Персик не любил чужих.
Это Оля знала с первого дня, когда принесла его домой – крошечного, светло-бежевого, с круглыми глазами и привычкой засыпать исключительно на её подушке. Котёнок вырос в солидного пушистого зверя, который снисходительно терпел курьеров, игнорировал подруг и позволял себя гладить только Оле. Иногда – маме. Если было настроение.
Но Артёма он возненавидел сразу.
*****
Артём появился в Олиной жизни в марте, когда город ещё тонул в грязном снегу, а она уже третий месяц приходила домой в пустую квартиру и разговаривала с котом.
Подруга Женя познакомила.
– Оль, ну посмотри хотя бы. Высокий, в банке работает, машина есть. И не женат. В тридцать два! Это же подарок.
Оля посмотрела. Артём оказался даже лучше описания. Тёмные волосы, аккуратная щетина, ровные зубы. Он открывал двери, подавал пальто, говорил «после вас» без тени иронии. На первом свидании заказал ей десерт, не спрашивая, потому что «увидел, как ты посмотрела на витрину».
Оля растаяла. Кто бы не растаял?
А потом привела его домой.
Персик сидел в коридоре. Обычно он не выходил встречать гостей, предпочитая наблюдать из-за угла. Но в тот вечер вышел. Сел. Посмотрел на Артёма снизу вверх.
И зашипел. Полноценным, утробным шипением, от которого у Оли по рукам побежали мурашки.
– Ого, – Артём улыбнулся. – Серьёзный охранник.
– Прости, он у меня странный. Сейчас успокоится.
Персик не успокоился. Он ушёл в спальню и просидел там весь вечер, а когда Артём случайно заглянул в комнату, кот выгнул спину дугой и издал такой звук, будто внутри него сидел маленький злой монстр.
Оля смутилась. Артём рассмеялся. Сказал что, животные его обычно любят.
Персик, видимо, был исключением.
*****
Шли недели. Артём приезжал два-три раза в неделю, привозил цветы, готовил пасту с креветками, рассказывал смешные истории с работы. Оля слушала, смеялась, чувствовала себя героиней того самого фильма, который всегда хотела прожить.
А Персик всё шипел и прятался. Забирался в какое-нибудь очередное укрытие и сидел там, пока Артём не уходил.
– Может, его к ветеринару? – предложил как-то он за ужином, наматывая спагетти на вилку. – Бывает такое, агрессия без причины. Гормоны, стресс.
– Он кастрирован, – ответила Оля. – И он не агрессивный. Просто ты ему не нравишься.
Артём поднял брови.
– Я? Не нравлюсь коту?
Он произнёс это так, будто сама идея была абсурдной. Как если бы кто-то сказал, что солнце холодное.
Оля засмеялась. Тогда это показалось смешным.
Потом перестало.
В мае Персик укусил Артёма за лодыжку.
Артём стоял в коридоре, разговаривал по телефону. Оля была в ванной. Она услышала короткий вскрик, грохот и быстрое «Чёрт!».
Выбежала. Артём прижимал салфетку к щиколотке. На салфетке расплывалось красное пятно. Персик сидел в двух метрах, прижав уши, и смотрел не на Артёма. На Олю.
– Он бешеный, – процедил Артём. Голос был ровный, но в глазах мелькнуло что-то жёсткое, незнакомое. – Оля, серьёзно. Нельзя держать дома животное, которое бросается на людей.
– Он никогда раньше не кусался.
– Ну вот, начал.
Оля взяла Персика на руки. Кот обмяк, уткнулся мордой ей в шею и замяукал. Громко, надрывно, как будто жаловался.
– Прости, – сказала она Артёму. – Я не знаю, что на него нашло.
Артём кивнул. Улыбнулся. Но улыбка была другой — натянутой, как резинка, которую вот-вот отпустят.
Той ночью Оля долго не могла заснуть. Персик лежал у неё под боком. Она гладила его за ухом и думала: может, правда ревнует? Может, чувствует, что его место занимают?
Ей стало стыдно перед котом. И перед Артёмом тоже.
Она решила, что нужно просто дать им время.
Времени не понадобилось.
*****
Всё случилось через неделю. Артём приехал утром, привёз круассаны и кофе. Они завтракали на кухне, болтали о планах на лето. Он предложил вместе поехать в Калининград.
– А Персик? – спросила Оля.
– Персик? Ну… оставишь маме. Или знакомым.
Он сказал это легко. Слишком легко.
– Я не хочу его оставлять.
– Оль, мы же не навсегда уезжаем.
Она кивнула. Тема закрылась. Артём ушёл в комнату за телефоном, и Оля услышала приглушённый звук. Как-будто кто-то топнул.
Она сначала не поняла, что это. Потом встала и тихо подошла к двери.
Персик стоял в коридоре, преграждая дорогу. Просто стоял. А Артём отодвигал его ногой от двери, как сдвигают табуретку. Персик упёрся лапами в пол, съёжился.
