Марина вздрогнула, когда хлопнула входная дверь. Муж вернулся. Она торопливо вытерла слезы краем фартука и склонилась над кастрюлей с супом, делая вид, что полностью поглощена приготовлением ужина.
— Что за кислая мина? — спросил Николай, входя на кухню и целуя ее в щеку. — Опять поругались с мамой?
— Нет, что ты, — солгала Марина, помешивая суп. — Просто устала. На работе завал.
Николай с подозрением посмотрел на жену, но расспрашивать не стал. Он привык к периодическим конфликтам между Мариной и его матерью, Анной Петровной.
— Мама звонила, — сказал он, открывая холодильник и доставая бутылку воды. — Приглашает нас на воскресный обед. Говорит, есть важные новости.
Марина закусила губу. Только этого ей сейчас не хватало.
— Какие еще новости? — спросила она с деланным равнодушием.
— Не сказала, — пожал плечами Николай. — Но была очень взволнована. Просила обязательно прийти.
«Наверняка опять какая-нибудь гадость», — подумала Марина. В последнее время каждая встреча со свекровью заканчивалась для нее нервным срывом и бессонной ночью.
— Надо купить что-нибудь к столу, — сказала она вслух. — Может, торт или вино?
— Да брось ты, — махнул рукой Николай. — Мама сказала, что все приготовит сама. Просто приходим и все.
Марина вздохнула. Очередной сигнал. «Просто приходим и все» — значит, свекровь опять хочет подчеркнуть, что невестка не удосужилась даже принести к столу какое-нибудь угощение.
В воскресенье Марина долго не могла решить, что надеть. Перемерила несколько нарядов, остановившись на строгом темно-синем платье. Не слишком нарядно, но и не повседневно. С Анной Петровной надо держать баланс.
— Ты готова? — Николай заглянул в спальню. — Такси уже внизу.
— Почему такси? — удивилась Марина. — Мы могли бы на машине.
— Я хочу выпить с мамой и Васькой за хорошие новости, какие бы они ни были, — улыбнулся Николай. — А машина нам помешает.
Марина вздохнула. Значит, сегодня будет и Василий — племянник свекрови, молодой программист, всеобщий любимчик и гордость семьи. Он был младше Николая на десять лет, но уже сделал карьеру в крупной IT-компании. Кажется, у него даже были какие-то свои стартапы. Анна Петровна при каждом удобном случае ставила его в пример и нахваливала, особенно при Марине, будто специально подчеркивая, что у нее, простой учительницы начальных классов, таких карьерных перспектив нет и не будет.
— Надо было хотя бы цветы купить, — пробормотала Марина, когда такси остановилось у дома свекрови.
— Да перестань ты, — отмахнулся Николай. — Мама не за этим нас зовет.
Анна Петровна встретила их у порога, благоухающая дорогими духами и одетая в новый дорогой костюм. Марина сразу заметила и сверкающие бриллиантовые серьги — подарок свекрови от покойного мужа. Эти серьги Анна Петровна надевала только по очень важным случаям.
— Здравствуйте, здравствуйте! — Она расцеловала сына и сдержанно кивнула невестке. — Проходите скорее, Вася уже здесь.
В гостиной их ждал накрытый стол — с фирменными салатами и горячими закусками. На почетном месте красовалась бутылка дорогого коньяка.
— Ну что, мама, рассказывай, ради чего собрались, — Николай плюхнулся на диван рядом с Василием, который приветливо улыбнулся гостям.
— Всему свое время, — загадочно произнесла Анна Петровна. — Сначала поедим, а потом и поговорим.
Марина села на краешек стула, чувствуя себя не в своей тарелке. Что-то здесь было не так. Свекровь буквально светилась от счастья, то и дело подкладывая Василию лучшие кусочки и бросая на него восторженные взгляды. Николаю тоже перепадали материнские улыбки. А вот на Марину Анна Петровна почти не смотрела.
— Ну, не томи, мама, — сказал Николай, когда с закусками было покончено. — Что за новости?
