— Ты уже пообещал ему деньги?
Ирина держала в руке маленькую металлическую шайбу и смотрела не на мужа, а на рисунок в инструкции. На картинке было показано, куда её поставить, только Андрей всё равно уже успел прикрутить крепление не той стороной. Он сидел на ковре возле нового компьютерного кресла для Максима, хмурился и пытался понять, почему спинка всё никак не хотела вставать на место. В комнате пахло картонной упаковкой, свежим пластиком и чаем, который давно остыл на подоконнике.
— Пообещал, — ответил Андрей.
Он сказал это таким тоном, будто речь шла о чём то совсем обычном, вроде покупки продуктов по дороге домой. Ирина положила шайбу рядом с его коленом и наклонилась к коробке. Внутри ещё оставалось несколько деталей, аккуратно разложенных в прозрачные пакетики. На полу лежал лист инструкции, угол которого Максим уже успел загнуть, пока утром рассматривал кресло и спрашивал, когда его соберут.
— А посоветоваться со мной ты не хотел?
— Я собирался.
— Когда?
Андрей пожал плечами и снова полез в коробку. Он нашёл длинный болт, повертел его между пальцами и посмотрел на Ирину.
— Когда уже всё решу.
Она ничего не ответила. Взяла инструкцию, выпрямилась и посмотрела в окно. За стеклом уже темнело. Во дворе зажигались фонари, у подъезда кто то быстро прошёл с пакетом, хлопнула дверь машины. Обычный вечер, обычная квартира, обычные домашние дела. Только у Ирины внутри постепенно появлялось то самое неприятное чувство, которое возникало каждый раз, когда Андрей говорил о своём брате таким тоном.
— Сколько ему нужно?
— Сто восемьдесят тысяч.
Ирина повернулась к мужу.
— Сто восемьдесят?
— Да.
— А ты ему сколько уже обещал?
— Все сто восемьдесят.
Она присела на край дивана и несколько секунд просто смотрела на кресло. Красивое, большое, с высокой спинкой и широкими подлокотниками, оно уже второй день стояло в коробке, потому что Максим хотел дождаться отца. Сын весь день ходил вокруг упаковки и несколько раз говорил, что мечтает наконец поставить кресло к столу. Ирина обещала ему, что вечером они обязательно соберут его вместе.
— У нас нет ста восьмидесяти тысяч, Андрей.
— Есть.
— Где?
— На накопительном счёте.
Ирина медленно подняла голову. В голосе мужа было что то такое, от чего она перестала листать инструкцию и положила её рядом.
— Ты про мои накопления?
— Про семейные.
— Я их откладывала на Максима.
— Я знаю.
— На его учёбу.
— Я помню.
— И ты решил, что можно их взять?
Андрей поставил болт на пол, опёрся ладонями о колени и выпрямился. Вид у него был уставший. За последний час он несколько раз звонил по работе, потом забирал Максима из магазина возле дома, потом обещал сыну закончить сборку кресла. Ирина знала, что он действительно устал. Она это учитывала. Но усталость не делала его слова разумнее.
— Виктору срочно надо закрыть долг. Сегодня крайний срок.
— Какой ещё крайний срок?
— Ему сказали, что дальше уже будут решать вопрос с машиной.
— И поэтому ты пообещал ему наши деньги?
— Наши деньги, Ирина.
— Нет. Эти деньги я собирала для Максима.
— А я не чужой человек в этой семье.
Ирина посмотрела на него и неожиданно улыбнулась. Не весело, просто от усталости.
— Конечно, не чужой. Но причём тут это?
— Ты прекрасно понимаешь.
— Я понимаю другое. Виктор опять взял в долг, не рассчитался со старыми деньгами и теперь пришёл к тебе.
— Не опять.
— В прошлый раз он вернул через четыре месяца.
— Вернул же.
— После того как я четыре месяца слушала, как ты говорил, что надо дать человеку время.
Андрей взял крепление и снова начал что то прикручивать. На этот раз он попал в отверстие сразу, но крепёж пошёл под углом.
— Он мой брат.
— Я знаю.
— Я не могу просто сказать ему нет.
— А мне можешь?
