– Я уверена, что Денис мне сегодня обязательно сделает предложение! – щебетала Роза в трубку, делясь последними новостями с подругами. Она и вправду была уверена в том, что сегодняшний ее визит к парню закончится красивым колечком с приличненьким таким камушком. Ну а как иначе? Для чего еще Денис мог позвать ее в гости? Он говорил так таинственно и пространственно, что других мыслей у девушки просто не возникало! – Вечерком позвоню, расскажу во всех подробностях. А ещё и фоточки скину, обязательно похвастаюсь своим колечком!
Девушка отключилась, убрала в телефон сумочку и остановилась перед дверью подъезда. Дом был элитным, на первом этаже сидел охранник, который пропускал строго по записи. И Розе каждый раз становилась немного не по себе, будто бы она не достойна находиться в подобном месте. Конечно, она от себя эти мысли гнала, считала себя куда более достойной богатой жизни, чем многие другие, и вела себя крайне уверенно. А может даже немного нагловато… Но она хотела, чтобы никто вокруг не подумал, что ей неловко.
Охранник просканировал её взглядом, и с очень серьезным выражением лица гибнув в сторону лифтов, мол, проходите, вас ожидают. Розу подобное поведение жутко задело. Она считала, что охранник обязан быть с ней крайне вежливым и уж точно не просто кивать! В конце концов, она будущая жена наследника хозяйки этой квартиры. Да, немного сложновато, но суть от этого не меняется. Скоро она станет представителем элиты. И уж кто-кто охранник должен это прекрасно понимать. Ничего, она решила, что первым делом, выйдя замуж за Дениса, она обратится в управляющую компанию этого дома и потребует данного охранника уволить за наглость.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Денис. Он выглядел… обычным. В джинсах, в футболке с каким-то логотипом, будто собирался не судьбоносный вечер устраивать, а просто посидеть за компьютером. И это немного напрягло девушку. Неужели она ошиблась? И приглашение Дениса в гости совершенно не предполагало никаких торжественных событий? Тогда зачем он её вообще позвал? Обычно они встречались в каком-нибудь кафе или ресторане. Просто так в гости к нему она ходила всего пару раз.
– Привет, – сказал он, и как-то очень странно усмехнулся, разглядывая её наряд. Ну да, Роза оделась весьма нарядно, но она дождала совершенно другого! – Заходи.
Девушка всё сильнее и сильнее волновалась. Ну, как-то день совсем не смахивает на человека, готовящегося сделать предложение. А ведь ещё вчера он буквально пил ей о любви, обещал свозить её на море, познакомиться со своими друзьями. Почему же сегодня он так холоден к ней? Почему не смотрит? Почему не обнял? Неужели случилось что-то такое, чего она не знает…
Нет, отставить сомнения! Она обязана выйти замуж за Дениса. Где она ещё такого удачного кавалера себе найдёт? Красивый, умный, богатый, с отличной квартирой. Она столько всего сделала, чтобы привлечь к себе его внимание. Сейчас она отступать точно не готова! Она сделает всё возможное, чтобы стать мадам Агатовой!
Но когда они зашли в гостиную, все её надежды испарились, словно дым. Денис пригласил её явно не для разговоров о браке, нет… На диване, прямая, будто проглотившая линейку, сидела женщина. Александра Викторовна, мать Дениса. Она была одета в строгий костюм тёмно-серого цвета, волосы уложены в тугой пучок, на лице – ни намёка на улыбку. Только лёгкая складка у переносицы, будто она пыталась разглядеть что-то мелкое и неприятное.
Женщина медленно подняла глаза, скользнула взглядом по Розе – от туфель до причёски, задержавшись на серьгах, потом снова вернулась к лицу. И в этом взгляде не было ни любопытства, ни доброжелательности. Только холодный расчёт, как у аудитора, проверяющего отчётность.
– Так вот ты какая, Роза. Наглая и беспринципная, – произнесла Александра Викторовна, не обращаясь ни к кому конкретно, просто констатируя факт. – И хватило же у тебя смелости заявиться в мою квартиру и нацелиться на моего сына.
