— Ты хоть понимаешь, куда меня сегодня отправил?! — Карина вошла на кухню, даже не сняв туфли. — Ты там вообще был? Ты видел, в каких условиях люди сидят?
Антон отложил вилку. Он работал сегодня из дома и только успел разогреть обед, когда хлопнула входная дверь. Увидев жену в половине первого, сначала решил, что она забыла какую-нибудь вещь. Но Карина сорвала с шеи рабочий пропуск и швырнула его на стол прежде, чем муж успел что-нибудь спросить. Пластиковая карточка перевернулась чистой стороной вверх и остановилась возле его тарелки.
— Вот! Ты мне это подсунул и ещё ждёшь, что я буду благодарить?
— Карин, подожди. Тебе же до трёх. Что случилось?
— А ты сам не догадываешься?
— Нет. Поэтому и спрашиваю.
Карина поставила дорогую светлую сумку на соседний стул. В новом брючном костюме она выглядела так, словно собиралась на деловой обед в ресторан, а не на первый рабочий день. Золотистые волосы, уложенные утром почти час, лежали по плечам и спине. Только лицо сейчас было злым, а большие голубые глаза смотрели на мужа с откровенным раздражением.
— Я вообще просила тебя искать мне работу?! Сам с другом договорился, а теперь ещё требуешь, чтобы я туда ходила! Мне эта работа не нужна! Сам теперь и объясняй, почему я больше не приду! Я не собираюсь из-за твоих прихотей целыми днями в душном кабинете сидеть!
Антон посмотрел сначала на жену, потом на пропуск. Ещё утром Карина сказала, что попробует хотя бы неделю. А теперь, судя по всему, разговор о работе закончился раньше, чем начался.
— Ты два часа там пробыла, — произнёс он. — Даже двух полных часов, если дорогу считать, не получается.
— И мне хватило! Не надо делать вид, что это подвиг с твоей стороны — пристроить меня куда попало.
Ему захотелось ответить сразу, но он сдержался. Между его бровями обозначилась глубокая складка. Последние месяцы любое упоминание о работе заканчивалось одинаково: жена обижалась, разговор переходил на его жадность, а потом Антон сам пытался помириться. И сегодня он слишком хорошо понимал, почему всё опять пошло по кругу.
Они были женаты четвёртый год. Когда познакомились, Карина работала консультантом в магазине дорогой одежды. Ей тогда было двадцать пять, она умела держаться с покупателями, знала толк в вещах и могла полчаса рассказывать, чем одна ткань лучше другой. Антону нравилось, как уверенно она себя ведёт. С его спокойным характером они сначала неплохо дополняли друг друга.
После свадьбы Карина уволилась. Сначала говорила, что устала от смен и постоянных выходных на работе. Потом они выбирали квартиру, занимались ремонтом, переезжали. Антон соглашался, что в такой суматохе удобнее, когда хотя бы один человек не привязан к графику. Да и денег в те годы хватало. Он получал хорошую зарплату в крупной торговой компании, где занимался снабжением, иногда ещё выходила приличная премия.
Квартиру они взяли в ипотеку. Две комнаты, недалеко от метро, новый дом без всяких особенных роскошеств. На кухню заказали удобный гарнитур, а стол оставили прежний — крепкий, но уже с царапинами. Холодильник купили обычный, зато на спальню и матрас не поскупились. Карина выбирала отделку, торопила рабочих, спорила о цвете плитки. Антон считал, что она правда много сделала для их общего жилья.
Только ремонт давно закончился, а разговор о возвращении на работу Карина каждый раз переносила. То ей хотелось немного отдохнуть, то она собиралась пройти курсы, то обещала подумать после праздников. Зато время на салоны, встречи с подругами и покупки находилось всегда. Антон сначала не возражал. Даже гордился, когда жена приходила на семейные встречи нарядная и ухоженная. Ему казалось приятным, что он может это обеспечить.
Проблема появилась не вчера. В договоре по ипотеке первые два года был временно сниженный платёж. Они знали, что потом сумма вырастет, но Антон рассчитывал на повышение и премии. Повышения не случилось, премии стали заметно меньше, а ежемесячный платёж вместо пятидесяти восьми тысяч составил восемьдесят шесть. При этом продукты, коммунальные платежи и обычные расходы никуда не делись.
