— А кто такой мачо-…еначо? — поинтересовалась изумленная Ирка.
— Я! — шмыгнул носом застигнутый на месте преступления муж.
— Сам придумал или подсказал кто?
— Нравится? — с надеждой в голосе спросил Вадик. — Я же — несерьезно!
— На сайте знакомств — и несерьезно? Ты это сейчас серьезно мне «втираешь» про несерьезно?
Если бы это был сайт юмора и сатиры, я бы еще поверила! — отрезала жена и вышла из комнаты.
А застуканный на месте преступления Вадик остался сидеть…
Как там поется-то? Мы — маленькие дети: нам хочется гулять!
Гулять и играть — это же основные занятия в детском возрасте!
Сходил утром на горшок, вкусно покушал и гуляй себе на здоровье!
А родители еще и похвалят за содержимое горшка и за то, что сам вечером лег в кроватку — вот, какой ты у нас молодчинка, заинька!
Но вдруг оказывается, что так будет не всегда.
Как так? Он же уже настроился! А тут — такая неприятность…
Молодой муж был тем, кого называют сыночка-корзиночка и мамин пирожочек: веселым и не заморачивающимся по мелочам — эдакий врун, болтун и хохотун! С ним было очень весело и интересно!
А в молодости кажется, что это — главное: вместе «хохотаться», пялясь в экран телефона.
И только изредка прерываться на разогревание готовой еды, которая сама собой появляется в холодильнике.
Их брак был скороспелым, студенческим. А когда супруги утолили лю…бовный голод, неожиданно выяснилось, что они — разные люди!
И у них все — разное: и душа, и мысли. А уж об интересах и говорить нечего.
За любовь, как часто случается в этом возрасте, был принят обычный гормональный всплеск и томление тел: хочу — не могу!
И все проблемы раньше решались в пост…ели. А когда они «наелись» друг друга, оказалось, что это не работает.
Возникло непонимание сторон: договориться стало невозможно!
А договариваться нужно было: к быту Вадюша был не приучен совершенно — его мама не сочла это нужным.
Вот хохотаться — пожалуйста. А остальное — извини-подвинься!
Да и зачем?
Раньше сынулю «пасла» она, любимая мамочка.
Теперь этот почетный труд был доверен Ирке. А мальчик пусть занимается чем-нибудь другим!
И мальчик занимался другим. Утром они вместе ходили в ВУЗ — ребята учились в одной группе: тогда еще дистант не был так распространен.
А вечером парнишка зависал в интернете: рылся в планшете и искал!
Что искал? Да все, судя по сайтам: даже себя — мало ли!
А, судя по сайту знакомств, и новую подругу жизни. Потому что «старая» стала его не устраивать: Ирка начала выносить ему мозг.
А это предполагало выход мальчугана из зоны комфорта: какой тут комфорт, если жена постоянно зудит?
То мусор ей вынеси, то в магазин сходи, то лужу за собой в ванной вытри — прямо произвол какой-то!
Разве он для этого женился? Мы так не договаривались!
— Ты думаешь, женился для того, чтобы я носки твои по всей квартире подбирала? — орала, не стесняясь, Ирка, у которой лопнуло терпение.
И, по недоуменному взгляду мужа, понимала, что он думает именно так.
Да и разве могло быть иначе?
Ведь мамочка все делала так и только так! И Вадик наивно полагал, что эстафета будет передана жене!
Ведь все отношения строятся, опираясь на модель семьи, в которой ты вырос.
Все бытовые вопросы у них решала мама — папа Вадика только приносил в дом деньги.
Но Вадюша не учел мнение своей жены, которая строила отношения, ориентируясь на собственные представления о семейной жизни — а там все было по-другому.
Иркин папа во всем помогал маме: часто они делали дела сообща.
И Ирка наивно полагала, что все будет, как у папы с мамой: она готовит, он моет посуду.
На ней полы, на нем — вытирание пыли. И так — везде.
И за продуктами родители ходили вместе.
А Вадик вместе ходить не хотел: чего нам вдвоем таскаться?
«Я лучше отдохну! Так что, давай, сбегай по-быстрому! Только тяжести не носи — лучше не лениться и сходить два раза!»
Ирка пыталась приобщить и его, посылая в магазин со списком.
Но муж даже этого не смог осилить:
«Я йогурта не нашел! — на голубом глазу вещал Вадюша, переминающийся с парой банок пенного».
И Ирка поняла, что ее брак трещит по швам: это был разговор слепого с глухим — нужно было уходить.
Это произошло, когда семейная жизнь перевалила за полгода: они, к тому времени, уже окончили институт, и девушка вышла на работу.