Денис закатил глаза и уселся в стоящее неподалеку кресло и смотрел на происходящее, как на интересный спектакль. Естественно, он понимал, что мать далеко не в восторге от выбора его девушки. Но к Розе он особо каких-то чувств и не испытывал. С ней было интересно провести время. Она была красива, умна. Но на этом всё, таких девушек много. И ссориться с матерью из-за неё он точно не собирался.
– Итак, я думаю, нам с тобой, Роза, нужно серьёзно поговорить.
Роза кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой комок. Судя по тону, эта дама категорически против её вхождения в семью. Девушке оставалось только надеяться на то, что Денис окажется сильным и сможет противостоять матери. Хотя… Судя по тому, как он молча сидит и с ухмылкой смотрит на происходящее… От него помощи ждать точно не приходится! Но тогда зачем он её вообще позвал? Неужели хочет сообщить об их разрыве вот таким вот самым унизительным способом!
– Я не люблю ходить вокруг да около, – продолжала Александра Викторовна, голос её был ровным, почти будничным, от чего становилось ещё страшнее. – Когда мой сын приводит кого-то домой, я хочу знать, кто эта девушка. Не из сплетен, не из соцсетей, а из проверенных источников.
Роза буквально заледенела. Она была далеко не ангелом. И её поведение вызывало некоторые вопросы. Она не считалась с чужими чувствами и, если видела перед собой цель, шла к ней напролом. Таким образом, она пыталась увести одного мужчину из семьи (увы, неудачно), пыталась разбить сложившуюся пару (тоже не получилось), пыталась выманить у одного обеспеченного бизнесмена побольше денег (вот это, кстати, удалось). Её нельзя назвать образцом добродетели. И если Александра Викторовна обо всём об этом узнала, то неудивительно, почему она смотрит на неё, как на пустое место.
– Ты девушка вроде умная, так что понимаешь, что Денису не подходишь совершенно, да?
– О чём именно я не подхожу Денису? – выпалила Роза, голос её дрожал, но она старалась держаться прямо. – Я хорошая, красивая, умная… Да, у меня нет богатых родителей, ну и что? Я вполне приличная девушка!
Александра Викторовна чуть наклонила голову, будто рассматривала редкий экспонат в музее. Ну точно наглая особа! Она ведь прямым текстом сказала, что знает все подробности прошлого этой девушки. Но почему-то Роза пытается стоять на своём и играть до конца роль хорошей девочки, да?
– Неужели ты думала, что я позволю своему сыну жениться на первой встречной и не проверю её? – спросила она, и в голосе её не было злости, только ледяная уверенность. – Конечно, я всё проверила. Досконально. Я прекрасно знаю, кто ты такая. Знаю, что ты связалась с моим сыном не просто так.
Роза хотела было возмутиться, но вовремя прикусила язык. Зачем отрицать очевидное? Лучше повернуть это себе на пользу. В её голове мгновенно сложился сценарий: сейчас она покажет, что не собирается устраивать скандалов, если ей предложат достойные условия. Пусть думают, что она просто прагматичная девушка, которая хочет гарантий.
– Вы… вы не имеете права так говорить! – прошептала Роза, но в этом шёпоте уже не было искреннего возмущения – скорее, это была поза, рассчитанная на то, чтобы вызвать сочувствие или хотя бы заставить собеседницу быть осторожнее в выражениях. – Я не какая-то охотница за богатством!
– Имею, – спокойно ответила Александра Викторовна. – Это мой дом, мой сын, моя семья. И в этой семье такие, как ты, не нужны.
Денис по-прежнему молчал. Теперь он был крайне увлечён происходящим на экране телефона и попросту игнорировал девушку. По нему было видно, что он абсолютно устранился от данного конфликта и ему абсолютно плевать, чем всё закончится.
– Денис! – крикнула она, голос сорвался на визг, но ей уже было всё равно. – Ты позволишь ей так со мной разговаривать? Ты хоть что-нибудь скажешь?