Когда он впервые предложил Карине сократить траты, она страшно обиделась.
— Значит, я теперь должна ходить с отросшими корнями и покупать крем в супермаркете? — спросила она тогда.
— Я этого не говорил. Просто давай посчитаем, сколько у нас остаётся.
— Ты хочешь, чтобы я перед тобой за каждый флакон отчитывалась?
Обсудить цифры в тот вечер не получилось. Потом не получилось ещё два раза. В результате Антон стал задерживать покупку новой резины для машины, перестал заказывать обеды на работе и отложил давно запланированное лечение зуба. А Карина в конце каждого месяца по-прежнему спрашивала, почему он переводит ей меньше, чем обычно.
Недели три назад Антон встретился со своим давним приятелем Димой. Они дружили ещё со студенческих времён. Дима руководил небольшим сервисным центром по ремонту бытовой техники и жаловался, что его администратор ушла, а мастерам приходится отвлекаться на звонки и посетителей.
— Мне бы нормального человека на полдня, — сказал Дима. — С десяти до трёх. Записи вести, телефон брать, людей встречать. Пятьдесят две тысячи на руки. Присматривай, если кто знакомый ищет.
Антон сначала просто кивнул. Потом спросил, не согласится ли Дима поговорить с Кариной. Он помнил, что когда-то жена прекрасно общалась с покупателями. Работа не требовала специальных знаний, до офиса было двадцать минут на машине, а график оставлял почти весь вечер свободным.
Дима, впрочем, сразу предупредил:
— Только если она сама хочет. Мне не нужна история, где человек делает одолжение твоей семье. У меня посетители, заказы, мастера. Некогда уговаривать.
— Понимаю. Я с ней поговорю.
Разговор вышел тяжёлым. Карина сразу спросила, почему он решил, что ей подойдёт маленький сервисный центр, и с какой стати она вообще должна сидеть на телефоне. Антон несколько вечеров объяснял, что пять часов в день — не каторга, что это временный вариант и что деньги пойдут на их же расходы.
— То есть я буду работать на ипотеку? — уточнила она однажды.
— Мы оба живём в этой квартире, Карин. И платёж общий по смыслу, даже если банк списывает его с моей карты.
— Ты сам предложил эту квартиру. Я вообще говорила, что мне и в старой было нормально.
Это было неправдой: из съёмной однокомнатной квартиры Карина хотела переехать даже больше Антона. Но спорить об этом он не стал. В конце концов она согласилась съездить на пробный день. Вчера вечером даже попросила разбудить её пораньше, чтобы успеть уложить волосы.
Утром Антон отвёз Карину к офису. Она недовольно осмотрела вывеску сервисного центра, сказала, что вход выглядит непрезентабельно, но всё-таки пошла внутрь. Муж отправился домой, сел за рабочий ноутбук и впервые за долгое время почувствовал облегчение. Ему показалось, что они с женой наконец договорились.
Теперь это облегчение вспоминалось особенно неприятно.
— Что конкретно тебе не понравилось? — спросил он, когда Карина на минуту перестала кричать. — Дима с тобой грубо разговаривал?
— Да при чём здесь твой Дима! Он меня встретил, усадил за какой-то стол, а потом вообще ушёл к своим мастерам. Там комната размером с нашу кладовку!
— Я видел офис. Там тесно, согласен. Но это рабочее помещение.
— Тесно? Антон, там душно! Окно почти не открывается, телефон звонит постоянно. Мне то одного клиента запиши, то другого перенеси, то узнай, когда мастер приедет. Ты представляешь, сколько раз за два часа ко мне обращались?
— Потому что это должность администратора.
— А кофе? Я что, ещё и официантка?
— Кофе посетителю предложить — обычное дело. В половине офисов так делают.
— Ну вот и иди в одну из этих половин. Тебе подходит — ты и работай!
Антон отодвинул тарелку. Он не собирался ругаться из-за чашки кофе, но жена явно хотела доказать, что вся работа целиком её унижает. Самое обидное было в том, что никто не обещал ей руководящую должность. Всё обсудили заранее, включая звонки и запись клиентов.
— Ты ведь знала, чем придётся заниматься, — напомнил он.