Муж находился в поиске всего. И работы, в том числе.
С деньгами проблем не было: им хорошо помогали свекры — семья была обеспеченной. Но это проблем не решало.
«А если родится ребенок? — часто с ужасом думала Ирка. Все — хана тушканчику! У нее тогда будет два ребенка, а это ей не потянуть!»
Ну и «накаркала»: процесс предохранения был продуман не полностью. Короче, Ирка «залетела».
Первая мысль, конечно, была — идти на прерывание.
А потом послать мужа к маме — жили в квартире жены — и продолжать жить без гири на шее: так называла симпатичного Вадика теща.
Но у Ирки был отрицательный резус-фактор: а это — чревато. Поэтому, никакой абортации быть не могло: вообще без детей останешься!
Конечно же, девушка «обрадовала» будущего отца: Вадик встретил новость негативно. И, естественно, оказался не готов к отцовству — кто бы сомневался…
«Строгать» детей, как выражалась теща, он был готов — женилка уже достаточно выросла.
А к остальному — не готов: видимо, серое вещество не сформировалось! — это тоже высказала теща.
Нет, Ирка, конечно, предполагала, что у него мозг еще не сформировался, но, чтобы настолько…
Все кончилось печально: муж ушел.
Да, после часа препираний, криков и взаимных обвинений, кому из них нужно было предохраняться, он собрал вещи и ушел.
А беременная Ирка вернулась к родителям — ее квартиру стали сдавать — и подала на развод.
Их развели быстро — о беременности она не сказала.
— Чем раньше ты сбросишь с шеи это ярмо, тем лучше! — советовала мама: она и раньше отговаривала дочку от этого брака. — Поэтому, молчи — пусть идет с богом: жить-то с ним невозможно!
И Вадюша вычеркнул из своей жизни сына и жену и ушел с богом — вернулся к любящей мамочке: вот кто будет о нем заботиться по-настоящему!
Алименты приходили просто смехотворные: видимо, бывший муж так и не нашел для себя подходящей работы.
Ни он, ни бывшая свекровь жизнью родившегося Славки не интересовались.
За все время не было ни одного визита к мальчику и ни одного подарочка — даже самого маленького.
Вадим появился в жизни Ирки спустя почти шестнадцать лет: она, к тому времени, уже повторно вышла замуж и снова жила в той самой двушке.
Славику недавно исполнилось пятнадцать: второй мамин муж его усыновил.
Родители не стали скрывать, что Игорь ему не родной отец.
И тут на пороге появился папочка: я вернулся! Да, вот так просто!
Будто Вадик выбежал на пять минут за хлебом. И теперь появился с долгожданным горячим батоном: встречайте, дорогие мои свое счастье, которое вам привалило!
Дело было вечером — семья ужинала. Дверь открыл Славка и вернулся ошеломленный обратно:
— Там — папа…
— Какой еще папа? — не поняла Ирка: усыновивший Славку Игорь сидел рядом.
— Мой! — неверным голосом произнес сын.
Ирка с мужем переглянулись и вышли в прихожую: на пороге стоял радостный Вадик.
В одной руке у него болтались три поникших тюльпана, во второй он держал торт: готовился, св…! — подумала Ирка. И спросила: — Тебе чего?
— Сына пришел повидать! — как ни в чем не бывало ответил бывший муж. — Пустишь?
Ира хотела выпереть его сразу. Но тут неожиданно встретила умоляющий взгляд сына: он явно хотел встретиться с биологическим отцом!
— А с чего это вдруг такая светлая мысль пришла в твою буйную голову? — зло спросила Ира. — Сколько времени — ни ухом, ни рыл…ом, как говорится, и вот вам здрасьте — забор покрасьте? Что — стакан воды некому подать, а пить тебе с мамашкой оченно хоцца?
— Не усложняй, Ирочка! — примирительно протянул Вадим. И, не дожидаясь приглашения, зашел в переднюю.
Ну, что — не выгонять же его: пригласили гостя к столу — как раз к чаю.
И тут постаревший Вадюша поведал, что хотел бы реабилитироваться и наверстать упущенное. Поэтому, хочет пригласить жить Славку к себе!
Пригласить жить к себе совершенно чужого мальчика, о котором он ничего не знал?
Но Вадик не привык заморачиваться по мелочам. И не стал делать этого и сейчас.
— А школа? — выдвинула Ира весомый аргумент против переезда. — Менять ему ничего нельзя — скоро ОГЭ!
— Я буду ездить! — вдруг торопливо произнес Славка.
Да, Славка, который шага лишнего ступить не мог, вдруг согласился дважды в день мотаться на общественном транспорте туда-сюда!