Он медленно повернул голову и усмехнулся.
– Ну… я здесь ничего не решаю, – протянул он, пожимая плечами, будто речь шла не о её унижении, а о выборе фильма на вечер. – Всё будет так, как сказала мама. Я не собираюсь ссориться с родным человеком из-за такой, как ты. Уж извини.
От этих слов Роза буквально онемела. То есть Денису плевать, что его мать унижает его девушку, да? Или он уже просто не считает её своей девушкой… Но так несправедливо! Она потратила на него несколько месяцев своей жизни, и уйти просто так, не получив ничего взамен… Нет, она такой не подписывалась!
– Знаете что, – сказала она, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело от смеси обиды и азарта. – Если я вам не подхожу, хорошо, я это могу ещё как-то понять, но, знаете ли, я хочу компенсацию за потраченное на вашего сына время. А если вы решите меня проигнорировать, я ведь могу и к прессе обратиться. Ваша семья имеет определённую репутацию, а я могу доставить вам немало проблем.
Александра Викторовна приподняла бровь, явно не ожидая такого поворота.
– И какие же? – спросила она, в голосе проскользнуло едва заметное любопытство.
Роза глубоко вдохнула. Теперь главное – не переборщить с суммами, но и не продешевить.
– Скажем так, – начала она, подбирая слова так, чтобы они звучали не как вымогательство, а как деловое предложение. – Если вы не хотите, чтобы я поднимала шум в прессе и просто портила вашу репутацию своими словами, то я жду от вас определённой суммы денег. Естественно, я не собираюсь требовать от вас какую-то громадную сумму, нет. Мне просто нужна квартира, и я думаю, вы можете мне помочь с этим. А ещё бы мне не помешала какая-то сумма ежемесячно. Ну, пока, по крайней мере, на ноги не встану.
В комнате повисла тишина. Даже Денис замер, пораженный подобной наглостью. Эта девица встречалась с ним всего-то несколько месяцев, а вот такие запросы предъявляет. Кем она себя возомнила-то вообще?
Александра Викторовна смотрела на Розу так, будто видела её насквозь. И Роза вдруг поняла, что недооценила эту женщину. В её взгляде не было страха перед скандалом или желанием поскорее откупиться. Скорее, там читался холодный анализ: сколько стоит эта девушка, насколько она опасна и как лучше всего нейтрализовать потенциальную угрозу.
– Интересная позиция, – наконец произнесла Александра Викторовна, чуть наклонив голову. – Ты не пытаешься доказать, что любишь моего сына. Не кричишь о несправедливости. Просто хочешь получить свою долю. Прямолинейно. Даже честно, по-своему.
Роза пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной.
– Зачем притворяться? – сказала она. – Я вижу, что здесь мне не рады. И я не собираюсь навязываться. Но и уходить с пустыми руками не хочу.
Александра Викторовна откинулась на спинку дивана, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику.
– Вот только ты слишком сильно переоцениваешь свои возможности, дорогая. Каким образом ты можешь испортить репутацию нашей семьи? Скажешь, что мой сын встречался с тобой какое-то время, а потом вы расстались? И что в этом такого странного? Эта жизнь, такое бывает. Вы же не были женаты, в конце концов. Он тебя не изменял, не вел себя как-то по отношению к тебе странно. Он тебя не бил, не унижал, не оскорблял. Зато он дарил много подарков, причем дорогих подарков. Он относился к тебе как к принцессе какой-то. Так, ответь мне, что такого компрометирующего ты можешь предоставить прессе?