— Я думала, там приличная организация. А у них девочка сидит в каком-то растянутом кардигане, и никого это не смущает. Другая вообще с дешёвой сумкой пришла. Я сегодня новый костюм надела, а они даже не заметили!
— Они на работу пришли, а не твой костюм оценивать.
— Не придирайся к словам! Я говорю про обстановку. Люди там совсем другого уровня. Мне даже разговаривать с ними не о чем.
— Тебе с ними не о сумках говорить надо. Тебе надо клиентам отвечать.
— Спасибо, объяснил! Именно поэтому я туда больше не пойду.
Она села напротив, достала телефон и принялась искать что-то в переписке. Через несколько секунд показала мужу экран: запись о том, что после сложной недели стоит дать себе полноценный отдых. Антон не успел прочитать подробности, а Карина уже рассказывала про массаж, уход за лицом и расслабляющую процедуру для кожи головы.
— Мне сейчас надо прийти в себя, — сказала она. — У меня голова раскалывается после их духоты.
— Ты домой добралась нормально? Может, воды выпьешь, отдохнёшь?
— Я не спрашиваю, что мне попить. Я уже выбрала процедуры на завтра. Переведи деньги.
— Какие деньги?
— Антон, ты издеваешься? На восстановление. После того, что ты мне устроил.
Он взял телефон, посмотрел остаток на счёте и положил обратно. До ипотечного платежа оставалась неделя. На карте после обязательных расходов было заметно меньше, чем хотелось бы, а в пятницу нужно было ещё оплатить страхование автомобиля.
— Нет, Карин. Сейчас я это оплачивать не буду.
Она не сразу поверила.
— Что значит «не буду»?
— В этом месяце у нас нет лишних денег на салон. Я тебе вчера показывал. Давай хотя бы до следующей зарплаты без этих покупок.
— То есть по твоей милости мне стало плохо, а теперь ты ещё и лечиться запрещаешь?
— Ты не больна. Ты сама сказала, что устала и голова болит. Отдохни дома. Если действительно плохо, сходим к врачу.
— Ага, ещё скажи, что я всё придумала! — Карина резко встала. — Ты просто жадничаешь. Для себя на машину деньги находятся, а мне на массаж жалко!
— Я резину на машину третий месяц не покупаю.
— Вот только не надо этим попрекать. Ты на ней ездишь. Я, кстати, тоже иногда могла бы, если бы ты не занимал её постоянно.
Антон открыл рот, чтобы возразить, но жена уже вышла в коридор. Через минуту она вернулась без пиджака и с телефоном в руке.
— Я посмотрела гостиницы, — заявила Карина. — Есть хороший номер недалеко от центра. Там хотя бы никто не будет мне рассказывать, сколько стоит моё самочувствие.
— Ты всерьёз собираешься ночевать в гостинице из-за того, что я не оплатил массаж?
— Из-за твоего отношения ко мне. Ты даже не спросил, как я себя чувствую!
— Я только что спросил. И воду предложил, и врача.
— Вот именно. Отправил бы меня к врачу, лишь бы самому ничего не делать.
— По-твоему, врач — это ничего не делать?
— Не переводи разговор, пожалуйста. Я приехала домой после ужасного утра, а ты мне устроил допрос. Зачем я вообще должна перед тобой оправдываться?
Антон заметил, что на экране её телефона открыт сайт отеля. Цена номера была почти такой же, как половина месячного платежа за машину по старому кредиту, который они уже закрыли. Он с трудом удержался от резкого ответа. Карина, похоже, прекрасно знала, что угроза уехать действует на мужа сильнее любых криков.
В начале совместной жизни они уже пережили похожую историю. После ссоры из-за дорогого телефона Карина на два дня уехала к подруге. Антон просил вернуться, привёз цветы и всё-таки купил телефон. Потом она говорила, что просто не выдерживает, когда её не слышат. А он решил, что проще уступать по мелочам, чем доводить отношения до разрыва.
С каждым годом мелочи становились дороже. Карина привыкла, что после её обиды следует подарок, перевод или обещание больше не поднимать неприятную тему. В её понимании это было доказательством заботы. Она искренне считала, что муж обязан защищать её от любых неудобств, потому что иначе зачем вообще нужна семья. Антон же всё чаще ловил себя на мысли, что теперь согласие приходится покупать даже тогда, когда он прав.
