотрела на Геннадия Петровича, который всё это время стоял рядом и улыбался. — Он меня что, ждал?
— И не только ждал, но и охранял твое имущество. Витька со своим другом действительно один раз хотели наведаться к тебе в гости. Но рыжий этот их не пустил. Я когда лай посреди ночи услышал, выскочил из дома с фонариком. Смотрю — а они по дороге бегут так, что пятки сверкают, и рыжий пес за ними.
— Серьезно, что ли? — не поверила Вера Васильевна. — Они же вроде собак никогда не боялись.
— Ну а зачем мне врать? Как было, так тебе и говорю. Прогнал он их. И больше они к тебе не приходили. Так что, Вера, тебе эту собаку «свыше» послали. И жизнь тебе спасла, и дом твой охраняла. Еще и ждала тебя так, как не каждый человек ждать может. Видишь, как она радуется твоему возвращению. Боится тебя, но радуется.
Вера Васильевна перевела взгляд на рыжего пса. Тот действительно её немного побаивался (наверное, потому что не знал, как она отреагирует на то, что он тут «хозяйничал», пока её не было), но при этом хвостом вилял с такой силой, что за ним пыль столбом поднималась.
— Ну иди сюда, не бойся, — улыбнулась Вера Васильевна, протягивая руку. — Знакомиться будем.
Рыжего пса долго уговаривать не пришлось. Он тут же подошел к женщине и стал облизывать её пальцы. А она смотрела на него, и по её щекам катились слезы.
Родная дочь не нашла времени, чтобы навестить мать. А этот пес, которого она крепким словцом порой обзывала, полтора месяца её ждал. Только вот… Она с ужасом в глазах посмотрела на соседа.
— Да ты не переживай, Вера, — засмеялся Геннадий Петрович. — Кормил я его.
— Спасибо, — от всей души сказала ему Вера Васильевна. — И тебе, друг мой сердешный, тоже спасибо, — посмотрела она на рыжего пса. — Если бы не ты — не было меня уже на этом свете.
С того самого дня стали они жить вместе. Вера Васильевна смогла почти полностью восстановиться после инсульта, но на велосипеде она больше не ездила.
Вместо этого гуляла с собакой по деревне, и теперь все знали, что рыжий — теперь её личный пес.
— Ну вот, а ты говорила, что сто лет в обед он тебе не нужен, — улыбалась соседка.
— Ошибалась, значит, — улыбнулась в ответ Вера Васильевна. — Сама себе удивляюсь. Но знаешь, ни разу не пожалела, что оставила его у себя. С ним я как будто лет на двадцать помолодела.
Пса своего она, кстати, Рыжиком назвала. Коротко и ясно, как говорится.
И однажды во время одной из прогулок Рыжик кота серого нашел, который в кустах лежал.
Видно было, что поиздевались над ним хорошо. Дышал он с трудом. Голову не мог поднять. Наверняка, то-то из местных постарался.
— Может, Витька со своим дружком? — подумала Вера Васильевна, подходя к коту. — Они могут…
Кота Вера Васильевна принесла домой, выходила его, и через пару недель он был, как новенький.
Он подолгу лежал вместе с Рыжиком во дворе, пока Вера Васильевна своими домашними делами занималась.
А когда у неё выдавалась свободная минутка — они втроем отправлялись на прогулку.
И вот видите, как в жизни бывает. Жил-был рыжий пес никому не нужный… Жила-была Вера Васильевна, для которой одиночество было самым большим мучением, хоть она об этом никому и не говорила никогда.
И даже серый кот Мурзик тоже жил-был совсем один — то на окраине деревни в заброшенном доме, то рядом с магазином.
А потом судьба взяла и свела их вместе, и теперь они деревне самые счастливые.
И так много у них этого самого счастья, что они им еще и с другими делятся бескорыстно.
Просто пройдут вместе по улице, люди посмотрят на них и долго потом улыбаются, забывая про всё плохое.
А кто-то пойдет после этого и крепко обнимет своего любимого питомца. Или угостит его чем-нибудь вкусненьким. Просто так — потому что на душе хорошо.
Вот такая история. И самое главное — эта история основана на реальных событиях.