Роза молчала. Она ошиблась. Она не может тягаться с подобным человеком. Александра Викторовна не первый год держит в своих хрупких руках огромную компанию и прекрасно знает, как справляться с такими, как Роза. Так что у девушки не было ни единого шанса получить хотя бы что-то…
Из квартиры она вышла на дрожащих ногах. Ее план полностью провалился. Она не только не получила предложение, так еще и была опозорена. И что теперь говорить подругам? Они-то ждут подробностей…
Лифт полз вниз невыносимо медленно, и каждая секунда казалась вечностью. Её мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать оптимальное решение данной проблемы. Она не хотела, чтобы все вокруг подумали, что у неё настолько раздутое самомнение, что она приняла желаемое за действительное. Как она может объяснить тот факт, что вместо свадьбы получила расставание? Пока она не знала…
В итоге Роза набрела на какую-то небольшую кофейню и уселась за столик. Внутри было тепло и шумно, пахло свежей выпечкой и кофе. Роза села у окна, заказала горячий шоколад, хотя терпеть его не могла, и уставилась в темноту за стеклом. Подружки уже писали в чате: “Ну как? Рассказывай!”, “Он сделал предложение?”, “Мы все ждём!”. Она смотрела на эти сообщения, и пальцы сами набирали ответ: “Он хотел сделать предложение, но настоял на брачном договоре. Я отказалась. Если он мне не доверяет, нам не по пути”.
Пальцы дрожали, когда она нажимала “отправить”, но в тот момент это казалось единственным способом сохранить лицо. Подружки тут же начали возмущаться, жалеть её, писать, какой Денис подлец, и Роза, уткнувшись в чашку с остывшим шоколадом, позволяла себе эту иллюзию поддержки. На самом деле ей было не так уж важно, что они думают. Важнее было то, что теперь у неё есть козырь: она не выглядит брошенной жертвой, она выглядит женщиной, которая не готова мириться с несправедливыми условиями.
Дни шли, разговоры постепенно стихали, и Роза старалась не думать о том, что произошло. Она ходила на бары, строила какие-то планы и присматривала себе нового кавалера с таким же толстым кошельком и щедрой натурой, но пока безрезультатно. И вот в один день их группу отправили на медосмотр в рамках практики. Роза никак не ожидала услышать подобную новость.
– Поздравляю, вы беременны.
И тут в голове у Розы щёлкнуло. В голове мгновенно сложился новый план, более дерзкий и расчётливый. Теперь ставки были выше. Ребёнок – это не просто повод для алиментов, это рычаг давления, гарантия того, что семья Дениса не сможет просто отмахнуться от неё.
Теперь у неё было два пути. Первый: Денис платит ей крупные алименты, и она, скрепя сердце, воспитывает ребёнка сама – так уж и быть, раз уж обстоятельства вынуждают. Второй: семья Дениса забирает ребёнка на воспитание, но выплачивает ей солидную единовременную сумму и ежемесячные выплаты как матери наследника. Роза даже мысленно улыбнулась, представляя, как будет обосновывать эту идею: “Я дала ему жизнь, я имею право на поддержку, пока он растёт в вашей семье”.
Но сразу рассказывать Денису она ничего не стала. Нет. Сначала она дождётся, пока ребёнок родится, и подаст на определение отцовства, чтобы уж Денис точно не смог выкрутиться. А пока она возьмёт академический отпуск и уедет в родной город к родителям. Там она придумает какую-нибудь трогательную историю и дождется рождения малыша…
В итоге Роза так и сделала. Отец, седой и немного сутулый, встретил её на вокзале, обнял, не задавая лишних вопросов. Мать всплеснула руками, начала суетиться, готовить её любимые пирожки, и Роза, глядя на эту привычную суету, вдруг почувствовала, как на плечи ложится тяжесть новой лжи. Теперь ей нужно было не просто придумать историю, а сделать её достаточно убедительной, чтобы родители не задавали лишних вопросов и не пытались её переубедить.
– Он оказался не тем, кем казался, – сказала она, глядя в окно, за которым моросил мелкий дождь. – Бросил меня, когда узнал про ребёнка. Ещё и угрожал, что заберёт его, если я буду поднимать шум. Я испугалась… за себя, за малыша. Поэтому уехала.
Родители переглянулись, и в этом взгляде было столько боли и сочувствия, что Роза едва не почувствовала укол совести. Но она быстро подавила это чувство. Сейчас не время для сантиментов. Ей нужно было выиграть время, чтобы всё подготовить.
