Экономия на совести

На кухне тянуло подрумяненным луком и сладковатым духом, похоже, ванилью из пирога.

— Ты опять принесла этот майонез в голубой банке? Сергей держал банку двумя пальцами, словно опасался испачкаться.

— Ольга, сколько можно объяснять? Разумные люди покупают «Сливочный стандарт». Разница всего сорок рублей, а вкус совсем другой.

Ольга продолжала шинковать овощи и даже не подняла головы.

— У меня перечень продуктов, Сергей. Мама попросила приготовить конкретный салат. Туда нужен именно такой майонез, без всяких добавок.

— Вот поэтому у тебя и не получается смотреть шире. Ты все еще живешь по старым записям, а пора мыслить расчетливо.

Он опустил банку на стол с негромким стуком, словно поставил последнюю точку в уже выигранной перепалке.

— Я вчера свел расходы за последние три месяца. Знаешь, какая сумма уходит на всякие пустяки? Почти пятнадцать тысяч. Пятнадцать тысяч, Ольга. На эти деньги можно устроить себе нормальные выходные где-нибудь за городом.

— Сергей, сегодня у мамы праздник. Может, финансовый разговор оставим на потом?

— Вот как раз из-за сегодняшнего вечера и нужно поговорить сейчас. Ты опять приедешь к матери и начнешь жаловаться, что все дорожает. А я вам обеим покажу, как правильно распоряжаться деньгами.

Ольга без слов продолжила резать морковь, подгоняя ломтики один к одному. Так она делала с малых лет. Руки занимались привычным делом и немного успокаивались, когда внутри уже поднимался резкий ответ.

— Кстати, я нашел полезную программу, — не унимался Сергей, проводя пальцем по экрану телефона. — Называется «Экономный счет». Там возврат денег настоящий, не такая мелочь, какая бывает у банков. Я уже присоединил к ней все свои карты.

Экономия на совести

— Хорошо, Сергей.

— Ты даже не представляешь, сколько людей переплачивает из-за собственной лени. Нужно один раз разобраться, и все становится понятно. Я разобрался. Вот, например, на прошлой неделе взял бутылку на пробной продаже. Обычно она стоит три тысячи, а мне досталась за тысячу двести. Вот что значит думать с пользой.

Ольга повернулась к нему и вытерла ладони кухонным полотенцем.

— Сергей, а подарок маме ты приготовил?

Он ненадолго замолчал, будто в памяти пришлось отыскивать нужный ответ.

— Конечно, приготовил. Купил ей кашемировую шаль. Вещь, между прочим, дорогая.

— Сколько она стоила?

— Ну, около восьми тысяч.

Ольга внимательно посмотрела на мужа и ничего не сказала. Она давно поняла: если сразу задать второй вопрос, правда может спрятаться еще глубже.

— Ладно, пора выдвигаться, — произнес Сергей, взглянув на часы. — Собирайся. Опоздаем, а твоя мама терпеть не может, когда гости приходят не вовремя.

Нина Сергеевна жила в старом доме возле парка. Высокие потолки, лепные узоры, давно не знавшие свежей краски, придавали квартире особый вид. В прихожей пахло мебельным воском и выпечкой, которая доходила в духовке.

Дверь открыла Нина Сергеевна. На ней был нарядный костюм, поверх которого красовался кухонный фартук.

— Ну наконец-то. Я уже решила, что вы попали в пробку.

— Мамочка, поздравляю! Ольга крепко обняла ее и коснулась щекой щеки.

— Нина Сергеевна, это вам от нас с Ольгой, — Сергей протянул букет, завернутый в плотный лист с золотистым рисунком.

— Спасибо, Сергей. Проходите. Обувь снимайте, не стойте в дверях.

В гостиной все было подготовлено к застолью. Вдоль стола стояли стулья, на белой скатерти красовались накрытые блюда, рядом лежали приборы, вычищенные до зеркального блеска. Возле окна на обоях темнел знакомый след. Когда-то там стояла ваза с розами, и острые стебли оставили на штукатурке тонкие царапины. Замаскировать их так и не получилось.

— Мам, у тебя опять эти следы на стене, — заметила Ольга, разглядывая старый узор. — Может, уже сменить обои?

— Не нужно. Эти отметины мне дороже свежего ремонта. Тут твой отец когда-то ставил розы. Помнишь?

Ольга кивнула и не стала продолжать разговор.

Сергей тем временем медленно оглядывал комнату, будто приехал принимать квартиру.

— Нина Сергеевна, а новый телевизор вы не собирались приобрести? Этот совсем небольшой, еще старой модели.

— Мне его хватает. Я передачи смотрю, сериалы. Зачем мне огромный экран?

— Сейчас техника совсем иная. Я недавно поставил себе «Лучезар». С телефона можно вывести фотографии, записи, фильмы. Очень удобно.