Тогда Артём толкнул сильнее. Кот отлетел к стене, ткнулся боком о плинтус. Тихо мяукнул.
Оля стояла за дверным косяком, и внутри у неё что-то оборвалось. Как нитка, которую тянули долго и осторожно, а потом дёрнули.
Артём поднял взгляд. Увидел её.
– Ой, он под ноги лезет, – сказал спокойно. – Чуть не упал.
Оля ничего не ответила. Подошла к Персику, присела на корточки. Кот ткнулся носом ей в ладонь. Она ощупала каждый сантиметр кота, все было в порядке. Но взгляд у Персика был такой, будто он сказал всё, что хотел, а она наконец-то услышала.
Тем же вечером она сидела на диване и листала телефон, а Артём принимал душ. Его телефон лежал на подлокотнике.
Оля не собиралась смотреть. Правда не собиралась.
Но экран вспыхнул, и она увидела имя. «Лиза». И начало сообщения: «Малыш, когда ты наконец…»
Пальцы сами потянулись к телефону.
Сообщений было много. Месяцы переписки. Фотографии, голосовые, сердечки. Лиза была блондинкой с длинными ногами. Судя по датам, они переписывались ещё до того, как Артём начал встречаться с Олей.
Она читала минуту. Может, две. Потом положила телефон обратно на подлокотник, точно в то же место.
Персик запрыгнул на диван, сел рядом и повернул к ней свою пушистую морду.
И Оля тихо сказала:
– Ладно. Ты победил.
Артём вышел из ванной в облаке пара, улыбающийся и мокроволосый.
– Что такое? – спросил, увидев её лицо.
– Уходи, – сказала Оля.
Она не кричала. Не плакала. Голос был ровный, и сама она удивилась, откуда взялось это спокойствие.
– Что?
– Уходи. Собери вещи и уходи.
Он пытался говорить. Объяснять. Потом оправдываться. Потом обвинять. «Ты залезла в мой телефон?» «Ты всё неправильно поняла.» «Это просто знакомая.»
Оля слушала и думала о том, как он сдвигал кота ногой. Не о Лизе. О коте.
Потому что Лиза – это обман, и обман можно объяснить, разложить по полочкам, даже попытаться простить. А вот то, как человек обращается с тем, кто не может ответить, объяснить нельзя.
Это и есть он настоящий.
– Уходи, Артём.
Он ушёл. Хлопнул дверью. Через минуту пришло сообщение: «Ты пожалеешь».
Оля удалила сообщение и легла на диван. Персик пришёл, потоптался у неё на животе и устроился под боком, подтянув лапы.
Она лежала, смотрела в потолок и чувствовала странную, звенящую пустоту, которая почему-то была даже приятной.
Подруга Женя позвонила через три дня.
– Ты серьёзно? Из-за кота?
– Не из-за кота.
– А из-за чего?
– Из-за того, что кот видел, а я нет.
Пауза.
– Ты звучишь как сумасшедшая кошатница.
– Может быть, – Оля улыбнулась. – Но мой сумасшедший кот оказался умнее меня.
Женя вздохнула. Спорить не стала.
*****
Прошло четыре месяца. Оля шла с работы через парк, когда увидела мужчину на скамейке. Он сидел в расстёгнутой куртке, вытянув длинные ноги, и кормил голубей остатками булки.
Один голубь подлетел к мужчине и украл у него последний кусок прямо из пальцев, и мужчина рассмеялся так громко, что Оля тоже не удержалась.
– Наглые, – сказал он, повернувшись к ней. У него были светлые глаза и немного кривой нос, будто в детстве налетел на дверь.
– Наглые, – согласилась она.
Они проговорили полчаса. Потом он спросил номер. Оля дала. И только по дороге домой подумала: а что скажет Персик?
Лёша пришёл через неделю.
Оля открыла дверь, и за две секунды до того, как она успела произнести «у меня есть кот, он не очень любит…», Персик вышел из комнаты.
Сел в коридоре.
Посмотрел на Лёшу.
Лёша присел на корточки.
– О, какой красавец, – сказал тихо. – Можно?
Он протянул руку, не торопясь, ладонью вверх. Персик обнюхал пальцы. Потом ткнулся лбом в его ладонь.
Оля стояла в дверях и не верила своим глазам.
Персик мурлыкал.
Не тихо и не по обязанности. Он мурлыкал так, как мурлычет кот, который точно знает: этот человек свой.
Лёша поднял на Олю глаза.
– Как его зовут?
– Персик.
– Персик, – он почесал кота за ухом. – Мне кажется, мы подружимся.
Лёша приходит почти каждый день. Он не приносит цветы и не готовит пасту с креветками. Зато он построил Персику домик из картонной коробки, обклеил его бумагой и написал маркером «Резиденция Персиваля».
Персик спит в этом домике каждую ночь.
А когда Лёша ложится на диван, кот приходит и устраивается у него на груди.
Оля смотрит на них и думает, что иногда самый честный взгляд на человека – это взгляд кота.