Время шло. Роза обустраивала маленький уголок в родительской квартире, покупала крошечные вещички для малыша – не потому, что ей хотелось, а потому, что это было частью её легенды. Пусть родители видят, что она заботится о ребёнке, пусть думают, что она переживает. На самом деле все её мысли были заняты другим: как подать заявление в суд, как сформулировать требования, как сделать так, чтобы семья Дениса поняла, что с ней лучше договориться, чем воевать.
Когда родился мальчик, Роза смотрела на его сморщенное личико, на крошечные пальчики, и слёзы катились по щекам, но теперь это были слёзы не облегчения, а усталости. Она устала притворяться, устала держать в голове десятки сценариев, устала просчитывать каждый шаг. Но она знала: это ещё не конец. Самое главное впереди.
Она подала заявление в суд об установлении отцовства. И почти сразу получила приглашение на встречу от Александры Викторовны. Роза шла на эту встречу с высоко поднятой головой, уверенная, что сейчас ей предложат деньги, много денег, чтобы она исчезла из жизни Дениса и его семьи. Она даже продумала, как будет торговаться, как сделает вид, что ей важны не деньги, а справедливость.
Но когда она вошла в роскошный офис, где пахло дорогим деревом и кофе, и увидела не только Александру Викторовну, но и строгого мужчину в костюме – адвоката, – её уверенность дала трещину.
– Присаживайтесь, Роза, – вежливо, но холодно сказала Александра Викторовна, указывая на кресло напротив. – Мы обсудили вашу ситуацию и пришли к выводу, что нам нужно прояснить несколько моментов.
Роза села, чувствуя, как дрожат колени. Она хотела казаться сильной, но голос предательски дрогнул:
– Я не собираюсь отказываться от своих прав. Ребёнок – это не предмет торга.
Александра Викторовна слегка наклонила голову, будто оценивая её слова.
– Никто не собирается лишать вас прав, – спокойно произнесла она. – Но мы хотим, чтобы мальчик рос в достойных условиях. У нас есть всё необходимое для его воспитания: дом, образование, возможности. А что есть у вас?
Роза сжала кулаки, чувствуя, как ногти снова впиваются в кожу. Теперь она понимала, что Александра Викторовна играет не по её правилам. Судя по всему, она просто хочет отобрать ребёнка, не предложив ей взамен ни копейки. Так дело не пойдёт. У Розы был план, и она не собирается отступать от него.
– У меня есть любовь, – выпалила она, но даже ей самой эти слова показались пустыми, будто она повторяла заученную фразу из плохого фильма. – Я буду любить его, заботиться о нём. Это важнее денег.
Адвокат кашлянул, делая пометку в блокноте, и Александра Викторовна чуть заметно улыбнулась. Женщина прекрасно понимала, о чем на самом деле думала Роза. Она раскусила ее еще при первой встрече. И сейчас давать ей ни единого шанса не собиралась.
– Любовь – это прекрасно, – сказала она. – Но любовь не оплачивает счета, не обеспечивает безопасность, не даёт стабильности. В общем-то, ты не можешь быть хорошей матерью для этого ребенка. У тебя для этого нет ничего. Кроме как желание отвоевать у меня побольше денег. Ты меркантильная девушка, Роза. И это легко доказать. И кстати, у меня есть видеозапись того самого разговора о компенсации за потраченное время. Как ты думаешь, на чью сторону встанет суд в таком случае?
Роза покачала головой, чувствуя, как внутри закипает гнев – теперь уже не наигранный, а настоящий. Её план рушился прямо на глазах! Она рассчитывала на деньги, на спокойное соглашение, а вместо этого ей предлагали отказаться от ребёнка.
– Что вы от меня вообще хотите? Считаете, раз у вас есть деньги, то вы способны на всё что угодно? Я мать этого ребёнка, я имею на него все права! И я смогу его воспитать достойно. А вы его вообще никогда не увидите! Ясно вам?