Анна Петровна торжественно выпрямилась и обвела всех сияющим взглядом.
— Я купила Васеньке квартиру! — объявила она. — Двушку в новом доме на Приморской! С видом на залив!
За столом повисла тишина. Марина почувствовала, как к горлу подступает ком. Двушка на Приморской? Это же целое состояние!
— Вот это новость! — первым нарушил молчание Николай. — Поздравляю, Васька! Когда отмечаем новоселье?
— Через месяц должны ключи выдать, — улыбнулся Василий. — Тетя Аня настояла, чтобы квартира была с чистовой отделкой, так что можно будет сразу въезжать.
— Конечно, с отделкой, — кивнула Анна Петровна. — Я же знаю, что у тебя каждая минута на счету. Когда тебе ремонтом заниматься? У тебя проекты, командировки…
Марина сидела, опустив глаза в тарелку. Они с Николаем уже восемь лет жили в однокомнатной квартире, которую снимали. О собственном жилье только мечтали, медленно откладывая деньги. А тут — квартира на Приморской, с видом на залив…
— А ты что молчишь, Мариночка? — вдруг обратилась к ней свекровь с фальшивой улыбкой. — Не рада за Васю?
— Я очень рада, — выдавила из себя Марина. — Это… замечательно. Поздравляю, Вася.
— Спасибо, — кивнул Василий. Он выглядел смущенным, словно ему было неловко от такого щедрого подарка.
— Давайте выпьем! — объявила Анна Петровна, разливая коньяк по бокалам. — За Васеньку и его новую квартиру!
Все чокнулись. Марина сделала маленький глоток и поморщилась — она не любила крепкий алкоголь.
— Вообще-то я не мог поверить, когда тетя Аня сказала, что хочет купить мне квартиру, — признался Василий. — Отказывался сначала.
— Глупости! — отмахнулась Анна Петровна. — У меня есть деньги, которые я копила всю жизнь. Кому, как не родному племяннику, их оставить? К тому же ты молодой, тебе семью создавать. А с нынешними ценами на жилье когда бы ты сам накопил? Я правильно сделала. И потом, ты же единственный, кто продолжит нашу фамилию.
Марина вздрогнула. Это был еще один камень в ее огород. Они с Николаем уже давно пытались завести ребенка, но пока безуспешно. Анна Петровна считала, что виновата в этом невестка — слишком нервная, слишком зацикленная на работе.
— Мам, ну зачем ты так? — поморщился Николай, заметив, как напряглась жена. — У нас еще будут дети.
— Конечно-конечно, — поспешно согласилась свекровь. — Я просто говорю, что Васенька тоже продолжатель рода. Тем более что у него уже и невеста есть, правда, Васенька?
Василий смутился еще больше:
— Ну, тетя Аня, мы с Катей пока только встречаемся…
— Какая чудесная девушка, — продолжала восхищаться Анна Петровна. — Из хорошей семьи, с образованием, хозяйственная. И главное — молодая, здоровая. С такой и за детей можно не беспокоиться.
Марина почувствовала, как к глазам подступают слезы. Она поспешно извинилась и вышла в ванную. Закрыла дверь, включила воду и разрыдалась, зажимая рот ладонью, чтобы никто не услышал.
Ей было обидно до жути. Не только из-за квартиры — в конце концов, Анна Петровна действительно могла распоряжаться своими деньгами как хотела. Но эти постоянные шпильки, эти намеки… За что свекровь так ее не любила?
Раздался стук в дверь.
— Мариш, ты в порядке? — голос Николая звучал обеспокоенно.
— Да, сейчас выйду, — Марина торопливо умылась холодной водой и посмотрела в зеркало. Глаза покраснели, но это можно было списать на усталость.
Когда она вернулась в гостиную, разговор шел уже о планировке новой квартиры.
— Представляешь, там такая просторная кухня, — рассказывала Анна Петровна сыну. — Метров пятнадцать, не меньше. И балкон с кухни выходит прямо на залив. А в спальне — гардеробная. Мечта просто!