— Давай без гостиницы, — сказал он. — Мы можем нормально поговорить?
— Мы уже поговорили. Ты считаешь меня ленивой и бесполезной.
— Я такого не говорил.
— Но думаешь. Скажи прямо, что тебе стыдно за неработающую жену.
— Мне стыдно, когда я не знаю, чем оплачивать счета. За тебя мне не стыдно.
— Счета, счета! Ты кроме них вообще что-нибудь видишь?
— Вижу. Вижу, как мы живём, как ты себе ни в чём не отказываешь, а я каждую неделю прикидываю, что можно отложить. Карин, я устал один это тянуть.
— Так ты мне счёт выставишь за все годы брака? — Она отодвинула стул. — Я, значит, у тебя бесплатно жила?
— Не надо передёргивать. Мы семья. Но семейные расходы от этого сами не исчезают.
Карина перевела взгляд на кухню, где сама когда-то выбирала почти каждую полку.
— Ты же обещал, что я смогу пожить спокойно. Что не придётся хвататься за первую попавшуюся работу, лишь бы копейку принести.
— Я обещал, что ты можешь отдохнуть после увольнения. Почти четыре года прошло.
— И что теперь, у обещаний срок годности есть?
— У денег есть предел.
— Опять деньги! Знаешь, может, мне правда стоило выйти за человека, которому не приходится высчитывать каждую тысячу.
Сказать такое Карина не побоялась. Антон поднялся, убрал свою тарелку в раковину и открыл кран. Остатки обеда он так и не доел. На кухне зашумела вода, а жена продолжала возмущаться уже у него за спиной.
— Ты бы видел, как этот мастер на меня смотрел, когда я сказала, что не могу одновременно говорить по двум телефонам. Даже помочь не подошёл! И твой Дима куда-то делся. Я там, выходит, одна должна была всё разгребать?
— В первый день тебя должны были обучать. Ты хотя бы сказала, что не справляешься?
— Я не обязана ни перед кем отчитываться.
— А уходя, ты кого-нибудь предупредила?
Карина сделала вид, что не услышала.
— Ты знаешь, как там пахло? Какой-то дешёвый кофе, пыль от коробок. У меня до сих пор голова болит.
— Ты попрощалась с руководителем, Карина?
— Он всё равно где-то ходил. Не бегать же за ним по всему зданию!
— Значит, просто ушла.
— А что, меня должны были за руку держать? Я свободный человек!
Антон выключил воду. Вот об этом Дима утром предупреждал отдельно: он согласится дать Карине шанс, но ему нужен сотрудник, на которого можно положиться. И Антон почти торжественно заверил приятеля, что жена ответственная, быстро разберётся и никого не подведёт.
Телефон на столе завибрировал. На экране высветилось имя Димы. Карина тоже увидела, кто звонит, и сразу нахмурилась.
— Только попробуй сейчас устроить ему разборки из-за меня!
— Он мне звонит. Я должен узнать, что случилось.
— Потом поговоришь. Я сказала, что больше туда не приду. Передай и всё.
Антон пропустил вызов. Не из солидарности с женой — просто в таком состоянии он не мог одновременно разговаривать с Димой и отбиваться от Карины. Через пару секунд пришло сообщение: «Ты знаешь, что она ушла? Мы её ищем, к стойке клиент пришёл». Антон прочитал и почувствовал, как ему стало неловко за собственные вчерашние обещания.
— Они тебя искали, — сказал он.
— Ну нашли бы. У меня телефон есть.
— Ты же не взяла их звонок.
— Потому что я занята! И вообще, пусть твой Дима сам обеспечивает себе работников. Почему я должна спасать его контору?
— Никто тебя не заставляет спасать. Я спрашиваю, зачем ты ушла, не сказав ни слова.
— Потому что надоело! Ты меня слышишь? Н-а-д-о-е-л-о! И, кстати, ты ему сам скажешь, что я больше не выйду. Не собираюсь объясняться перед чужим мужчиной.
Она ушла в спальню, оставив телефон на кухонной столешнице. Антон хотел сразу перезвонить другу, но услышал оттуда:
— И не забудь про деньги! Я на завтра записываюсь!