– Мы хотим обеспечить его будущее, – ровно ответила Александра Викторовна. – И, если суд подтвердит, что это сын Дениса, мы будем ходатайствовать о том, чтобы мальчик жил с нами.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Роза вскочила, стул с грохотом отъехал назад, но она даже не заметила этого.
– Вы не можете так поступить! – закричала она, голос срывался на крик. – Он мой сын! Я его родила, я буду его воспитывать!
Адвокат поднял руку, призывая к спокойствию, но Роза уже не могла сдерживаться. Её план рассыпался на глазах, и от этого становилось только злее.
– Я сама готова отдать вам ребёнка! – выкрикнула она, голос звенел от напряжения, а в груди всё сжималось от осознания, что приходится идти ва-банк. – Сама! Но только на моих условиях. Вы забираете мальчика, воспитываете его, да хоть в золоте купайте – мне всё равно. Но я хочу крупную разовую выплату за то, что не буду мешать, и ежемесячные отчисления как матери наследника. Это справедливо! Я дала ему жизнь, я имею право на компенсацию.
Александра Викторовна даже не шелохнулась. Лицо её оставалось непроницаемым, будто она слушала не эмоциональный монолог, а сухой отчёт бухгалтера.
– И опять это замечательное слово компенсация. Ты предлагаешь сделку, – спокойно произнесла она, чуть наклонив голову. – Ребёнок в обмен на деньги. И ты готова добровольно отказаться от материнства?
Роза сглотнула. Слова “отказаться от материнства” царапали слух, но она заставила себя кивнуть.
– Да, – сказала она твёрже, чем чувствовала на самом деле. – Мне не нужна эта беготня с бутылочками и бессонные ночи. У меня другие планы. Я хочу стабильности, хочу жить нормально, а не сводить концы с концами. Если вы можете это дать – я согласна.
Адвокат что-то быстро записал в блокнот, а Александра Викторовна медленно выдохнула, будто взвешивала каждое слово.
– Это не так просто, Роза, – произнесла она наконец. – Мы не покупаем детей. Мы хотим обеспечить будущее сына Дениса. И если ты действительно готова отказаться от воспитания ребёнка ради денег, это будет учтено в суде. Ты сейчас совершила огромную ошибку, заявив вот это всё в моём офисе. У меня повсюду камеры. У меня есть свидетель твоего поведения. Неужели ты сейчас хоть на что-то рассчитываешь? Какая же ты наивная…
Роза почувствовала, как внутри всё холодеет. Она не ожидала, что её предложение воспримут не как шанс договориться, а как ещё один пункт для разбирательства.
– Но это же логично! – настаивала она. – Зачем вам скандал, пресса, эти бесконечные суды? Давайте решим всё тихо, по-деловому. Я подписываю все бумаги, вы платите – и мы больше не пересекаемся.
Александра Викторовна едва заметно покачала головой.
– Не будет никаких скандалов. Нет, наоборот Денис будет выглядеть в глазах обычных людей настоящим героем, который забирает своего ребенка из рук нерадивой матери. От матери, которая пыталась своего собственного ребенка продать подороже, – холодно улыбнувшись, произнесла женщина. Ты не понимаешь, что творишь и ошибку совершила. Но скоро поймешь. Встретимся в суде.
Роза вышла из офиса, чувствуя, как дрожат руки. Она пыталась держаться прямо, но внутри всё сжималось от страха: а вдруг они не заплатят? Вдруг суд встанет на их сторону, и она останется ни с чем?
Она вернулась домой в оцепенении. она стала плакать говорить о том, что ее ребенка хотят внаглую отобрать, а она не хочет отдаваться его драгоценного сына, но не знает что ей делать! Ее противники богатая семья бизнесмены известные люди, а кто она? Роза заявила, что ужасно боится, что судьбу просто не станет церемониться с ней и отдаст малыша семье Дениса. И это несмотря на то, что она мать. Отец её выслушал и сказал, что если дело обстоит именно так, как рассказала Роза, то у неё есть все шансы оставить малыша с собой. Обычно суд оставляет ребёнка с матерью, если нет никаких особых обстоятельств. А она положительная, не пьёт, не курит, у неё нет никаких вредных привычек. Какой же повод отбирать у неё ребёнка? Роза немного успокоилась, но напряжение всё равно не отпускало её.