— Звучит потрясающе, — откликнулся Николай. — Когда покажешь?
— Можем хоть завтра съездить, у меня есть ключи от шоу-рума, — оживился Василий. — Правда, там еще стройка, но планировку можно посмотреть.
— Отлично! — воскликнул Николай. — Марин, ты с нами?
Марина покачала головой:
— У меня завтра уроки и педсовет. Никак не смогу.
На самом деле она просто не хотела видеть эту квартиру. Слушать восторги свекрови. Сравнивать с их съемной однушкой, где даже обои поклеить нельзя без разрешения хозяйки.
— А ты, Николай, заезжай ко мне после работы, — сказала Анна Петровна. — Я тебе кое-что еще хотела сказать. Наедине.
Марина насторожилась. Что еще за секреты? Но спрашивать не стала.
Домой они возвращались в полном молчании. Николай был задумчив и рассеян, а Марина погружена в свои невеселые мысли. Только в квартире, когда разделись и прошли на кухню, она не выдержала:
— И что ты думаешь обо всем этом?
— О чем? — Николай открыл холодильник, достал бутылку воды.
— О квартире. О том, что твоя мама вывалила кучу денег на племянника, в то время как…
— В то время как что? — Николай нахмурился. — Мы с тобой взрослые люди, Марина. Мы сами должны зарабатывать на свое жилье. А мама может распоряжаться своими деньгами как хочет.
— Но она делает это, чтобы унизить меня! — воскликнула Марина. — Все эти разговоры о продолжении рода, о молодой здоровой невесте Васи… Она же нарочно! Она знает, как я переживаю из-за того, что не могу забеременеть!
— Мариш, ну перестань, — вздохнул Николай. — Мама просто радуется за Васю. Он же сирота, ты забыла? После смерти родителей мама его вырастила.
— Я помню, — огрызнулась Марина. — Но это не значит, что она должна постоянно ставить его нам в пример и попрекать меня бездетностью!
— Никто тебя не попрекает, — устало сказал Николай. — Ты все преувеличиваешь. Мама просто хотела сделать хороший подарок Васе. А ты опять ищешь в этом какой-то злой умысел.
Марина отвернулась к окну, чувствуя, как слезы снова подступают к глазам. Бесполезно. Муж никогда не понимал, какую боль ей причиняет его мать. Или не хотел понимать.
На следующий день Николай позвонил ей на работу.
— Мариш, я задержусь сегодня. Мы с мамой и Васей едем смотреть квартиру.
— А как же твой проект? — удивилась Марина. — Ты же говорил, что сегодня важная встреча с заказчиками.
— Перенес на завтра, — отмахнулся Николай. — Ничего страшного.
Марина положила трубку, чувствуя, как внутри все кипит от обиды. Его проект, его карьера всегда были на первом месте. А тут вдруг — «перенес на завтра». Ради чего? Чтобы посмотреть квартиру, которую его мать купила племяннику.
Вечером Николай вернулся поздно, от него пахло коньяком.
— Ну как квартира? — спросила Марина, стараясь говорить спокойно.
— Отличная! — воодушевленно ответил муж. — Представляешь, там действительно вид на залив, и такие панорамные окна в гостиной! А кухня — просто мечта!
— Рада за Васю, — выдавила Марина.
Николай вдруг замялся, потом сел рядом с ней на диван и взял за руку.
— Мариш, мне надо тебе кое-что сказать.
Сердце Марины екнуло. Что-то в тоне мужа ее насторожило.
— Что такое?
— Помнишь, мама хотела поговорить со мной наедине? — начал Николай. — Так вот, она… она предложила нам свою квартиру.
— Что? — Марина даже привстала. — В каком смысле — предложила?
— Ну, она сказала, что раз уж купила жилье Ваське, то и нам хочет помочь. Она предлагает переписать на нас свою трешку. А сама переедет на дачу. Говорит, что ей там нравится, а в городе шумно.