Через десять минут Карина вернулась уже в домашнем костюме. Волосы собрала мягкой лентой, сняла украшения и устроилась на диване в гостиной, не выпуская телефон из рук. Внешне она стала спокойнее, будто предыдущего разговора вовсе не было.
— Я нашла салон с хорошими специалистами. Там целая программа, — сообщила она. — Массаж, уход, расслабляющая процедура. Тридцать две тысячи. Это со скидкой.
— За один день?
— Не за один день. За восстановление. Мне сказали, что лучше сразу комплексом, иначе толку мало.
— Кто тебе сказал? Ты же просто на сайте посмотрела.
— Я у администратора спросила. Мне теперь ещё доказывать надо?
— Сумма большая. Слушай, давай разберёмся. В этом месяце я получу около ста восьмидесяти тысяч. Восемьдесят шесть уйдёт на ипотеку. Ещё коммуналка, еда, бензин, страховка машины. Ты и так двадцать тысяч получила на свои расходы неделю назад.
— И что? Ты их сейчас назад потребуешь?
— Нет. Я говорю, что свободных тридцати двух у нас нет.
— Ты заранее решил, что я не заслуживаю даже нормального отдыха.
— Ты сегодня два часа была на работе.
— Ещё раз это скажи! Ещё раз обесцень моё состояние!
Карина села ровнее и опять заговорила громко. В каждом ответе Антона она находила новое оскорбление. Когда он предложил записать её в более доступный салон, она возмутилась, что он специально отправляет её к плохим специалистам. Когда сказал, что можно перенести процедуры на следующий месяц, спросила, не собирается ли он терпеть её головную боль целый месяц. А когда Антон предложил лечь и поспать, жена заявила, что в таком доме вообще невозможно отдыхать.
Спор прерывался ненадолго. Антон проверял рабочие сообщения, пытался ответить коллегам, а потом вновь слышал из гостиной своё имя. Он уже старался только не сказать ничего такого, после чего Карина обязательно соберёт чемодан.
Ближе к четырём он пошёл за кофе. Карина за это время успела позвонить подруге и подробно рассказать, как муж заставил её работать в ужасных условиях. Разговор она вела громко, не закрывая дверь в спальню, поэтому Антон услышал, что ему приписали и угрозы оставить жену без денег, и желание превратить её в бесплатную прислугу для друга.
Когда звонок закончился, он остановился у дверного проёма.
— Зачем ты такое рассказываешь? Я тебе не угрожал.
— А разве нет? Ты только и говоришь, что денег не будет.
— На дорогие процедуры — сейчас не будет. На продукты и всё необходимое деньги есть.
— Вот, пожалуйста. Ты ещё и решаешь, что для меня необходимое!
— Если я совсем перестану это решать, через месяц нам нечем будет платить ипотеку.
— Не прикрывайся квартирой. Ты прекрасно знаешь, что можешь взять подработку. Раньше же мог!
— Я уже беру дополнительную работу по выходным, когда её дают. Хочешь, я вообще дома появляться не буду?
— Не передёргивай. Просто я не хочу жить хуже, чем жила до свадьбы.
— До свадьбы ты работала.
Карина замолчала. Не надолго, но Антон заметил, что эта фраза её задела сильнее остальных.
— Да, работала, — ответила она. — И знаю, как это выглядит. Целый день чужим людям улыбаться. Я думала, с мужем мне уже не придётся так жить.
— А мне, значит, придётся всю жизнь?
— Ты мужчина. Ты сам всегда говорил, что хочешь обеспечивать семью.
— Хотел. И обеспечиваю. Но я не обещал, что расходы можно увеличивать без конца.
— Господи, зачем я вообще с тобой связалась… — Карина взяла с полки сумку и достала ключи. — Я сейчас поеду смотреть гостиницу. И не звони мне. Буду жить там, пока не начнёшь нормально со мной разговаривать.
— Ты серьёзно уедешь?
— Очень серьёзно. А за номер потом расплатишься. Это будет дешевле, чем доводить меня до такого состояния.