Руки Андрея остановились. Он посмотрел на жену, потом на кресло. Из соседней комнаты доносился голос Максима, он разговаривал с кем то по телефону и смеялся. В этом смехе ещё не было ничего взрослого, только обычная подростковая беспечность. Ирина на секунду закрыла глаза.
— Максиму через два года уже надо будет думать, куда поступать, — сказала она. — Мы только начали собирать деньги. Ты сам говорил, что лучше заранее.
— Я помню.
— Тогда почему сейчас ты говоришь про Виктора так, будто его проблема важнее?
Андрей отложил отвёртку.
— Потому что он мой брат.
— А Максим твой сын.
Он ничего не ответил.
Несколько секунд они сидели молча. Потом Андрей встал, собрал несколько деталей в ладонь и пошёл на кухню. Ирина осталась у кресла. Она слышала, как он открыл холодильник, достал бутылку воды, поставил её на стол. В другой день она бы пошла следом и спросила, будет ли он ужинать. Сейчас не пошла.
Через несколько минут Андрей вернулся и сел напротив неё. На его лице уже не было прежнего раздражения. Он выглядел скорее упрямым.
— Давай без крайностей.
— Какие крайности?
— Ты делаешь вид, будто я хочу оставить сына без денег.
— Я такого не говорила.
— Но ты именно это имеешь в виду.
— Нет. Я говорю, что нельзя брать деньги у ребёнка на чужой долг.
— Он не чужой.
— Для Максима чужой.
Андрей отвернулся к окну.
— Если я сейчас ему не помогу, потом уже поздно будет.
— А если я отдам деньги, мне потом что сказать Максиму, когда они понадобятся?
— До этого ещё далеко.
— Два года, Андрей.
— Два года быстро проходят.
— Вот именно.
Он снова замолчал. Ирина видела, что разговор пошёл по кругу. В таких спорах Андрей всегда возвращался к одному и тому же. Он говорил про брата, потом про семью, потом про то, что люди должны помогать друг другу. И каждый раз как будто ожидал, что после этого вопрос должен закрыться.
— Ты уже пообещал ему, что деньги будут завтра?
— Да.
— Завтра утром?
— Да.
Ирина посмотрела на часы.
— Значит, ты решил всё ещё до того, как заговорил со мной.
— Я хотел сам разобраться.
— Ты уже разобрался.
— Не начинай.
— Я даже не начинала.
В соседней комнате хлопнула дверь, и Максим заглянул внутрь.
— Ну что, собрали?
Андрей быстро поднялся.
— Почти.
Максим посмотрел на кресло, потом на отца.
— А чего оно так криво стоит?
— Сейчас исправлю.
— Я думал, сегодня уже сяду.
— Сядешь.
Максим улыбнулся и ушёл.
Ирина проводила его глазами. Она знала эту привычку сына. Если отец что то обещал, Максим верил сразу. Ему и в голову не приходило проверять, сможет ли взрослый человек выполнить своё слово. В его возрасте слово отца ещё казалось чем то надёжным.
Андрей снова взял отвёртку.
— Ирина, я тебя прошу. Просто переведи мне деньги.
Она посмотрела на него.
— Нет.
Это короткое слово прозвучало тише, чем она ожидала. Но именно поэтому оно оказалось заметнее всего остального.
Андрей медленно выдохнул.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Из за Виктора?
— Из за наших денег.
Он кивнул, будто услышал не ответ, а какую то неприятную, но временную помеху.
— Ладно. До завтра поговорим.
Ирина не стала спорить. Она собрала оставшиеся детали кресла в пакет и убрала их на стол. Андрей ещё минут десять крутился рядом, что то подкручивал, дважды перевернул сиденье, один раз тихо выругался, потом всё таки закрепил механизм. Кресло оказалось ровнее, чем сначала выглядело.
Когда Максим пришёл снова, отец сказал, что можно садиться. Сын тут же сел, откинулся назад и довольно покачнулся. Ирина смотрела на него и думала только об одном. Она должна была решить вопрос до утра.
Вечером они ужинали почти молча. Максим рассказывал про школу, про учителя математики и про то, что у одного из его друзей родители хотят переехать в другой район. Андрей слушал вполуха и несколько раз смотрел на телефон. Ирина замечала это каждый раз, но ничего не говорила.