Марина молчала, пытаясь осмыслить услышанное.
— И когда она собирается это сделать? — наконец спросила она.
— Ну… в течение года. Сначала хочет дачу обустроить под постоянное проживание. А потом уже оформим документы.
— А что взамен? — прямо спросила Марина.
— В смысле? — не понял Николай.
— Анна Петровна просто так ничего не делает. Она наверняка выдвинула какие-то условия. Какие?
Николай отвел глаза.
— Ну… она хочет, чтобы мы… чтобы у нас наконец появились дети. И чтобы ты меньше работала. А еще… чтобы мы каждые выходные ее навещали.
Марина горько усмехнулась.
— То есть, она покупает нас с потрохами. Ты это понимаешь?
— Да брось ты, Мариш! — воскликнул Николай. — Это же естественное желание — видеть внуков, помогать детям! Мама просто хочет нам добра!
— Нет, — отрезала Марина. — Твоя мать хочет контролировать нашу жизнь. Она хочет, чтобы мы были у нее в долгу. Хочет, чтобы я бросила работу и сидела дома, нянчила детей. А сама будет приходить и указывать мне, как их воспитывать!
— Ты несправедлива к ней, — покачал головой Николай. — Мама много для меня сделала, и сейчас она предлагает нам решение жилищного вопроса! А ты опять со своими подозрениями!
— Знаешь что, — сказала Марина после паузы. — Я не хочу ее квартиру. Ни на каких условиях. Мы сами накопим на свое жилье.
— Но на это уйдут годы! — возразил Николай. — А так мы уже через год сможем жить в просторной трешке в центре!
— И всю жизнь будем должны твоей матери, — закончила Марина. — Нет, спасибо. Я лучше еще пару лет в съемной поживу.
Николай вскочил с дивана.
— Ты просто упрямая эгоистка! Не хочешь принять помощь только из-за своей гордыни! А страдать от этого будем мы оба!
— Нет, Коля, — тихо сказала Марина. — Это не гордыня. Это самоуважение. И уважение к нашей семье, к нашей самостоятельности. Если мы примем эту квартиру, мы навсегда останемся детьми, которые не справились сами. Я так не хочу. А ты?
Николай долго молчал, глядя в окно. Потом тяжело вздохнул и сел обратно на диван.
— Может, ты и права. Но как я скажу об этом маме? Она же обидится.
— Скажи, что мы благодарны ей за предложение, но хотим сначала попробовать сами. Что ты ценишь ее заботу, но для тебя важно достичь всего своими силами. Она поймет. Она ведь тоже когда-то всего добивалась сама.
Николай кивнул и обнял жену.
— Ты знаешь, я подумал… может, нам стоит какое-то время пожить отдельно от мамы? В смысле, видеться пореже? Может, тогда отношения наладятся?
Марина прижалась к мужу, чувствуя, как внутри разливается тепло. Кажется, он наконец начал понимать.
— Я думаю, это хорошая идея, — ответила она. — И знаешь что? Давай возьмем отпуск и поедем куда-нибудь. Только ты и я. Без свекрови, без работы, без ежедневных проблем.
— Давай, — улыбнулся Николай. — Я как раз проект закончу и сразу же оформим отпуск. А насчет квартиры… мы что-нибудь придумаем. Сами.
Той ночью Марина долго не могла уснуть, перебирая в голове события последних дней. Она понимала, что еще не раз столкнется со свекровью и ее манипуляциями. Но сегодня она почувствовала, что муж наконец-то встал на ее сторону. А это значило, что у их семьи есть шанс.
Анна Петровна, конечно, обиделась, когда Николай отказался от ее предложения. Полгода с ними не разговаривала. Но потом остыла, тем более что на даче у нее завязался роман с соседом — вдовцом, бывшим военным. И постепенно жизнь наладилась.
А через год Марина забеременела. И когда Анна Петровна узнала, что у нее будет внук, она впервые обняла невестку по-настоящему, без натянутости и фальши. Но это уже совсем другая история.