— Потом объяснишь, если будет время, — спокойно ответила Нина Сергеевна и отправилась на кухню. На плите уже начинал шуметь чайник.

Примерно через полчаса в прихожей прозвенел звонок. На пороге появились Павел и Елена, давние приятели семьи. Сергей и Ольга познакомились с ними еще на прежней работе, когда Сергей служил управляющим в строительной фирме «Крепкий дом».

— Поздравляем! Елена вручила Нине Сергеевне коробку конфет и небольшой букет тюльпанов.

— Проходите скорее, — засуетилась хозяйка. — Как добрались?

— Все нормально. Возле станции опять что-то ремонтируют, пришлось ехать в обход, — ответил Павел, снимая верхнюю одежду.

Сергей сразу подошел к нему и крепко пожал руку.

— Павел, привет! Как у тебя дела? Все еще работаешь в своей фирме?

— Да, ничего не менялось.

— А я сейчас подумываю запустить собственный проект. Пока помогаю одной компании с денежными расчетами. Ты понимаешь, насколько важно грамотно распределять средства?

Павел неопределенно кивнул и принялся снимать обувь.

Все заняли места за столом. Нина Сергеевна принесла последнюю салатницу и поставила ее посередине, рядом с закусками.

— За хозяйку вечера, — сказал Сергей, наполняя бокалы. — У меня, к слову, напиток особенный. Взял на дегустации. Называется «Янтарная долина». Редкая вещь, в обычной лавке не встретишь.

— Название красивое, — улыбнулась Елена.

— Нужно понимать, что у тебя в бокале, — продолжал Сергей, поднимая бутылку к свету. — Я вообще считаю: человек обязан разбираться в напитках так же хорошо, как в собственных расходах. Это сразу показывает его уровень.

Ольга молча пила воду и наблюдала, как Сергей разливает напиток почти до самого края, стараясь при этом рассчитать объем так, чтобы одной бутылки хватило всем.

— За Нину Сергеевну, — произнес Павел, подняв бокал.

Все коснулись бокалами. Нина Сергеевна сделала маленький глоток и поставила свой бокал рядом с тарелкой.

— Ну как вам? — с ожиданием поинтересовался Сергей.

— Вполне неплохо, — осторожно ответил Павел.

— Неплохо? Ты еще скажи! Это совсем другой класс. А знаете, сколько мне удалось сберечь? В магазине такая бутылка стоит три тысячи, а я взял ее почти втрое дешевле.

— Ты уже рассказывал, Сергей, — негромко сказала Ольга.

— И что с того? Пусть люди учатся экономить с толком, а не тратят куда попало.

Он быстро посмотрел на жену. Ольга опустила взгляд.

Поначалу беседа крутилась вокруг работы. Потом заговорили о детях знакомых, о ремонте, о поездках. Но вскоре разговор опять свернул к деньгам, словно Сергей только эту тему и ждал.

— Посмотрите сами, — говорил он, убирая тарелку чуть в сторону. — Большинство получает зарплату и сразу раздает ее по счетам, потому что не умеет вести подсчеты. А я знаю, куда уходит каждая копейка.

— И тебе это помогает? — с легкой усмешкой спросила Елена.

— Еще как. У меня сейчас намечается серьезное дело. Квартиру почти привел в порядок, скоро сдам ее и возьму новую машину. Я привык смотреть на жизнь с расчетом.

— О какой квартире речь? — уточнил Павел.

— О той, что на окраине. Я ведь рассказывал. Взял ее, когда там только начали рыть основание, три года назад. Теперь почти все готово. Скоро можно будет либо переехать, либо выгодно продать.

Ольга едва заметно напряглась, но промолчала. Она знала: до готовности той квартиры еще далеко. Там не было ни отопления, ни толковой сантехники, только стены без отделки и обещания строительной фирмы.

— А летом куда-нибудь собираетесь? — спросила Нина Сергеевна, стараясь перевести беседу в другое русло.

— Вот это я как раз хотел вам показать, — оживился Сергей. — У меня есть запись с одного острова. Осенью собираемся туда выбраться. Место великолепное: чистый песок, хороший отель, все на высшем уровне.

— Покажи, конечно, — попросила Елена.

Сергей достал телефон, покопался в настройках.

— Сейчас выведу запись на ваш телевизор, Нина Сергеевна. У меня сохранен ролик со страницы гостиницы. Там такая красота, словами не передать.

— Ну, попробуй, — согласилась хозяйка, не ожидая подвоха.

Сергей нажал несколько значков на экране. Телевизор в углу моргнул, и на нем появилась заставка соединения.

— Сейчас, одну минуту, — бормотал он, перебирая папки с записями.

Экран засветился. Все повернули головы, ожидая увидеть яркую воду и светлый берег.

Но вместо курорта появилась совсем иная сцена.