Когда Максим ушёл в комнату, Андрей положил телефон экраном вниз.
— Я не хочу ссориться.
— Я тоже.
— Тогда давай договоримся.
— О чём?
— Я беру деньги и помогаю Виктору. Потом возвращаю.
— Когда?
— Как только смогу.
Ирина усмехнулась.
— Андрей, это не договорённость.
— Почему?
— Потому что ты не называешь срок.
— Я же сказал, верну.
— А Виктор тоже говорил.
Андрей встал из за стола и отнёс свою тарелку к раковине. Он делал это обычно, без раздражения, но сегодня движения были резкими. Ирина осталась сидеть. На столе стояла сахарница, рядом лежали крошки хлеба. Она машинально собрала их ладонью в одну кучку.
— Ты мне не доверяешь, — сказал Андрей, не оборачиваясь.
— Я тебе доверяю.
— Тогда почему не даёшь деньги?
— Потому что доверять тебе не значит соглашаться со всем.
Он обернулся и долго смотрел на неё.
— Ты стала другой.
— Нет.
— Да.
— Наверное, я просто устала всё время быть той, кто потом считает.
— Что значит считает?
— Кто смотрит, сколько осталось. Кто думает, что покупать сыну. Кто откладывает понемногу. Кто помнит, когда у нас платежи. Кто следит, чтобы деньги не исчезали незаметно.
Андрей вытер руки полотенцем.
— Ты хочешь сказать, что я ничем не занимаюсь?
— Нет.
— Тогда зачем ты это говоришь?
— Потому что речь не о том, занимаешься ты или нет. Речь о том, что ты уже решил отдать крупную сумму человеку, который несколько раз нас подводил, и даже не спросил меня.
Последнее слово повисло между ними. Андрей ничего не сказал. Он ушёл в комнату, а Ирина ещё долго сидела на кухне. Потом выключила свет и пошла следом.
В спальне было темно. Андрей уже лежал, отвернувшись к стене. Ирина легла с другой стороны, подтянула одеяло и закрыла глаза. Через некоторое время она услышала, как муж повернулся.
Потом снова.
Через десять минут он взял телефон.
Экран осветил потолок.
Ирина не открывала глаза. Она знала, что он читает сообщения. Через несколько минут телефон снова лёг на тумбочку. Потом Андрей встал и вышел.
Она услышала шаги на кухне. Открылась дверца шкафа. Зашуршал пакет. Потекла вода из крана.
Ирина тоже встала.
На кухне Андрей стоял у окна и смотрел во двор. На подоконнике лежал его телефон.
— Не спится?
— Нет.
— Мне тоже.
Он не ответил.
Ирина налила воды.
— Виктор писал?
— Да.
— Что сказал?
— Что ему утром надо быть у банка.
— А тебе?
— Тоже.
— Ты понимаешь, что ты уже поставил меня перед готовым фактом?
— Я понимаю.
— И всё равно считаешь, что я должна просто согласиться?
Андрей повернулся.
— Я считаю, что если можно помочь близкому человеку, надо помочь.
— Даже за счёт сына?
— Не за счёт сына.
— Тогда за счёт кого?
Он помолчал.
— За счёт общих денег.
Ирина поставила стакан на стол.
— Андрей, скажи честно. Ты бы согласился отдать эти деньги, если бы на счёте было твоё личное накопление?
Он не ответил сразу.
— Наверное.
— Не надо говорить «наверное».
Он посмотрел в окно.
— Да.
— Тогда почему ты никогда не предлагал отдать свои накопления?
— У меня их нет в таком объёме.
— Вот именно.
Андрей пожал плечами.
— У тебя лежат.
— Для Максима.
— Я знаю.
— Ты каждый раз говоришь, что знаешь. И каждый раз предлагаешь потратить их.
Он провёл ладонью по лицу.
— Я не думал, что это станет такой проблемой.
— Потому что для тебя это просто перевод в телефоне.
Андрей ничего не сказал.
Ирина выключила на кухне свет.
— Пойдём спать.