Суды шли один за другим. Роза приходила на заседания, стараясь держаться спокойно, но каждый раз, видя Дениса и Александру Викторовну вместе, чувствовала, как внутри поднимается волна паники. Она настаивала на своих требованиях: либо крупные алименты, либо единовременная выплата и ежемесячные отчисления при передаче ребёнка семье Дениса. Её аргументы звучали всё более отчаянно, и судья, пожилой мужчина с усталыми глазами, слушал её с едва скрываемым презрением.
А потом настал день, когда судья вынес решение: ребёнок будет жить с отцом. У Дениса и Александры Викторовны были все условия для воспитания мальчика: стабильный доход, просторный дом, планы на будущее. А Роза… Роза показала себя в суде не с лучшей стороны. Её настойчивость в финансовых требованиях, её готовность отдать ребёнка ради денег – всё это сложилось в картину женщины, для которой ребёнок был скорее инструментом, чем смыслом жизни.
Когда судья зачитал решение, Роза почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она смотрела на Дениса, который сидел с каменным лицом, на Александру Викторовну, которая едва заметно кивнула, будто подтверждая правильность решения, и понимала, что проиграла. Не просто суд, а саму возможность получить хоть какую-то выгоду из этой ситуации.
Она вышла из зала суда, не чувствуя ног, и села на скамейку в коридоре, где пахло дезинфекцией и старой краской. Мимо проходили люди, кто-то спешил, кто-то смеялся, а она сидела, глядя в одну точку, и думала, что дальше делать. Денег не будет, ребёнка у неё забрали, а её репутация теперь под вопросом…
**************
Прошло несколько месяцев. Роза пыталась собрать себя по кусочкам. Она вернулась к учёбе, нашла подработку в кафе, старалась не думать о том, что потеряла единственный шанс на обеспеченную жизнь.
Однажды, когда она стояла за стойкой, протирая чашки, к ней подошёл мужчина. Он был старше её лет на пятнадцать, в дорогом пальто, с внимательными глазами. Заказал кофе, улыбнулся, завязал разговор. И Роза, сама не понимая почему, начала рассказывать ему свою историю – не всю, конечно, только ту часть, где она потеряла и деньги, и ребёнка, где её предали, где она осталась одна и без средств к существованию.
– Меня просто использовали как инструмент, – говорила она, глядя ему прямо в глаза, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я пыталась отстоять своего ребёнка, но мне не получилось! Деньги в этом случае решают очень многое… У семьи Дениса было много, а у меня нет… И суд решил, что я недостойна воспитывать собственного сына.
Мужчина слушал, не перебивая, кивал, иногда задавал уточняющие вопросы. Когда она закончила, он протянул ей салфетку – она и не заметила, что плачет.
– Жизнь не заканчивается на одном поражении, – тихо сказал он. – Иногда нужно просто остановиться, перевести дух и посмотреть, куда идти дальше.
Роза кивнула, вытирая слёзы, и вдруг поймала себя на мысли, что этот мужчина ничего себе так. И кто знает, возможно, то, что он старше Розы, это даже лучше. Он надёжный, и, если он не женат, можно попробовать устроить свою судьбу с ним.
– Попробуй поработать у меня, – на деле мужчина не замечал привлекательности Розы. Нет, он просто хотел помочь девушке, а та уже планы себе понастроила, конечно. – Там спокойнее, да и зарплата выше. А если захочешь, можем поговорить и о чём-то большем – о развитии, о планах. Ты ведь умная девушка, просто сейчас тебе тяжело.
Роза согласилась почти не раздумывая. Сначала она будет просто сотрудником, которым удивляется немного больше внимания, чем другим. А потом… Кто знает, кем она станет потом…