И переехать тоже к совершенно незнакомому для него мужику. Который столько лет совершенно не интересовался его судьбой.
Это уже было даже не звоночком, а колоколом и набатом: ведь появление Вадима в одночасье разрушило крепкую ячейку общества, коей, все это время, считалась их семья.
Умная Ирка помолчала, а потом сказала:
— Ну, что же — ладно! — хотя ей хотелось орать. — Мы мешать не будем — переезжай, если тебе так хочется!
И встретила благодарный взгляд сына: он тут же пошел собирать вещи…
Что это было, супруги не поняли: что это было — зов кр…ви? Причем, с обеих сторон.
Возможно, у отца запоздало проснулась та самая совесть. Которая, с возрастом, начинает глодать по ночам.
Хотя, вряд ли: возможно, там было что-то другое. Но, как говорится, фиг поймешь…
А с сыном все оказалось гораздо серьезней: видимо, Славка все это время хотел встретиться со своим настоящим отцом. И эмоции мальчика перевесили здравый смысл.
А почему бы и нет? Папа выглядел довольно симпатично. Вредных привычек и зависимостей, судя по всему, не имел. Мысли излагал грамотно — что не так?
«Ну, что — пусть попробует! — подумала Ира. — Муж из него не получился. Может, хоть отец получится!»
После ухода Вадима и сына супруги молчали: говорить было не о чем.
Обоих переполняло чувство потери и досада: неожиданно Славка выбрал не их, как ожидалось, а этого никчему…шного стрек…зла Вадика! — второй муж был, соответственно, в курсе.
Причем, сделал это, нимало не задумавшись — будто для него все было решено! Даже не посоветовавшись и не спросясь разрешения, хотя должен был это сделать.
Хорошо — Игорь был для него чужим. Хотя бы по кр…ви. Но мама-то, мама…
Можно было, конечно, его не пустить. Но внутренне сын все равно был бы там: рядом с добрым и любящим папой Вадиком, которого он был лишен все это время.
А пятнадцать лет жизни рядом с Игорем оказались зачеркнуты одним мановением руки так некстати появившегося Вадюши.
Ну, что же — значит, так тому и быть!
Дома установилась нехорошая атмосфера: супруги переживали. Хотя и делали вид, что у них все в порядке.
Но никакого порядка, конечно же, не было: это оказалось плевком в душу.
Изредка перезванивались с сыном, у которого все было просто зашибись!
— Папа мне оплатил репетитора! — радостно рассказывал Славка. — А бабушка напекла моих любимых оладий! И жена у папы классная!
Да, Вадик был вторично женат! Видимо, все-таки нашлась та, которая согласилась подбирать за ним носки. И они уже съехались с постаревшей мамой в трешку.
Но недолго музыка играла: через пару месяцев Славка вернулся. Вернулся после уроков, как обычно возвращался из школы: у него оставались ключи.
Пришедшие с работы родители не удивились или сделали вид, что не удивились.
Только мама, старясь говорить спокойно и скрывая надежду, спросила:
— В гости или как?
— Или как! — ответил прячущий взгляд сын.
И они поняли, что двух месяцев ему хватило, чтобы осознать происходящее и расставить все по своим местам.
Ирка, все-таки, не удержалась и спросила:
— Нагостился? Что-то быстро!
— Ага! — кивнул Славка. — Нагостился по самое «не хочу»!
Больше к этому вопросу они не возвращались. И что там произошло, для родителей так и осталось загадкой. Но, видимо, что-то серьезное: Славик молчал.
Все старались вести себя, как раньше. Но прежней легкости в общении уже не было.
Да и не могло быть: ведь, в принципе, со стороны сына это оказалось своего рода предательством.
Кто-то скажет: ну что вы привязались к мальчику — ему же всего пятнадцать! А теперь все до тридцати считаются детьми: мозги-то у нынешней молодежи развиваются поздно!
Вон, у папашки-то они до какого возраста формировались! И не факт, что еще сформировались…
Но Славка маленьким вовсе не был. И уж, точно — не был глупым. И в пятнадцать лет уже нужно отвечать за свои поступки.
Не зря теперь стали наказывать подростков за содеянное. Хотя раньше все просто ограничивалось увещеванием и попытками пристыдить.
Вот и все. А вскоре Ирка забеременела, хотя раньше супруги не хотели ребенка и решили ограничиться Славкой.
УЗИ показало, что будет мальчик.
— Надеюсь, что этот от нас не уйдет! — высказал общую, тревожащую их мысль Игорь.
— И я надеюсь! — тихо ответила Ирка.
И мы будем надеяться…