Ночью они почти не разговаривали. Андрей несколько раз переворачивался, Ирина лежала на спине и смотрела в потолок. Ей вспоминались прежние разговоры. Виктор брал деньги на ремонт, потом говорил, что пока не может вернуть. Потом занимал снова. Андрей каждый раз находил объяснение. То работа задержала выплату, то машину надо было ремонтировать, то у Виктора возникли лишние расходы. Ирина не хотела считать все случаи, потому что тогда их разговоры всегда заканчивались одним и тем же.
Утром Андрей встал раньше неё.
Когда Ирина пришла на кухню, он уже был одет. На столе стояла чашка, в которой кофе успел остыть. Телефон лежал рядом с ключами.
— Переводи.
— Что?
— Деньги.
— Нет.
— Ирина, хватит.
Она остановилась у двери.
— Я сказала нет.
— Я не спрашиваю второй раз.
— А что ты собираешься сделать?
— Ты действительно хочешь довести это до такой точки?
— До какой?
Он сделал шаг к ней.
— До той, где ты будешь решать за всех.
— Я не решаю за всех. Я решаю, трогать ли деньги, которые откладывала на сына.
— Это семейный счёт.
— Он оформлен на меня.
— Но деньги семейные.
— И что?
— Значит, я имею право ими распоряжаться.
Ирина посмотрела на него.
— Распоряжаться, когда мы оба решили. А не когда ты один пообещал кому то чужие деньги.
Андрей протянул руку.
— Дай телефон.
— Зачем?
— Дай.
— Нет.
— Ирина.
— Не надо.
Он снова протянул руку, и Ирина сразу убрала телефон за спину. Секунду они оба стояли молча. Потом Андрей опустил руку.
— Ты правда думаешь, что я ничего не решу сам?
— Я думаю, что если ты сейчас заберёшь телефон, то разговор закончится.
Он сжал губы.
— Хорошо.
Ирина отошла к столу, открыла банковское приложение. Пальцы у неё дрожали, хотя она очень старалась, чтобы этого не было видно. На экране появилась сумма. Она ещё раз посмотрела на цифры и закрыла глаза на секунду.
Это были деньги не на мечту и не на роскошь. Она откладывала их понемногу несколько лет. Иногда после зарплаты переводила небольшую сумму. Иногда больше, когда удавалось. В некоторые месяцы вообще не трогала счёт. Ей нравилось просто знать, что деньги лежат и постепенно растут. Она представляла, как через несколько лет Максим будет выбирать, где учиться, и у него будет хотя бы какая то возможность выбирать.
Теперь Андрей хотел, чтобы всё исчезло за один перевод.
Ирина открыла раздел с накоплениями.
Нашла подходящий продукт.
Поставила сумму полностью.
Указала имя сына.
Ещё раз прочитала условия.
Безотзывный.
До совершеннолетия.
Без возможности досрочного снятия.
Палец задержался над кнопкой.
Андрей стоял рядом.
— Что ты делаешь?
— Погоди.
— Ирина.
Она нажала.
На экране появилось подтверждение.
Операция выполнена.
Ирина опустила телефон.
— Всё.
— Что всё?
— Теперь эти деньги лежат отдельно.
Андрей взял телефон со стола.
— Ты что сделала?
— Перевела накопления на счёт Максима.
— Верни обратно.
— Не могу.
— Что значит не могу?
— По условиям вклада.
Он несколько секунд смотрел в экран. Потом резко открыл приложение, нашёл информацию и прочитал её сам.
— Ты специально это сделала?
— Да.
— Ты с ума сошла?
Ирина ничего не ответила.
Андрей нажал на номер банка.
Оператор ответил после нескольких гудков. Андрей говорил быстро, перебивал, несколько раз повторил номер операции. Ирина стояла рядом и смотрела в окно.
— Да, я понимаю, кто оформлял. Но это моя семья. Я муж. Я имею право распоряжаться общими деньгами.
Он замолчал, слушая ответ.
— Нет, подождите. Мне нужно отменить перевод.
Снова пауза.
— Почему невозможно?
Андрей закрыл глаза.
— До совершеннолетия?
Он посмотрел на Ирину.
— Нет, я понял.
Разговор закончился через несколько минут.
Андрей положил телефон на стол.
— Всё?
— Да.
— Нельзя отменить?
— Нельзя.
— И изменить ничего нельзя?
— Сказали, что нет.
Ирина села.