Антон посмотрел на часы. Уже шёл шестой час после её возвращения. Он не пообедал, не закончил рабочие дела, а теперь перед ним стояла жена с ключами и ждала ответа. Ему надо было бы сказать, что за гостиницу он тоже платить не станет. Надо было позвонить Диме, вернуться к работе, разобраться с расходами. Но он слишком устал спорить.
— Убери ключи, — сказал он. — Никуда ехать не надо.
— Так ты переводишь?
— Переведу. Только прекрати, пожалуйста, кричать. У меня ещё работа не закончена.
— Я не кричу. Я прошу нормально ко мне относиться.
Антон открыл банковское приложение. У них был общий семейный счёт, к которому Карине выпустили отдельную карту. Она считала этот счёт своим, хотя пополнял его почти всегда муж. Антон перевёл туда тридцать две тысячи из суммы, оставленной на страховку и другие платежи. На экране сразу уменьшился остаток.
— Пришли? — спросила Карина.
— Да.
Она проверила телефон. Только после этого положила ключи на полку.
— Вот видишь. Могли с самого начала по-человечески решить вопрос.
Он ничего не ответил. Карина заказала себе ужин с доставкой и ушла в ванную. Через некоторое время из-за двери донеслось, как она разговаривает по телефону и смеётся. Головная боль, на которую она жаловалась почти весь день, больше не мешала ей обсуждать завтрашний салон.
Антон сел за ноутбук и дописал отчёт, который должен был отправить к трём. Пришлось извиняться перед начальником за задержку. Потом он нашёл непрочитанные сообщения Димы. Приятель писал, что Карина ушла без предупреждения как раз тогда, когда мастер вышел на выезд, а другой сотрудник был занят с посетителем. Несколько звонков пропустили, одного клиента пришлось просить приехать позже.
Антон набрал Диму сам.
— Дим, привет. Извини, что не отвечал. Карина дома. Она сегодня уже не выйдет и вообще решила не продолжать.
— Это я понял, — сухо ответил приятель. — Почему она не могла сказать об этом мне? Я бы спокойно отпустил. Люди приходят, пробуют, отказываются. Нормальная история. Но она просто оставила стойку и исчезла.
— Я знаю. Мне очень неудобно.
— Тебе неудобно, а мне потом весь день объяснять клиентам, почему никто трубку не берёт. Мы ведь договаривались, что она хотя бы один день отработает и посмотрит.
— Договаривались. Прости. Я не ожидал, что так выйдет.
Дима помолчал.
— Антон, я тебя по старой дружбе послушал. Мне человек нужен, а не семейные разборки. В следующий раз, пожалуйста, не ставь меня в такое положение.
— Не поставлю.
— И передай ей, чтобы пропуск вернула. Можно через тебя, не обязательно самой приезжать.
— Передам. Ещё раз извини.
Приятель ответил коротко и закончил разговор. Никто не ругался, не угрожал и не оскорблял Антона. От этого было не легче. Дима всегда помогал ему, когда мог, а сегодня вынужден был тратить время на проблему, которую приятель принёс в его офис собственными руками.
Антон поднял со стола пластиковый пропуск. Он так и лежал возле остывшего обеда. Подумал, что можно завезти карточку Диме завтра, после работы, и положил её в карман куртки. Потом зашёл в банковское приложение, открыл расходы и посмотрел, сколько денег осталось до зарплаты. Страховку машины придётся оплатить позже. На продукты хватит, если не покупать ничего лишнего. Он ещё мог договориться о подработке в субботу, но тогда не получится помочь матери с ремонтом крана, как он обещал.
— Антон! — позвала Карина из ванной. — Там доставку привезут минут через двадцать. Ты заберёшь? Я уже умылась и не хочу опять одеваться.
— Заберу.
— И завтра утром отвезёшь меня в салон? К одиннадцати надо быть.
Он прикрыл глаза. На работу, которую жена бросила через два часа, он отвозил её в девять. Прошло меньше суток, а теперь его просили отвезти её отдыхать от этой работы.
— Завтра у меня совещание. Возьми такси.
— Ну хоть так, — ответила она. — Слава богу, на это деньги есть.
Ночью они почти не разговаривали. Карина листала фотографии салонных процедур, выбирала платье на предстоящую встречу с подругами и время от времени спрашивала, почему муж такой мрачный. Антон говорил, что устал. Она советовала ему поменьше переживать из-за работы. Сам он лёг за полночь: нужно было закончить работу.