Изображение дрожало, его явно снимали на телефон. В кадре был двор жилого дома. Сергей стоял в домашней куртке, волосы растрепались, а напротив него находился пожилой мужчина в оранжевой рабочей жилетке.

Звук включился сам и разнесся по всей комнате.

— Я вам понятным языком говорю, — донесся с экрана голос Сергея, тот же самый, которым он недавно рассуждал о дорогом напитке. — Коробка от холодильника не должна третьи сутки лежать у моего подъезда! Я плачу за содержание двора, между прочим!

Рабочий беспомощно развел руками.

— В баке уже нет места. Куда ее положить?

— Меня это не касается. Хотите, сами в эту коробку садитесь, если не умеете выполнять свою работу!

За столом все стихло.

Ольга смотрела на экран так, словно впервые видела рядом с собой этого человека. Нина Сергеевна застыла с чашкой в руке. Павел и Елена обменялись взглядами и не знали, куда смотреть.

На записи Сергей продолжал напирать на рабочего, размахивая руками.

— Вы вообще понимаете, с кем разговариваете? Я здесь не последний человек! А вы даже мусор после себя убрать не можете!

Рабочий отвечал тихо, но его слова тонули в громком голосе Сергея.

— Сергей, выключи, — попросила Ольга.

Он торопливо схватил телефон. Пальцы заметно подрагивали, и нужная кнопка нашлась не сразу.

— Это старый ролик, — пробормотал он. — Я сам не понимаю, как он открылся. Наверное, телефон сам отправил его в хранилище. Там автоматическая синхронизация.

Экран погас, но легче в комнате не стало.

Первой заговорила Елена. Она кашлянула и потянулась к салатнице.

— А что сегодня за салат? Нина Сергеевна, тот самый, с курицей?

— Он самый, — ровно ответила хозяйка.

Павел неловко пошутил, что техника иногда сама выбирает, что показывать. Шутка повисла без ответа.

Сергей сидел белый, крутил вилку между пальцами и не понимал, куда направить взгляд.

— Это какая-то путаница, — снова заговорил он, обращаясь в основном к Ольге. — Я даже не помню, когда это было снято. Наверное, запись появилась случайно.

— Ты включал камеру специально, Сергей, — тихо, но твердо возразила Ольга. — Я помню тот случай. Потом ты еще два дня всем рассказывал, как заставил рабочего замолчать.

Сергей приоткрыл рот, собираясь спорить, но подходящих слов не нашел.

Нина Сергеевна встала, взяла пустую тарелку и унесла ее на кухню, будто ничего особенного не произошло.

— Поставлю чайник, — сказала она, не оборачиваясь.

Ольга проводила мать глазами. Щеки у нее горели. Ей было неловко за Сергея, за себя и за весь этот праздничный вечер.

— Оль, ну что ты так, — Сергей попытался коснуться ее руки.

Она отодвинулась.

— Не трогай меня сейчас.

Павел почувствовал, как сгущается неловкость, и решил перевести разговор.

— А та квартира, про которую ты говорил, действительно хорошая? Та, где пока отделка не закончена?

— Да, конечно, — оживился Сергей, ухватившись за новую тему. — Отличное место. Там уже почти все готово, скоро можно будет…

— Скоро, — негромко повторила Ольга.

В одном этом слове прозвучало столько недосказанного, что Сергей умолк.

Через несколько минут Нина Сергеевна вернулась с чайником и принесла торт, который приготовила заранее.

— Ну что, попьем чаю, — спокойно предложила она, расставляя чашки.

К записи больше не возвращались, однако прежняя непринужденность исчезла. Гости говорили коротко, перескакивали с одной темы на другую, и ни одна беседа долго не держалась.

— Мам, это тот самый ореховый торт? — спросила Ольга, стараясь говорить как обычно.

— Тот самый, — кивнула Нина Сергеевна и стала делить его на ровные куски.

Почти весь оставшийся вечер Сергей молчал. Иногда он вставлял пару слов, но прежней уверенности в голосе уже не было. Несколько раз он пытался встретиться глазами с Ольгой, однако она смотрела куда угодно: на скатерть, чашку, нож, только не на него.

Павел и Елена ушли раньше, чем собирались, сославшись на домашние дела. Все понимали, что настоящая причина была не только в этом.

— Спасибо за вечер, Нина Сергеевна, — сказала Елена в прихожей, обнимая хозяйку. — Еще раз поздравляю вас.

— Спасибо, что заглянули, — тепло ответила Нина Сергеевна.

Дверь закрылась. В квартире стало тише, будто вместе с гостями ушла не только беседа, но и часть тяжелого напряжения.

Ольга начала убирать со стола. Ей хотелось занять руки и не прокручивать в голове недавнюю сцену.

— Ольга, нам надо поговорить, — сказал Сергей, направляясь следом на кухню.