— Тогда вопрос закрыт.
Он посмотрел на неё так, будто впервые видел перед собой не ту женщину, с которой прожил столько лет, а кого то нового.
— Ты могла просто поговорить.
— Я говорила.
— Но ты меня не услышала.
— Ты тоже.
Андрей взял ключи.
— Виктор ждёт меня у банка.
И вышел.
Ирина осталась на кухне одна. Она не почувствовала облегчения. Только усталость. Внутри было пусто и тихо. Через несколько минут из комнаты вышел Максим.
— Мама, папа ушёл?
— Да.
— А кресло нормально стоит?
Ирина посмотрела на новое кресло.
— Нормально.
— Он чего такой?
— Устал.
Максим кивнул и сел в кресло.
— Классное.
Ирина улыбнулась.
— Нравится?
— Очень.
Она посмотрела на сына и впервые за утро почувствовала, что может нормально дышать.
У отделения банка Андрей встретил Виктора на парковке. Брат стоял у машины, держал телефон в руке и нервно оглядывался на вход.
— Ну наконец.
— У меня плохая новость.
Виктор сразу замолчал.
— Что?
— Денег не будет.
— В смысле?
— Не получилось.
— Ты же сказал, что всё решено.
— Я думал, что решено.
— Андрей, ты мне вчера сам сказал, что деньги будут с утра.
— Я знаю.
— Тогда что случилось?
Андрей отвёл взгляд.
— Ирина перевела деньги на счёт Максима.
Виктор смотрел на него несколько секунд.
— На какой ещё счёт?
— На детский.
— А ты не мог этого остановить?
— Нет.
— Ты же муж.
— Я знаю.
— Тогда как так получилось?
Андрей не ответил.
Виктор провёл рукой по капоту машины.
— Ты меня подставил.
— Я не хотел.
— Но сделал.
— Виктор, я сам думал, что смогу решить вопрос.
— Ты обещал мне сто восемьдесят тысяч.
— Я помню.
— Я уже договорился.
— Что мне теперь сделать?
— Не знаю. Это ты обещал.
Андрей устало посмотрел на брата.
— Я попробую найти другой вариант.
— Мне нужен был этот вариант.
— Я понимаю.
— Нет, не понимаешь.
Виктор сел в машину и закрыл дверь. Потом снова открыл окно.
— Ты всегда говорил, что я могу на тебя рассчитывать.
Андрей ничего не ответил.
— Видимо, больше не могу.
Машина уехала, а Андрей ещё некоторое время стоял возле банка. Потом посмотрел на телефон. От Ирины ничего не было.
В следующие дни в квартире стало тише.
Не было ссор.
Не было разговоров на повышенных тонах.
Но привычные бытовые вещи почему то стали происходить отдельно. Андрей сам мыл свою чашку. Ирина ставила продукты в холодильник и не спрашивала, что ему оставить на ужин. За столом они разговаривали в основном с Максимом.
Сын не понимал, почему родители стали реже смотреть друг на друга.
Однажды вечером он спросил у матери, всё ли нормально.
— Конечно.
— Вы не поссорились?
— Нет.
— Точно?
Ирина улыбнулась.
— Точно.
Она не хотела втягивать его в разговор взрослых. Максим кивнул и снова уткнулся в телефон. Андрей сидел напротив и молчал.
Через несколько дней он получил сообщение от Виктора. Брат писал, что решил вопрос по машине. Точнее, продал её дешевле, чем хотел, чтобы закрыть долг. Сообщение было коротким, без привычных шуток и без обращения по имени.
Андрей прочитал и убрал телефон.
Ирина как раз ставила на стол тарелки.
— Виктор?
— Да.
Она ничего не спросила.
— Пришлось продать машину.
Ирина кивнула.
— Понятно.
— Он злится.
— Наверное.
— Считает, что я его подвёл.
Ирина поставила ложку рядом с тарелкой.
— А ты что считаешь?
Андрей долго молчал.
— Не знаю.
— Это честно.
— А ты?
— Я тоже много чего не знаю.
Он посмотрел на неё.
— Ты совсем не пожалела?
Ирина не ответила сразу.
— О чём именно?
— О том, что перевела деньги.
Она вытерла руки полотенцем.