На следующее утро Карина проснулась поздно. Она даже не спросила, как прошёл его разговор с Димой. За завтраком уточнила только, не сможет ли Антон забрать её из салона, потому что после массажа ей будет неудобно ехать в метро.
— Я буду в офисе до вечера, — сказал он.
— Ладно, закажу машину. Ты опять нервный какой-то.
Антон хотел сказать, что за такси тоже придётся заплатить из тех денег, которые уже закончились. Но промолчал. Он отвёз пропуск Диме по пути на работу, отдал охраннику в конверте и написал приятелю короткое сообщение. Дима ответил «Получил, спасибо». Больше они в тот день не общались.
После обеда на телефон Антона стали приходить уведомления о покупках с дополнительной карты Карины. Сначала оплатили массаж. Потом уход за лицом и ещё одну дорогую процедуру. Чуть позже списали деньги за косметику, которую салон предложил после посещения. Всего за несколько часов ушло почти двадцать девять тысяч из переведённых тридцати двух.
Он открыл сообщения жены. Карина прислала фотографию чашки кофе с аккуратным десертом и написала: «Наконец-то прихожу в себя». Следом появилось сообщение: «У них ещё отличный курс, хочу записаться на следующую неделю. Надо будет доплатить».
Антон набрал её номер.
— Карин, ты вчера получила тридцать две тысячи. Я вижу, что почти всё потрачено. На какой ещё курс ты собралась?
— Антон, ну опять! — ответила она раздражённо. На заднем фоне кто-то предлагал ей выбрать дату записи. — Мне специалист объяснила, что одной процедуры недостаточно.
— Подожди с записью. Нам за квартиру платить через шесть дней.
— Мы вчера об этом уже говорили. Сколько можно?
— Не договорили мы ничего. Я перевёл деньги, потому что ты собиралась уезжать и кричала весь день.
— Значит, теперь будешь припоминать? Я вообще не понимаю, зачем ты звонишь. Я только успокоилась, а ты опять начинаешь.
— Ты собираешься искать другую работу?
— После вчерашнего? Ты серьёзно?
— Я спрашиваю, что нам делать с расходами.
— Оставь меня наконец в покое, Антон! Ты мне уже весь отдых испортил. Вечером поговорим, если научишься нормально разговаривать.
Она отключилась первой. Через несколько минут пришло ещё одно уведомление: небольшая предоплата за запись на следующую неделю. Карина решила не ждать согласия мужа. Антон посмотрел на сообщение, потом открыл календарь и написал коллеге, что готов выйти на дополнительную смену в субботу. За неё обещали заплатить только в следующем месяце, но другого способа вернуть потраченные деньги он пока не видел.
Вечером Карина встретила его дома в хорошем настроении. Она рассказала, какой внимательный был массажист, как понравился новый уход и что подруги теперь тоже собираются в этот салон. О поиске работы не было сказано ни слова. Когда Антон спросил, зачем она внесла предоплату за новый курс, Карина сразу нахмурилась:
— Ты опять за своё? Я же просила хотя бы один день меня не трогать!
Он снял куртку и пошёл на кухню. В холодильнике стояла вчерашняя еда, которую Карина даже не разогревала. Муж поставил тарелку в микроволновку и открыл приложение банка. До ипотечного платежа оставалось шесть дней. Нужную сумму он соберёт, если перенесёт страховку, откажется от других покупок и займёт немного из денег на коммунальные расходы, которые придут позже.
— Ты меня слышал? — крикнула жена из гостиной. — Я спрашиваю, можно мне на следующей неделе записаться на вторую процедуру?
— Я слышал, — ответил Антон. — Сегодня денег на это нет.
— Ну началось! Ты когда-нибудь сможешь перестать меня изводить своими разговорами об экономии?
Он не стал спорить. Просто выключил микроволновку, вынул ужин и сел за стол. В субботу ему снова предстояло работать, а Дима, с которым он прежде мог обсудить любую неприятность, теперь отвечал ему только по делу. Карина тем временем выбирала следующую процедуру и ждала, когда муж, как обычно, перестанет сопротивляться. Основания надеяться на это у неё были: вчера он уже уступил…