— О чем? О вине, которую ты якобы выгодно купил? О квартире, которую третий год обещаешь закончить? Или о рабочем?

— Да хватит уже. Ну, сказал человеку лишнее. С каждым бывает.

— Ты неправду сказал о подарке маме. Про цену напитка тоже говорил не то, и это далеко не первый раз. Ты всех вокруг учишь правильной жизни, а сам устроил разговор с рабочим из-за обычной коробки.

Сергей замолчал. Возразить ему было нечем.

Нина Сергеевна тихонько вошла на кухню. Она взяла полотенце и принялась протирать чашки, хотя Ольга уже их вымыла.

— Нина Сергеевна, вы ведь понимаете, что вышло случайно? Сергей посмотрел на нее, надеясь получить хоть какую-то поддержку.

Теща спокойно встретила его взгляд. Ни раздражения, ни жалости в ее лице не было.

— Сергей, за свою жизнь я многое наблюдала. И вот что поняла: человека узнаешь не по красивым речам за столом, а по его поступкам в тот момент, когда он уверен, что рядом никого нет.

Она поставила чашку на полку и вышла, оставив супругов одних.

Ольга ополоснула последнюю тарелку, вытерла руки и прислонилась спиной к раковине.

— Сергей, я вымоталась.

— Из-за чего?

— Из-за того, что ты бесконечно стараешься кому-то что-то доказать. Мне, маме, приятелям, тому рабочему. Ты живешь так, будто ежедневно сдаешь проверку, о которой никто не просил.

— Ольга, ты все преувеличиваешь.

— Возможно. Но мне хочется тишины. Жить без вечной охоты за скидками, без твоих расчетов, без роликов с рабочим на мамином экране.

Сергей опустил голову. Руки безвольно повисли вдоль тела.

— И что ты хочешь предложить?

Ольга ненадолго замолчала. Она подбирала слова, которые давно крутились в мыслях, но все никак не решалась произнести их.

— Думаю, тебе пора пожить в той квартире. В недоделанной.

Сергей резко поднял голову. Он явно не ожидал такого ответа.

— Оль, там отопление толком не работает.

— Тогда займешься этим. У тебя ведь есть план. Ты сам постоянно об этом говорил.

Он хотел возразить, но твердый взгляд Ольги остановил его раньше слов.

На другой день, в субботу, Сергей складывал вещи в картонную тару, которую Ольга достала с балкона. Это были самые простые коробки от бытовой техники, с примятыми углами.

— Может, взять чемодан? Так было бы аккуратнее, — предложил он, рассматривая одну из коробок.

— Этих хватит, Сергей. Ты ведь сам говорил, что настоящая бережливость начинается с мелочей.

Он посмотрел на жену, пытаясь понять, шутит она или говорит всерьез. По ее лицу все было ясно: смеяться тут не над чем.

В тот же день приехала Нина Сергеевна. Формально ее помощь почти не требовалась, но она хотела побыть рядом с дочерью. Нина Сергеевна села на кухне, вынула из сумки нитки и старую блузку с оторванной пуговицей. Потом спокойно принялась за шитье, будто день был самым обычным.

— Мам, зачем ты приехала? Я бы сама управилась, — сказала Ольга, разливая чай по двум чашкам.

— Я приехала увидеть тебя, а не его коробки, — ответила Нина Сергеевна, не отрываясь от работы.

Из комнаты доносились звуки передвигаемых вещей, шелест упаковочного материала и редкие сдержанные вздохи Сергея.

— Мам, я правильно поступаю? — неожиданно спросила Ольга, садясь напротив.

Нина Сергеевна отложила иголку и внимательно посмотрела на дочь.

— А ты сама что чувствуешь?

— Не знаю. Иногда кажется, что все делаю верно. А иногда думаю, что слишком поторопилась.

— Знаешь, дочка, универсальных решений не бывает. Есть выбор, после которого ты засыпаешь спокойно. А бывает такой, после которого мысли не дают уснуть.

Ольга сделала глоток и посмотрела в окно. Во дворе стояли те же деревья, которые росли там еще во времена ее детства.

— А ты после папы спала спокойно?

Нина Сергеевна улыбнулась своим воспоминаниям, снова взяла иглу и продолжила шить.

— Это, доченька, уже другой разговор.

Из коридора донесся приглушенный голос Сергея. Он, похоже, разговаривал сам с собой, разбирая очередную коробку.

Ольга посмотрела на дверь, потом снова перевела глаза на мать.

— Мам, а что теперь будет?

Нина Сергеевна не ответила сразу. Она аккуратно продела нитку в ушко иголки.

— А это, дочка, решишь уже ты. Пей чай, пока не остыл.

 

Источник

Оцініть цю статтю
( Пока оценок нет )
Поділитися з друзями
Журнал ГЛАМУРНО
Добавить комментарий