— Я пожалела, что нам пришлось до этого дойти.
— Это не ответ.
— Другого у меня нет.
Андрей опустил голову.
— Я хотел помочь ему.
— Я знаю.
— И теперь он со мной почти не разговаривает.
— Я знаю.
— Тебе от этого легче?
— Нет.
Андрей кивнул.
После ужина он впервые за несколько дней сам подошёл к креслу Максима и поправил высоту спинки. Максим сидел за компьютером и что то печатал.
— Нормально тебе?
— Да.
— Не мешает?
— Нет.
Андрей постоял рядом.
— Удобно?
— Очень.
Отец кивнул и ушёл.
Ирина наблюдала за ним из кухни. Андрей уже почти дошёл до балкона, когда остановился.
— Ирина.
— Да?
— Я больше не буду просить тебя об этих деньгах.
— Хорошо.
— Я серьёзно.
— Я услышала.
Он вышел на балкон.
Дверь закрылась.
Ирина продолжила мыть посуду.
Через неделю наступили холода. Максим утром начал жаловаться, что ботинки стали тесными. Ирина давно замечала, что он каждый раз осторожно разувается, будто старается растянуть ещё хотя бы месяц.
В субботу она сказала, что поедет с ним в магазин.
Андрей спросил из комнаты.
— За ботинками?
— Да.
— Я поеду с вами.
Ирина посмотрела на него.
— Хорошо.
Они собрались без спешки. Максим надел старую куртку, Ирина проверила, взял ли он шапку, Андрей закрыл квартиру. В лифте никто не говорил о деньгах.
В магазине сын долго выбирал между двумя похожими моделями. Одни стоили дешевле, другие были теплее и выглядели удобнее.
— Эти лучше, — сказал Максим.
— Они дороже.
— Я знаю.
— Тогда берём их, — сказала Ирина.
Андрей посмотрел на неё.
— Ты уверена?
Она кивнула.
— Да.
Максим улыбнулся.
— Пап, смотри.
Андрей присел и помог сыну надеть правый ботинок. Потом поднялся.
— Нормально?
— Да.
— Точно?
— Точно.
В машине Максим всю дорогу говорил о предстоящей контрольной. Ирина слушала. Андрей иногда вставлял короткие фразы.
Домой они вернулись уже под вечер.
Максим сразу ушёл показывать новые ботинки другу по видеосвязи. Ирина поставила пакет в прихожей. Андрей снял куртку и повесил её на крючок.
На кухне было тепло.
На столе стояла чашка Ирины.
Андрей сел напротив.
— Красивые ботинки.
— Да.
— Дороже тех, что ты сначала смотрела.
— Да.
Он провёл пальцами по краю стола.
— Раньше ты всегда выбирала подешевле.
— Раньше у нас не было причины экономить именно на этом.
Андрей посмотрел на неё.
— Я понял.
Ирина не стала спрашивать, что именно.
За окном темнело. С балкона тянуло прохладой, и где то во дворе закрылась машина. Андрей поднялся, подошёл к окну и несколько секунд смотрел на двор.
— Ирина.
— Что?
— Ты думаешь, я плохой отец?
Она положила полотенце на стол.
— Нет.
— А муж?
Она посмотрела на него.
— Сейчас я думаю, что нам обоим придётся заново договориться, как мы распоряжаемся тем, что собираем вместе.
Андрей кивнул.
— Наверное.
Он вернулся к столу и сел.
Из комнаты донёсся голос Максима.
— Мам, пап, идите сюда, я покажу!
Андрей посмотрел на Ирину.
— Идём?
Она встала.
— Идём.
Они вышли из кухни вместе. В комнате Максим уже сидел в новом кресле, закинув ноги на невысокую подставку. Он развернулся к родителям и засмеялся.
— Ну что, нормально получилось?
Андрей посмотрел на него, потом на Ирину.
— Нормально.
Ирина улыбнулась сыну.
— Даже лучше, чем мы думали.
Максим покрутился в кресле.
— А завтра можно ещё одну вещь купить?
Андрей посмотрел на него, потом на Ирину и тихо спросил.
— Только теперь сначала спросим друг друга?
Ирина задержала на нём взгляд.
— Только сначала друг друга.
